Заявка

Для желающих принять Символ Веры
Ф.И.О*


Город*


Готов приехать в ашрам*
Дата заочного принятия символа веры*


Дата рождения*


Контактный e-mail*


Приехать на семинар монаха*
Защита от автоматического заполнения
Введите слово с картинки*:
 
 
Всемирная Община Санатана Дхармы
Национально-культурное сообщество ведических ариев
Календарь Веда Локи
2024 ГОД – ГОД БХАКТИ-ЙОГИ
19 Апреля
Пятница
2024 год

00:00:00
Время
по ведическому
летоисчислению
5121 год Кали-юги,
28-я Маха-юга
7-я манвантара
Эпоха Ману Вайвасваты
кальпа вепря
первый день 51 года
великого
Перво-Бога-Творца
Всемирная Община Санатана Дхармы / Библиотека / Книги Свами Вишнудевананда Гири / Шри Сиддхантха Шикхамани. Комментарии к тексту
Шри Сиддхантха Шикхамани. Комментарии к тексту
Шри Сиддхантха Шикхамани. Комментарии к тексту
2013 год
     9 января
     16 мая

2016 год
     17 мая
     18 марта
     22 марта
     24 марта
     29 марта
     30 марта
     16 апреля
     18 апреля
     24 марта
     26 апреля
     29 апреля
     3 мая
     5 мая
     6 мая
     9 мая

2017 год
     8 января
     9 января
     12 января

2018 год
     26 июля
     31 июля
     31 июля
     20 августа
     22 августа
     24 августа
     9 ноября
     11 ноября
     12 ноября
     14 ноября
     19 ноября
     30 ноября
     12 декабря
     13 декабря
     15 декабря
     17 декабря
     18 декабря

2013 год


9 января

«Господь Шамбху, основа всего, – это Изначальный Источник. Благодаря Его милости йогин, пребывающий в состоянии покоя, зовется „обретший милость Изначального“. Тому, кто очистился в течение многих жизней, не гордится собой и не привязан к миру, Изначальный Господь дарует свою Милость. А эта Милость освобождает».

Когда мы вступаем на путь практики Дхармы, Мокша Дхармы, это означает, что у нас появляется желание переживать Бога. Такое желание – переживать Бога – появляется не у каждой души. Например, есть существа ада, голодные духи, асуры, наги – множество существ, которые не желают переживать Бога, они желают переживать удовольствия. Вопрос Освобождения, Мокша Дхармы, самадхи, садханы, йоги для них не стоит. Есть различные пути, где души не ищут Бога, не желают переживать Бога. Они осознают себя отдельными от Бога и вполне этому рады...

Они удовлетворены этим, они, может быть, не удовлетворены своей жизнью, но они свое несчастье не связывают с Богом. Они считают, что если они удовлетворят свои желания, свои чувства, свои намерения, то они вполне будут счастливы. Такое рождение называется «не драгоценное рождение». Это не только рождение человеком, например, не ищущим Бога, не ищущим Пути Освобождения, но и рождение в других телах. Существа ада, голодные духи, асуры, животные, множество других существ в сансаре не ищут Бога, не ищут Освобождения.

В связи с этим есть разные пути, но только на уровне Йога-марга начинается поиск Бога. «Марга» означает путь, движение к чему-то, поиск чего-то. Например, есть Карма-марга, когда живое существо просто выполняет действия. Например, тяжело трудится на работе, выполняет действия в силу своей социальной, культурной обусловленности. Есть Майя-марга, когда человек следует своим фантазиям, иллюзиям, желаниям. Майя-марга выше, чем Карма-марга, но это тоже иллюзия. Например, человек одержим какими-то собственными желаниями, амбициями, ему хочется их воплотить, душа жаждет этого. Люди развлекаются разными способами, например, отправляются на Бали, чтобы заняться серфингом, скользить по гребню волны. Для них это как смысл жизни. Есть люди поглощенные, увлеченные своим творчеством, различными идеями. Например, богатством, властью, чем угодно. То есть «майя» – это иллюзия души. Душа связывает себя с чем-либо в сансаре, стремится идти по этому пути. Все это Майя-марга, путь иллюзии, заблуждения души. Когда душа прошла путь карма-марга, майя-марга, она умнеет и понимает, что все дело заключается в ней самой, что ей не надо гоняться за внешними вещами, надо развивать и улучшать саму себя.

Душа понимает, что она недостаточно хороша, что проблема не в других и не во внешних достижениях, что ей с собой надо работать, что ей не хватает качеств. Осознавая это, она начинает развивать и любить себя, вкладывать в себя и улучшать себя. Этот путь называется Анава-марга. Анава-марга означает, что мы развиваем свое эго, свои способности. Множество людей сейчас в развитых странах идут по пути Анава-марга, когда человек занимается йогой ради своего тела, развивает свои магические силы и способности, развивает свои характер, волю и личность. Это не плохо, потому что душа через это эволюционирует, но это еще не есть путь Освобождения. Люди ведут здоровый образ жизни, развивают свое тело, улучшают себя. Есть множество курсов личностного роста, психологических тренингов. Это очень популярно, через это душа развивается. Она может подняться от Майя-марга и понимает, что для этого надо вкладывать в себя и свое развитие. Если я не развит, то я не успешен. Рождается культ успеха. Человек понимает: «Чтобы быть успешным, я должен развиваться, если я не буду развиваться, я не буду конкурентоспособным, я не буду удерживаться на плаву, не смогу зарабатывать, не смогу быть мобильным, не смогу быть влиятельным, иметь власть». Все это Анава-марга.

Наконец, когда человек прошел путь Анава-марга, тренинги личностного роста и саморазвития, получил магические способности, то он захотел понять: «Кого я на самом деле развиваю? кого я улучшаю? кто этот „я“ ? Кому я хочу дать магические силы, успех, власть, кого я хочу сделать успешным?» Он хочет понять, кто он такой. Когда он приходит к Гуру, то Гуру говорит: «Это все – не ты, ты не то развиваешь, ты развиваешь что-то поверхностное, это не ты сам! Ты сам – Атман за пределами пяти оболочек, ты – не тело, ты – не прана, ты – не тонкое тело, ты – не ментальное тело, ты – не причинное тело, ты не есть эти пять оболочек». Так говорит Шанкара в «Вивека Чудамани». Твой Атман не нуждается в развитии, он совершенен, он изначально совершенен, он всегда чист и свят, и ты им являешься.

Тогда у ученика возникнет парадокс: «Я – Атман, я совершенен. Тогда как же мне двигаться по пути, как развиваться дальше, если Атман уже совершенен». Тогда Гуру ему говорит: «Атман является совершенным, но дело не в развитии того, что совершенно, дело не в усовершенствовании чистоты и совершенства. Дело в установлении связи. Все дело в том, что у тебя, как у эго, с которым ты отождествлен, нет связи. Нужно не усовершенствование, Анава-марга уже здесь не нужна, нужна связь».

Это называется Йога-марга, когда ученик стремится установить связь с изначальным совершенством своей природы, когда ученик понимает, что Атман – это не есть его личное сознание, это есть Бог, Абсолют, Брахман. Идя по пути йоги, он восстанавливает связь не только с Высшим Я, но с самим Богом, самим Абсолютом. Он приходит к пониманию йоги, когда преуспевает на пути Йога-марга, когда становится хорошим йогином, хорошим садху. Он очищает ум, очищает каналы, очищает прану, контролирует мирские желания, усмиряет ум, получает опыты дхараны, дхьяны, самадхи. Он приходит к совершенству, к осознаванию своего врожденного совершенства. У него раскрываются способности. Этот путь называется Сиддха-марга.

Сиддха-марга означает движение по пути совершенства. Сиддха-марга – видение всего чистым, установление связи с божественными силами мироздания, вступление в контакт со своей Изначальной Сущностью, с Божественной Реальностью, потусторонней реальностью для человеческого мира.

Наконец, когда в Сиддха-марга йогин преуспевает, а это очень высокий путь, тогда приходит следующий путь – Дивья-марга. Йогин получает статус небожителя, божества. Он преображает свое тело в иллюзорное тело божества, свой ум – в ум божества, карму преображает в лилу. Свое нечистое кармическое видение он преображает в видение мандалы, чистого мира, свои действия преображает в недеяние.

На пути Дивья-марга тот путь, который мы знаем, заканчивается, потому что это не путь людей. На пути Дивья-марга, на пути Сиддха-марга приходит освобождение, реализация недвойственности. Однако, идти по этому пути могут единицы из миллиардов. Пути, по которым идут шесть миллиардов людей – это три первых: Карма-марга, Майя-марга, Анава-марга. Миллионы садху следуют пути Йога-марга, после Йога-марга идет Джняна-марга. Джняна-марга означает, что ты получил знания. В результате йоги ты приобрел знания, приобрел Джняну, ты стал джняни. Сиддха-марга возможна только тогда, когда ты прошел путь Джняна-марга, потому что ты не можешь идти по пути совершенства и стать совершенным, если ты не обрел Просветления, не узнал свое Высшее Я. Миллионы садху идут по пути Йога-марга, тысяче из них или, возможно, сотне тысяч удается обрести джняну, опыт недвойственного самадхи. Из них только десяткам или сотням удается ступить на путь Сиддха-марга. На путь Дивья-марга удается ступить десяткам всего населения планеты. Такие существа не живут среди людей, их никто не знает. Либо если знают, то не в том качестве, потому что они скрывают свой путь, свои возвышенные качества, выдавая себя за кого-то другого. Это путь эволюции, по которому идут живые существа любых религий, любых традиций, независимо от того, что они думают, как они представляют мир, жизнь, какое у них мировоззрение. От человека к садху, от садху к джняни, от джняни к сиддху, от сиддха к девате, от деваты к махадевате. Это и есть путь эволюции.

«Для того, кто по милости Шивы обрел состояние Шивы, сеть миров одновременно видится отлично от Шивы и не видится таковой. Йогины, наделенные различением Истины и не-истины, приходят к Освобождению, когда по милости Шамбху-Шивы, прерывающей круг перерождений, разрезают узел мирской одержимости».

Зачем разрывать круг перерождений? Пока душа находится в кругу перерождений, страдания неизбежны. Человек должен размышлять о четырех осознанностях: непостоянстве, законе кармы, страданиях и Драгоценном человеческом рождении. Если он не размышляет о них в юном возрасте, ему придется размышлять о них в старости. Если он не извлечет уроков в юности, сама жизнь даст ему уроки в старости. Но в старости уже сложно будет вступать на путь Дхармы, сложно практиковать, медитировать, сложно делать асаны, пранаямы, вайрагья невозможна, тело больное, а ум слабый. На что можно надеяться в старости? Были сиддхи, которые начинали практику в семьдесят лет, а в восемьдесят лет достигали самадхи. Такие случаи были в истории, но очень редко. Поэтому размышлять об этих вещах надо в юности. Думая о них в юности, в зрелом возрасте мы приходим к пониманию важности величия пути Освобождения, важности Мокша Дхармы.

Говорится так: «Если ты всем сердцем не воспринимаешь непостоянство, значит, у тебя нет разума. Если ты не воспринимаешь страдания сансары, значит, у тебя нет сердца». В текстах святых говорится так: «Если ты не способен практиковать, если ты не способен сделать шаг в келью для ритрита, если ты не способен посещать своего Гуру, если ты не способен посещать свой ашрам, то это означает, что ты или болен, или ненормальный». Размышляя над законом кармы, непостоянством, драгоценностью человеческого рождения, мы приходим к пониманию величия Пути Освобождения. Путь Освобождения действительно велик. Мокша Дхарма действительно велика. Мы просто не осознаем часто Путь Освобождения и путаем его с другими путями. Есть различные виды Дхармы, различные пути. Каждый занимается какой-то своей маленькой дхармой, но Путь Освобождения обладает собственным величием и превосходит другие пути. Эти пути не распознаются по причине слабой различающей мудрости людей. Например, если вы не разбираетесь в драгоценных камнях, не ювелир, то если вам дать кучу камней, вы не найдете настоящий драгоценный камень, вы можете перепутать его со стеклом или с полудрагоценными камнями из-за того, что способность к различению невелика. Но если вы принесете кучу камней ювелиру, то он безошибочно сразу выберет самый драгоценный камень. Он спрячет его в сейф и скажет, что его надо беречь как зеницу ока, он очень дорого стоит. Таким же образом мастера и святые, Священные писания выделяют Мокша Дхарму. Мокша Дхарма – это драгоценный камень: если ты его нашел, береги, как зеницу ока. Размышляя о величии Пути Освобождения, мы постепенно утверждаемся в том, что нужно идти Путем Освобождения, а все другие Дхармы не так важны. Это не значит, что их не надо выполнять. Если вы не санньяси, если у вас есть желание жить в социуме, кое-какие дхармы надо все равно выполнять, вы без этого не сможете. Но приоритет все равно остается за Мокша Дхармой. Изображая для других выполнение других дхарм, нужно сосредоточиться на Мокша Дхарме, на освобождающей Дхарме.

«Без милости Господа не остановить круг перерождений, без восхода солнца как же рассеяться тьме мира? Милостивый ко всем Господь Шамбху освобождает живые существа лишь по своей доброте, Милости. В этом нет никакой другой причины. Мудрецы называют окончательным то, в чем исчезают в конце концов все объекты. Непосредственное осознание его как своей сути – это Милость, прасада. Йогин, который достиг этого состояния, зовется «обретший Милость окончательного».

Когда мы вступаем на путь Мокша Дхармы, на Путь Освобождения, у нас есть представления о том, каким он должен быть, если мы обучались, если мы изучали йогу. Йога Патанджали связана с путем усилия, если вы ей следуете: яма, нияма, асана, пранаяма, пратьяхара, дхарана – везде нужны усилия. Сначала для того, чтобы делать асаны, потом – пранаямы. Перед этим нужны усилия, чтобы соблюдать принципы яма-нияма. Потом нужны усилия, чтобы войти в дхьяну, медитацию. Наконец, когда наступает самадхи, мы внезапно начинаем понимать, что в самадхи нет усилия, в самадхи происходит что-то другое, это безусильное состояние. И Освобождение приходит тоже не в результате моих усилий, оно приходит как благословение, как подарок богача бедняку, оно приходит не за счет моего тапаса, моей концентрации. Тапас и концентрация создают хорошие условия, очищают ум. Но все остальное – не за счет моих усилий, а за счет нисхождения благословений. Это называется Ануграха. Откуда приходит нисхождение благословений? Оно приходит из осознавания природы Атмана. Атман обладает благословляющей природой. Атман способен сиять, и это сияние называется Атма-спхурана. Когда сияние Атмана достигает ума, праны, тела, то карма очищается и, естественно, возникают вайрагья, вичара и вивека.

«Без Милости Господа не остановить круг перерождений, без восхода солнца как же рассеяться тьме мира? Милостивый ко всем Господь Шамбху освобождает живые существа лишь по своей доброте, Милости. В этом нет никакой другой причины».

Что означает «милостивый ко всем Господь Шамбху»? Мы должны сами исследовать это. Господь Шамбху – это слова, но они указывают на нашу божественную внутреннюю реальность. Если вы глубоко исследуете природу ума, вы обнаружите Сознание. Это Сознание независимо, ни на что не опирается, не имеет ни имени, ни формы, его природа – это Свет! Этот Свет не связан ни с телом, ни с умом, ни с органами чувств. Его называют Господь Шамбху, Всеблагой. Почему он Всеблагой? Потому что вся радость, все счастье, все благо, все представления о доброте, красоте, о смысле жизни происходят из этого сверхразумного Божественного Света. Этот сверхразумный Божественный Свет и есть наша природа, но мы не догадываемся об этом, потому что мы слишком увлечены своим умом, своим телом, мы слишком доверяем эмоциям и смотрим по сторонам, нам некогда исследовать это. Просто мы никогда не обращались внутрь и серьезно не занимались самоисследованием.

Кроме этого существует еще барьер между нами и этим Божественным Светом. Этот барьер троякий, он называется нечистота, мала. Это нечистота нашей кармы. Майя-мала связана с различением, когда мы слишком переоцениваем различия в этом мире: этот большой, а этот маленький, этот красивый, а этот уродливый. Мы увлечены различением, но мы не можем видеть единое сознание. Другая нечистота связана с нашим эго, с нашим представлением о себе, как о маленькой отдельной личности. Она называется Анава-мала. И третья нечистота называется Карма-мала, она связана с чувством «я делатель», есть привязанность к плодам, привязанность к результатам. Чувство «я делаю» не дает осознать Чистое Сознание вне действий, в недеянии, где нет ни деланья, ни делателя, ни «картритвы», ни «карты». Эти три преграды не дают нам осознать свою врожденную божественную природу. Садхана нужна для того, чтобы их очистить, поэтому каждый, кто хочет осознать свою божественную природу, освободиться от круга рождений и смертей, должен заниматься садханой. Он должен сосредоточиться на садхане. Садхана дожна быть упорной, ежедневной, у нее должен быть свой план, должна быть выработана стратегия, нужно вести дневник садханы, не давать спуску своему уму.

Один святой говорил так: «Если вы даете отдохнуть хотя бы мизинцу, вы не добьетесь успеха. Это нелегко. Свой ум нужно постоянно вдохновлять, потому что ум склонен быть разным: линейным, ленивым, он склонен отвлекаться, он склонен забывать, что есть садхана, что есть Путь Освобождения, потому что вокруг столько всего, что говорит о противоположном». Идти по Пути Освобождения – идти против течения, против общества, культуры, своих желаний. Нет смысла воевать с ними, но нам нужно постоянно напоминать своему уму: «Ум, ты куда идешь, по какому пути ты идешь? Ты идешь по Пути Освобождения, или ты идешь по пути иллюзий?» Постоянно напоминать уму. Но ум склонен впадать в иллюзии и в заблуждения ежесекундно, такова его природа. Даже если он не увлечен какими-то мирскими ценностями, он создает свои собственные ценности, он любит это делать. И здесь необходимо очень трезвое отношение к уму – вичара и вивека. Что бы ум не выдумал, вы должны взять меч вичары и вивеки и отсечь его выдумки. Вы должны прямо посмотреть на ум и спросить: «Кто ты сам есть? кто я такой? кто я?» Ум не выдерживает прямых вопросов, он всегда сдается и парализуется. Это и есть вичара. Когда мы постоянно спрашиваем ум: «Кто ты есть сам»? – ум постепенно замолкает и начинает обнажаться наша внутренняя природа. У нас появляется вивека, различение, когда мы видим иллюзию ума и нашу истинную природу. Такая вивека дает отрешение – вайрагью. В следующий раз, когда ум придумает что-то, за что бы зацепиться, чем бы увлечься, у нас возникает отрешение. Мы не реагируем на это, мы не слушаем ум. Тогда ум постепенно начинает сдаваться, он перестает властвовать над вами. Вайрагья означает, что вы усмирили ум, он над вами не властен. Вы хозяин вашего ума, но не ум ваш хозяин.

«Разнообразие существ, боги, животные, люди и прочие созданы иллюзией. Когда иллюзия поглощается Высшей Сущностью, Шивой, разнообразие тоже исчезает. Когда есть непосредственное виденье Высшей Сущности, Шивы, которого описывают как Вечность, Сознание и Блаженство, что проку в частном знании объектов, откуда же возьмется познающий? Как в глубоком сне человек не видит ничего, так и воплощенный Атман, освободившись, не видит ни одного объекта. Как непрерывное пространство по своей природе не имеет формы, так и для воплощенного Атмана, достигшего Освобождения, его истинная природа сохраняется».

Чтобы понять то, о чем говорится, надо иметь ум, действующий на другом уровне. Каждая шлока требует медитации, требует самадхи. Ее невозможно как философский курс, как лекцию в университете разъяснять, она требует смещения сознания. Умом можно рассказывать, что такое Сат Чит Ананда. Но нужно изменить уровень энергии и уровень сознания. Нужно успокоить ум, нужно отбросить эго, открыть свое сердце для благословения, тогда мы кое-что чуть-чуть начинаем понимать. Дхарму невозможно изучать как философию в университете. Она содержит в себе философскую часть, но это не главная ее часть. Поэтому мы изучаем философию, но на каком-то этапе мы должны останавливаться и говорить: «А теперь мне надо работать с умом, потому что моей ясности, моей энергии, моей вичары и вивеки недостаточно, мне надо сменить уровень осознанности». И тогда от теологии, метафизики, философии мы переходим к конкретным вещам: к своему уму, своей пране, практике концентрации, к призыванию божеств в помощь, к очищению своей кармы, очищению мирских желаний. Мы как бы снова обращаемся к себе, чтобы развить наши качества. Но это уже не Анава-марга, потому что на пути Анава-марги такие цели не ставятся. Йога-марга заключается в том, чтобы изменить, очистить, развить свои качества, чтобы осуществить связь, союз с внутренним Атманом.


16 мая

Наше излюбленное занятие – шравана, слушание. Через шравану приходит манана – размышление, прояснение, анализ или углубление понимания осознанности. Когда у нас выполнена работа шраваны и мананы, мы можем перейти к нидидхьясане. Тот, чья работа шраваны и мананы не выполнена, не может перейти к полноценной нидидхьясане. Шравана подобна закладке фундамента, манана подобна установке стен, нидидхьясана подобна крыше.

«Сиддханта Шикхамани» считается квинтэссенцией 28-ми шиваитских агамов. Джагат Гуру Ренукачарья дал наставления Махариши Агастье. А мудрец по имени Шивайоги Шивачарья записал этот текст, взяв за основу переданное Агастье учение. «Сиддханта Шикхамани» переводится как «драгоценный камень окончательного философского вывода» и относится к категории дхарма-грантх, текстов канонического религиозного содержания. И данный текст является корневым текстом, излагающим доктрину практики в традиции вирашайва, одним из крупных, авторитетных среди традиций Шивы. Эта традиция практически идентична с философией адвайта-веданты, которую мы исповедуем, хоть линия передачи немного другая. У нас за основу философской традиции взята адвайта в передаче Даттатрейи, Васиштхи. Здесь – Джагат Гуру Ренукачарья, Махариши Агастья.

Глава 18. Дхала Атмана.

«Когда благодаря наставлениям учителя человек избавляется от чувства индивидуальности и ощущает истину, он зовется Атман».

Чувство индивидуальности – это есть наше ограничение, это есть наша персональная сансара. Такое чувство вызвано загрязнением, называемым Анава-мала. Другое его название – эго, ахамкара. Но когда мы освобождаемся от него, то мы становимся свободным, распахнутым, бесконечным, безначальным, чистым Атманом.

Как же освободиться от индивидуальности? Говорится: «Благодаря наставлениям учителя». В чем заключается наставление учителя? Наставление учителя заключается в том, чтобы ученик воспитал в себе качества вичары и вивеки. Вместо обыденного восприятия мы должны научиться воспринимать все через призму вичары. Восприятие через призму вичары породит распознавание – вивеку. Например, если я вижу этот зал через призму вичары, то в первую очередь я вижу того, кто видит этот зал. Но если вичары нет, я вижу только зал, а того, кто видит этот зал, я не вижу. Вичара означает, что я вижу того, кто видит этот зал и вижу этот зал одновременно. Может быть, 50 % на 50 %. И у меня есть вивека. Вивека означает, что я могу отличить того, кто видит этот зал, от зала, от тела, от ума, образов и мыслей. Я понимаю это различие, я понимаю, что тот, кто видит этот зал, находится за пределами видения, слышания, он свободен от ограничений тела, он не участвует во всем этом, он не говорит, он не делает. Я четко понимаю эту отделенность, никаких заблуждений, никаких иллюзий, никаких страхов, никаких искушений. Я не могу утратить это понимание, потому что была проведена вичара и возникла вивека, распознавание. Я знаю, что это распознавание – самое дорогое в жизни, потому что распознавание – дверь во врата Бога и его ни в коем случае нельзя утратить. Утрата этого распознавания равноценна утрате самой дорогой жемчужины.

«Атман подобен сотой части кончика волоса, он находится в сердце, пожинает плоды всех поступков и сияет как светильник. И хотя Атман един для всего мира, но из-за контакта с загрязнениями, такими как анава-мала и прочее, он становится крошечным, как атом. Тогда он пребывает во внутреннем органе познания, в уме, в виде чувства Я, эго, ахамкары и подчиняется прошлым кармам. Так Атман един для всего мира».

Атман – это единое, цельное, целостное сознание, но возник контакт с загрязнениями, такими как Анава-мала, с энергиями, которые стремятся к индивидуальности, к ограничению, вызывают ощущение личности. Вследствие такого контакта он воспринимается как нечто ограниченное, крошечное. И тогда он пребывает как такой крошечный атом в органе познания, в уме, в виде чувства Я. Это чувство Я, окутанное такой энергией неведения, проявляется как эго. То есть эго внутри нас – это Атман, но только Атман, окутанный нечистой, заблуждающейся энергией.

«Как кристалл горного хрусталя приобретает красноватый оттенок, если к нему приблизить красный цветок, так и Атман считает себя телом под влиянием эго (ахамкары)».

Когда ограничивающая энергия начинает окутывать Атман, возникает отождествление: «Я есть тело», «Ахам дехасми». Это отождествление возникает под влиянием ахамкары. Например, собака отождествляет себя с телом собаки, птица – с телом птицы, гиппопотам с телом гиппопотама. Но по сути – это Атман, бесконечный и лучезарный. Под влиянием различных окутывающих энергий происходит такое отождествление.

«Когда у нас не пробуждены божества, не открыты верхние чакры, такое отождествление сильно проявляется в нас».

И, напротив, когда верхние центры открываются, внутренние божества пробуждаются, такое отождествление невозможно. Кристалл горного хрусталя кажется приобретшим красный оттенок, если к нему приблизить красный цветок, но на самом деле он не окрашивается. Таким же образом Атман не пятнается телом, но иллюзия возникает такая, будто он пятнается.

«Атман бестелесен, вездесущ и безгрешен. Поселившись в иллюзорном теле, Атман вынужден блуждать в круге рождений и смертей».

Атман отделен от пяти элементов, не имеет формы, не имеет направления, не имеет понятий или имени, но, будучи заключен в тонкое тело, в эго и схвачен разными кармами, он будто бы перерождается. Это означает, что ум, причинная оболочка, астральная оболочка визуализирует новые и новые тела и сама себя заключает в эти новые и новые тела. Какова причина этого? Желание эго.

«Эго, появившись как оболочка на Атмане, начинает жить своей жизнью и желать переживать различные опыты, кармы и удовольствия».

Вследствие этого оно пожинает карма-пхалу – возврат кармы.

«Обретением Атмана называют познание собственной природы, отличной от тела и органов чувств, имеющей форму неделимого Брахмана».

Собственная природа вне тела, вне органов чувств имеет форму недвойственности. Это и не форма даже, это состояние сверхтонкого, сверхчистого, сверхъясного, сверхинтенсивного, вездесущего, безграничного сознания.

«Для того, кто по природе своей не имеет тела, нет никакой связи с телом (то есть для Брахмана). Через соединение с неведением и кармой Он, Брахман, становится воплощенным в теле, чтобы наслаждаться плодами поступков».

Причина воплощения в теле – соединение с неведением, соединение с кармой. Откуда взялось неведение, откуда взялась карма? Карма взялась из прошлой жизни. Откуда взялись прошлые жизни? Прошлые жизни взялись из позапрошлой жизни. Откуда те жизни взялись? «Неведение безначально», – так говорится. Если мы попытаемся анализировать карму, рождение с позиции постепенного творения вселенной, нам придется постоянно все это отодвигать. Но, с позиции мгновенного творения кармы, как и личность, эго и заблуждение появляются мгновенно. С позиции не творения эго, личность никогда не рождалась, никогда не появлялась и ее сейчас нет, и кармы сейчас нет.

На сатсанге в Барселоне Пайлот Баба новым мирянам так сказал: «Отбросьте все методы, отбросьте все учения, отбросьте все». Они практиковали часов десять с Сатья Тэджаси. Они говорят: «А для чего же мы практиковали?» Я им тогда рассказал такую историю. Был ученик, он говорил так: «Я подумал, что все следует отбросить, все это формы иллюзии, это все двойственность. Я подумал, что практику надо отбросить. Затем я подумал, что и всех богов надо отбросить. Затем я подумал, что и Гуру тоже надо отбросить. И вот я все отбросил и теперь полностью свободен». И в это время приходит его жена. Она говорит: «Ты что здесь делаешь? А ну, марш домой!» Я говорю: «Ты все отбросил, но, похоже, ты не отбросил даже самое элементарное. Ты поторопился. Это надо отбрасывать в самую последнюю очередь. А кое-что не отбрасывать, а узнавать в новом качестве». Это иллюзия многих неоадвайтистов. В Киеве то же самое. Один человек, практикующий адвайту, говорит: «Я давно уже познал Брахмана, я вижу все как иллюзию, я свободен». Потом встал вопрос о том, что монахам надо было где-то разместиться, гостиницу искать. Он говорит: «Я бы вас взял с собой, но если я приведу монахов домой, меня жена убьет». Точь-в-точь повторяется ситуация.

«Этот воплощенный Атман – не божество, не гандхарва, не якша, не ракшас, это не человек, не животное и не неживой объект».

«Воплощенное Я имеет разные созревшие кармы, они получили различные лона для появления на свет, они имеют разные склонности и думают по-разному. Они движутся разными дорогами и стремятся к разным целям. Они не свободны, их знания ограничены, они способны лишь на ограниченные поступки».

Все они – объекты вселенской игры Шивы, высшего Атмана.

«Атман вездесущ, всеведущ, всепроникающ, вечен, непоколебим, непятнаем, ничем не ограничен».

Но любая джива ограничена кармой, ограничена лоном, из которого она вышла, имеет разные склонности и двигается своими траекториями. Пути людей, пути богов и асуров различаются. Все в этом мире преследуют свои цели, но Атман не преследует никаких целей, он сам является конечной целью. Все живые существа имеют желания, но Атман содержит в себе квинтэссенцию всех желаний. Все живые существа ищут смысл жизни, смысл своего бытия, но Атман является смыслом всех существ. Все живые существа ищут божественность, но Атман есть источник божественности, он есть сама божественность.

«Направляемые Высшим Господом существа идут в высшие миры или в низшие миры в соответствие со своей кармой. И вновь, благодаря оставшейся карме, эти существа рождаются из пустоты лона, рождаются, умирают, снова рождаются, снова встречаются со смертью. Так они бродят в ужасном круге перерождений, не имея возможности остановиться».

Что толкает рождаться вновь и вновь дживу, живые существа? Толкают васаны и самскары. Почему васаны и самскары не могут исчерпаться? Потому, что всегда на фоне любых рождений, переживаний присутствует авидья – неведение. Неведение заключается в нераспознавании Атмана, в забывчивости Атмана – асмита. Когда есть неведение и нет распознавания Атмана, всегда присутствует рага. Рага – это движитель жизни, это главная мотивация жизни. Рага – это как страсть, как желание.

В детстве у меня были различные желания, например, если я чего-то хотел, я этого добивался. Я даже мог родителей замучить своими желаниями в три года, в пять лет. Например, я услышал, что есть такая стирательная резинка, а до этого я никогда не слышал про нее. Мне это показалось необычным. Надо же, резинка может стирать! А дома ее не было. Я спросил: «А где эту резинку можно достать?» Мне сказали: «У бабушки есть, в деревне». Я тогда всех подбил поехать в деревню в гости к бабушке, двадцать километров от города. Когда мы приехали, я не к бабушке пошел, а сразу начал спрашивать: «Где тут у нее резинка лежит?» Мне очень хотелось ее увидеть, моя мысль была сосредоточена на резинке. Я увидел ее, постирал, понял, что резинка существует, и все, интерес пропал. Это пример того, как душа может иметь желания.

Движущая мотивация жизни – это рага, желание, желание чего-либо. В основе раги лежит шакти и эта шакти спит у нас в копчике. И она же исходит из чакры, и она определяет вектор нашей жизни. Чем сильнее шакти, тем сильнее рага. Чем сильнее рага, тем больше экспрессии, динамики, целеустремленности в достижении цели, но больше и проблем.

Если эта шакти вытекает через свадхистана-чакру, то движущим мотивом в жизни будет получение разного рода удовольствий: сексуальных, удовольствия просто от общения, от эмоций, от застолий, вечеринок. В общем, создание атмосферы богемы, расслабления, тусовки или вожделения, если рассуждать на низком уровне. Это будет движущая сила.

Считается, что гандхарвы – музыканты, артисты не очень серьезные в браке существа. Для них брак – это что-то самоосвобожденное, поэтому у них брачный обряд очень простой. Они гирлянду повесили друг другу – и все, муж и жена. Сняли гирлянду – все, развод. То есть можно жениться каждый вечер, если гирлянда есть. Они имеют свои понятия о брачных узах, у них есть такая легковесность, потому что доминирующая сила их – это свадхистана-чакра.

То же самое апсары. Апсары рождены, чтобы соблазнять, это их, так сказать, профессия. Они наделены специальной прабхава-сиддхи, сиддхи обольщения, очарования. Одна апсара очаровала Вишвамитру. Вишвамитра был аскет. Он не просто соблазнился, он был околдован, потерял разум, то есть его сознание было затуманено, и он растратил всю тапасью.

Если движущая сила раги – манипура-чакра, то и мир будет другой, и другая судьба. Это целеустремленность, тенденция установить свое господство или тенденция все описать логически, тенденция творить, создавать мандалы, контролировать, проявлять волю, иногда воевать. Манипура-чакра делает человека хозяйственником, военным, бизнесменом, логиком, целеустремленным, силовиком, волевиком. И опять же движущая сила, мотивация его жизни – рага, это стремление все упорядочить, подчинить, сделать целесообразным, воплотить цель, добиться исполнения намерений, дисциплинировать.

А если маха-шакти поднимается выше и исходит из анахата-чакры, остается в ней, то движущая мотивация будет удовлетворять чувства, привязанность, эмоциональность, близость. Человек будет жить для того, чтобы испытывать утонченные эмоции, эмоции любви, привязанности, преданности, творчества. Иногда с этим связана гордыня.

Когда это продолжается постоянно, возникает сильная двойственность – двеша. Рага приводит к двеше. Двеша означает, что я принимаю то, что соответствует моим желаниям, а то, что не соответствует, я ненавижу.

Например, человек любит женщину, а у него есть соперник. Человек жутко ревнует, он ненавидит соперника. Может быть, его соперник хороший человек, духовный, но он игнорирует все его качества, для него он просто соперник. У него затмевается сознание, двеша все затмевает, она четко делит мир на две половины – хорошее и плохое. Хорошее – это то, что удовлетворяет мои желания, плохое – то, что не удовлетворяет. Двеша всегда погружает в такое обусловленное мировоззрение, тогда возникает сильная зацепка за этот мир, устойчивая жажда мирских рождений и материального существования – абхинивеша.

Вот эта цепочка: авидья, асмита, рага, двеша, абхинивеша – причина сансары. Мирская жизнь – это, в основном, страдания, так как есть загрязнения, такие как Анава-мала и прочие малы. Это ограниченное существование рассеивается благодаря наставлениям учителя, когда сияет энергия знания.

«Благодаря осознанию, переданному учителем, рассеивается ощущение воплощенности Атмана. Тогда, несомненно, воплощенное существо чувствует внутренний Атман»

Когда мы дисциплинируем и очищаем ум, мы начинаем чувствовать в потоке своего сознания пустотность, пространственность, всепроникновение, светоносность. У каждого это проявляется по-разному. Когда мы чувствуем это, мы не можем больше жить и делать по-старому. Вместо того, чтобы делать, мы начинаем играть, потому что Атман всегда свободен. Начать действовать в причинах и следствиях означает попытаться связать Атман.

«Воплощенный Атман обитает в теле, но он свободен от контакта с телом. Осознав себя как Шиву, существо утверждается в состоянии высшего Атмана и зовется внутренний Атман».

Атман свободен от контакта с телом. Атман не уничтожим, не рассекаем, не убиваем, не иссушаем, не сжигаем. Мы начинаем переживать Атман, когда благодаря чистоте каналов, спокойствию ума энергии наполняют сушумну. Разные типы праны наполняют разные каналы и возникают разные типы переживания Атмана. Иногда мы можем переживать Атман через прану земли, иногда – через прану воды, а иногда – через прану огня и так далее. В зависимости от этого кажется, будто и Атман имеет разные окраски.

«Живой воплощенный Атман зовется внутренним Атманом, так как он находится между состояниями живого существа и высшего Атмана, Параматмана и объединяет свойства обоих этих состояний».

Ошибочное представление о себе, как о человеке, появляется из-за контакта Атмана с эго, ахамкарой. Атман зовется внутренним Атманом, когда приобретает знание такого типа: «это не является моей истинной природой». Когда мы понимаем, что мысли, эмоции, тело, прана, чувства, образы не являются моей истинной природой, мы приходим к переживанию того, что за их пределами, мы близки к переживанию Атмана.

«Как лист лотоса не смачивается водой, также на Атман не влияет тело, хотя он и пребывает в теле. Как птица, живущая в гнезде, видна, когда она находится вне гнезда, так и Атман, обитающий в теле, проявляется вне тела».

Когда Миларепа покинул тело, люди несли его тело сжигать в определенное место. Парадокс в том, что Миларепа некоторое время шел вместе с ними в своем другом теле. Его дух создал иллюзорное тело, которое могло быть видимо другими.

«Как луна скрывается за облаками, хотя они не касаются ее, так и Атман окружен телом, но тело не затрагивает его. Атман не обладает эго и чувством собственности типа «это мое», его не ограничивают характеристики. Даже пребывая в теле, Атман, посредством йоги, всегда видит Шиву».

Мудрость приходит к садху когда он понимает, что ему не нужно собирать ничего снаружи, ему не нужно цепляться ни за что снаружи. Ему нужно утвердиться в осознавании и накапливать прану. Ему не нужно привязываться ни к кому, ему не нужно строить излишних привязанностей ни к чему. Ему нужно утверждаться в своей собственной природе. Ему не нужно желать ничего сверх того, что он имеет, не нужно вовне строить никаких планов сверх тех, что приходят естественно или являются служением. Ему нужно утверждаться в своей природе.

«По милости вдохновляющего Шивы Атман отбрасывает идеи субъекта, наслаждающегося и объекта, объекта наслаждения, отказывается от привязанности к объектам. Когда отброшено восприятие себя как наслаждающегося, Атман сияет в своей чистой сути. Господь Шамбху всегда живет внутри всех существ как вдохновляющий. Благодаря йоге, ведущей к осознанию, йогин наслаждается как достигший освобождения».

Рамакришна постоянно был погружен в ананда-самадхи, но однажды кто-то начал ему рассказывать, как страдают какие-то люди. Он сказал: «Я так погружен в блаженство, что уже, наверное, позабыл, как страдают другие люди». Он помолился матери Кали и попросил: «Мать, открой мне, скажи, как мне узнать, как страдают другие люди? Дай мне возможность пострадать так же, как они». И когда он почувствовал страдания других людей, он лишился чувств и ударился о камень, у него был выбит один зуб.

«Когда осознание истины смывает прочь все загрязнения ума, создававшего мирское существование, тогда он, внутренний Атман, зовется высшим Атманом, так как теперь они полностью едины. Шива зовется высшим Атманом, Параматманом, так как своим сиянием Господь превосходит все Атманы, хотя именно он светит во всем. Высшим Атманом называют ту сущность, в чьем великом океане иллюзии миры, как пузырьки, всплывают наверх и опускаются вниз. В той форме многочисленные светила, подобно искрам пламени, возникают и снова сливаются с огнем. Это и есть форма высшего Атмана. То, в чем все объекты появляются и исчезают как волны в океане – это форма высшего Атмана. Высший Атман полностью устранил связь с загрязнениями, он – сама жизнь всего мира, пребывающая над всеми элементами творения, таттвами. Как солнце своим сиянием освещает мир, проникая везде, так и высший Атман сияет, охватывая весь мир своими энергиями. Хотя высший Атман светит повсюду, он все же отличается от иллюзии, майи мира, он сияет как внутренний свет в воплощенных существах».

Движущей силой жизни йогина является не желание, не мирское желание – рага. Движущей силой его жизни является стремление познать Бога. Это можно называть любовью, преданностью или вичарой, но это одно и тоже. Такое стремление не направлено наружу, оно также не направлено в будущее. Такое стремление можно сравнить со страстью, если вы очень глубоко осознаны, с непрерывным вдохновением, но оно не направлено в будущее, оно всегда здесь, сейчас и в настоящем, оно не направлено наружу, оно не направлено даже внутрь. Оно объединяет и внешнее, и внутреннее.

Если вы направите свое стремление на Бога, на божественное, вы никогда не будете иметь сомнений, ошибок или отвлечений. Когда мы становимся садху, мы не должны жить безразлично, без стремления. В основе жизни садху лежит стремление к божественному. Шанкара называет это мумукша, в бхакте это называют према – преданность, в джняне – вичара. Но, в любом случае, должно быть стремление. В карма-йоге – это усердие. Чему бы вы не следовали, ваше стремление направлено на Бога, и оно приведет вас к Богу.

Наступает однажды такой момент, что наше стремление перестает исходить из усилия, оно становится тонким, безусильным, естественной поглощенностью. Однако направленность на Бога никогда не исчезает. И вы должны стремиться к Богу, вы должны стремиться к божественному каждый миг и каждую секунду. Вы не должны думать много о себе, о вашей, так сказать, личной жизни. Если вы слишком поглощаетесь собою, вы на ошибочном пути. Подумайте, разве для этого вы пришли сюда? Вы уже и так все оставили. Если вам интересна личная жизнь, то это, определенно, не то место, где вы можете все реализовать. Ни в эгоистичном плане, ни в карьерном, ни в материальном, ни в любовном, никакой личной жизни здесь для эго нет. Под личной жизнью я имею ввиду жизнь эго. Но вы пришли сюда не для этого, а чтобы искать Бога.

Тогда надо понять, как надо сделать свое стремление к Богу непрерывным, однонаправленным. Вы можете сделать опорой вичару, но вы должны быть стойкими в вичаре, либо вы можете сделать опорой веру и преданность – бхакти, но вы должны быть стойкими в преданности. Вы должны стать пламенем преданности и любви к Богу, которая никогда не затухает. Вы можете сделать опорой карма-йогу, но вы должны быть устойчивыми в усердии. И что бы вы не сделали опорой, это должно быть погружено в состояние осознанности. Но эта устремленность должна быть все равно в любой форме.

И такая устремленность называется шила – устремленность к Богу. Вы можете сделать опорой естественное состояние, но вы не должны отвлекаться. И тогда у вас больше нет никаких проблем, вы можете сделать опорой мантру, но вы должны читать мантру, распознавая ее смысл. Вы можете сделать опорой санкальпу, исследование, но вы не должны терять санкальпу при еде, ходьбе, разговоре. Так или иначе, внутри вас должно быть стремление к Богу, к божественному. Вы можете сделать опорой ритуальную практику, тантрийскую практику с визуализацией, теургию и иллюзорное тело, но вы должны распознавать светоносность, пустотность и чистоту иллюзорного тела и визуализируемых божеств.

В любом случае вы не должны думать о себе, вы не должны думать о своем комфорте, вы не должны думать о своих амбициях. Вы должны отбросить все это и оставить только это главное стремление. Тогда такая устремленность будет вас вдохновлять, и ваши крылья будут вырастать с каждым днем. Если вас одолевают сомнения, если вы слишком погружены в личную жизнь в уме, значит в вас нет устремленности.

Когда нет устремленности, ум открыт тысячам соблазнов. Хорошо привязаться к этому человеку, хорошо привязаться к прасаду, хорошо привязаться к телу, хорошо получить комфорт, хорошо удовлетворить амбиции эго. Тогда ум находит много псевдохороших занятий для себя. Но это возможно, когда нет устремленности, но когда устремленность есть, какое тебе до всего этого дело? Ты устремлен, ты ищешь Бога. Это как человек, который ищет драгоценный клад. Такой человек не успокаивается, пока его не найдет. Если у вас есть устремленность, у вас нет никаких проблем. Ну, даже если они есть, вам не до них. «Какая разница?» – вы так думаете.

Если устремленности нет, а ваши органы чувств не получают наслаждения, то вы живете в изолированном от Большой Земли, так сказать, месте, ваш ум начнет изощряться и искать себе занятие. Ведь у него нет устремленности, но занятие ему надо найти, потому что ум, как джин, всегда ищет занятие. Он не может быть без занятий. Если вы не займете ум устремленностью к Богу, он найдет себе занятие в другом. Искать недостатки в соседе – любимое занятие. Фантазировать о том, как можно было бы удовлетворить какие-то желания. Поглощаться разными иллюзиями, например, самокопанием, самобичеванием. Никогда не давайте уму заниматься подобными вещами. Вы должны достать кнут и показать ему. Есть такая поговорка: «Хорошей лошади достаточно тени кнута». Но устремленный человек подобен фанатику, который ищет клад, он подобен гениальному художнику, который полностью поглощен своей картиной. Его ничего не интересует больше.

Однажды Иммануил Кант, думая о какой-то философской проблеме, пришел домой и, вместо того, чтобы поставить трость в угол, а самому лечь на кровать, он положил трость на кровать, а сам встал в угол. Он продолжал думать над своей философской проблемой. Прошли пара часов, затем он понял, что-то не так. Некоторое время он даже не мог понять, в чем же дело. А потом он догадался, что он сделал все наоборот, он сам встал в угол, а трость лежит на кровати.

Это пример устремленности. Многие гениальные математики устремлены, чтобы открыть какую-то очередную формулу, доказать гипотезу Пуанкаре, квадратуру круга или еще что-нибудь. Они живут подобно таким фанатикам, они живут в мире цифр.

В детстве я развлекался тем, что составлял в уме цифровые головоломки, пока ехал в троллейбусе. Я хотел издать книжку для детей, разные математические головоломки. Очень захватывает. Таким же образом математики обладают очень большими способностями в оперировании цифрами. Они полностью поглощаются этой ясностью. Но это не та ясность, которая нужна садху.

Устремленность садху выше, гораздо выше. Она направлена на тот мир, где нет цифр, понятий, имен и форм. Это устремленность к Богу. А если вам трудно иметь такую устремленность, возьмите имя, возьмите форму, в этом ничего нет предосудительного, поклоняйтесь мурти Даттатрейи с верой и преданностью несколько лет, главное, чтобы у вас была бхава. Но не теряйте устремленности. Лучше устремленность в поклонении форме, чем тупость в бесформенном. Если вы будете думать: «Я бесформенный, я без понятий и без имени», а ум пребывает в тупом состоянии, это нельзя называть устремленностью. Устремленность окрыляет, вдохновляет и выдергивает вас из этого мира. Этот мир для вас становится маленькой лужей.

Многие говорят: «Как трудно отречься от мира, такие соблазны, такая карма». Когда я слышал это в свои юные годы, я смеялся в лицо таким людям, говорил им: «Вы неверующие, вы – «Фомы неверующие». Вы не любите Бога». Я приходил в их организации, в организацию последователей Ауробиндо и другие, громил их в безверии и они пугались. Ну, это так в юности можно делать.

Никаких проблем нет, чтобы покинуть мир, никаких проблем нет, чтобы освободиться от всех захваченностей, если вы устремлены. Вы живете тем, во что вы устремлены 24 часа в сутки. Вас могут бить по голове, вас могут обзывать, в вас могут плевать, а какая вам разница, вы устремлены. Ваши же мысли могут вас бить по голове, ваши же иллюзии могут толкать вас. Но если вы устремлены, совсем несложно от всего этого быть свободным. Это вера, это шила.

Сейчас я не проявляю такую устремленность. Почему? Потому что я вижу свою задачу в том, чтобы не показывать свое просветление, а скрывать его. Если ты показываешь такие вещи, мир вокруг рушится, мирской мир. Поэтому я беру от своей устремленности 10 % и показываю ее, а в остальное время все прячу. В обществе это не нужно, общество этого боится, это нужно держать только внутри своего сердца, потому что просветление, вера – это не то, что востребовано в современном атеистическом, материалистическом обществе. Это запредельная, это тотальная вещь.

Но вы садху, вы не в миру, вы живете в монастыре. Здесь это правильно, это приветствуется – быть устремленным. Однако ваша устремленность не должна стать новыми рогами. Если вы сделаете вашу устремленность умственной, вы впадете в заблуждение. Эта устремленность не должна быть бегством вперед. Если вы будете сидеть и думать: «Когда же я достигну освобождения?» и лить слезы или мечтать – это не будет истинной устремленностью.

Истинная устремленность возникает в тишине сердца, вне будущего, вне действия, вне ума. Она возникает как величие, благоговение, преданность, чистота, любовь, сакральное мистическое откровение. Она возникает как чувство непрерывного благоговения, благоговения, благоговения и проникновения еще глубже, еще глубже, еще глубже, ни на минуту, ни на секунду не теряя. Тогда человек становится глухим, немым по отношению к сансаре, он пробуждает свое сердце к Богу и никогда его сердце больше не засыпает. Тогда у него возникает особый вид ревностности. Ревностность – это ревностность в садхане, ревностность в севе, ревностность в тапасье, ревностность в исполнении своих принципов, ревностность в джняне, самоисследовании, ревностность в мантре.




2016 год


17 марта

«Йогин чувствует, что мир – это обман и всегда помнит Шиву – Бытие (Сат), Блаженство (Ананда), Сознание (Чит), находящееся за пределами мира. Как же йогин может оказаться связанным?»

Понимание иллюзии мира, обмана сансары растет параллельно с пониманием благословения Бога. Тьма и свет не могут сосуществовать. Неведение, заблуждение и мудрость не могут сосуществовать вместе. Если нарастает свет, тьма обязательно уменьшается вплоть до полного исчезновения. Понимание обмана сансары, обмана иллюзии мира возрастает с пониманием благословения божественного источника. В чем проявляется понимание иллюзии мира? В разочаровании в имени и форме. Вы перестаете делать ставку на имя и форму как на объект цепляния. Вы перестаете их переоценивать. Все живые существа сходят с ума по имени и форме, потому что они сами имеют имя и форму. Их ум сильно цепляется ко всему, имеющему имя и форму. Когда вы прозреваете Брахмана, прозреваете Даттатрейю, Шиву, вы перестаете цепляться за имена и формы, почитая их как несущественные. Вы не впадаете в нигилизм, отвергая их, но вы меняете в шкале ценностей место для имени и формы. Например, вы выполняете почитание божеств на алтаре. Они имеют имя и форму, но вы их почитаете, прежде всего, как бесформенную реальность, принявшую форму, когда форма вторична по отношению к недвойственности, пустоте и абсолютному сознанию. Тогда форма и имя божества – это игра энергии бесформенного, то есть здесь есть полнота, здесь нет отрицания формы. Здесь есть недвойственность, пустота, но форма стоит на своем месте.

Когда вы изучаете тексты, все они имеют наименование. У них есть тоже конкретная звуковая, теоретическая, грамматическая, логическая форма. Вы их не отрицаете, но вы почитаете в них то, что лежит за пределами имени и формы. Вы их почитаете, как указатели, а не как самосущие тексты. Когда вы почитаете Гуру-парампару, божеств, визуализируете себя в облике божества, имеющего форму, вы подразумеваете единство пустоты и формы. Вы расцениваете форму и имя как игру энергий недвойственного. Но в самой форме, в самодовлеющей форме, при таком этерналистском подходе к форме вы разочарованы. Вы уже больше не цепляетесь. Вы разочарованы, а это значит, что вы переоценили свои взгляды, вы готовы больше не цепляться за все, что имеет имя и форму. Вы не хотите наслаждаться формой, понимая, что она временна, она иллюзорна, она ограничивает.

Другое разочарование – в действии. Если вы раньше делали ставку на действие, то прозрение сахаджа-таттвы предполагает, что вы открываете недвойственность, принцип Абсолюта – недеяние, Его совершенство, не нуждающееся ни в каких действиях. Но это не значит, что вам не надо уже вообще ничего делать. Это не значит, что вы раз и навсегда отбросили все действия. Такой подход можно было бы назвать нигилизмом. Вы понимаете еще важность действия, однако ставку вы делаете не на действие, а на пребывание в недеянии, по крайней мере, признаете его как свой идеал. Таким же образом, вы разочаровываетесь в делателе, в себе как в делателе. Вы понимаете, что вы как делатель – это ничтожная часть того, кем вы в самом деле являетесь. Вы разочаровываетесь в плоде от делания, в присвоении плодов делания.

Самоотдача начинается с этих видов разочарования. Разочарование в сансаре начинается с того, что вы разочаровываетесь в этих принципах. Также вы разочаровываетесь в векторе времени, в котором вы живете – в прошлом и в будущем. Все живые существа сентиментальны по отношению к памяти прошлого. Все живые существа имеют надежды на будущее. Например, с годами старики становятся очень сентиментальными. Почему? Все в прошлом, все важные события в жизни – в прошлом, все, что было в молодости, кажется таким живым, ярким, настоящим, теперь уже не то. Все старики ворчат: «Вот раньше было... а вот сейчас...» Для молодежи «сейчас» – вот это все, у них еще нет памяти. Для них все в будущем. Они думают: «сейчас» – это ерунда, прошлого вообще нет, а вот в будущем у меня будет то и то. Вся их жизнь, все их цели и планы связаны с надеждой. Они создают очень много надежд, очень много визуализаций, что бы они хотели получить, достичь в будущем.

Разочарование в сансаре заключается в том, что вы разочаровываетесь в таком подходе к времени. Тогда время не властно над вами. Время безжалостно крушит надежды. Время все делает прошлым. Вы утверждаетесь в едином, целостном, неделимом времени – акханда-кала, которое всегда пребывает в настоящем.

Семь разочарований: в имени, в форме, в действии, в делателе, в плоде от делания, в прошлом и будущем, и последнее – это в частном знании. Материальный мир переоценивает важность частного знания, недооценивает важность запредельного, трансцендентного знания. Частное знание касается устройства этого мира, можно сказать, ноу-хау, лайфхак: я знаю, как это сделать. Очень важное знание. С помощью частных знаний можно вылечить болезни, можно полететь на Луну, можно создать нанотехнологии, научиться добывать нефть. Очень много дает частное знание этому миру. Но человек, переоценивая частное знание и недооценивая трансцендентное, становится слепым. Если обезьяне дать компьютер и даже научить нажимать кнопки, она не будет знать, как его применить. Частные знания – это знания тактические, касающиеся сиюминутных деталей. А стратегические знания – это знания Абсолюта. Они не связаны с частностями. Они связаны с «экавидья» – единым, целостным познанием недвойственности. Люди, обладая частным знанием, могут прекрасно заблуждаться и также страдать, потому что частное знание не решает проблемы смысла жизни. Например, обладая превосходными частными знаниями, тем не менее, люди могут воевать, убивать друг друга и страдать из-за того, что частные знания им не помогают. Те же, кто овладевают трансцендентными знаниями, всегда счастливы, никогда не будут воевать, страдать, они понимают фундаментальный смысл жизни. Знание трансцендентного позволяет им понять, какие частные знания им нужны, какие не нужны. Разочарование в иллюзии сансары – это также разочарование в важности частных знаний. Тот, кто обладает трансцендентным знанием, без труда овладеет любым частным знанием, потому что он привлечет эти знания из Всевышнего Источника. Поэтому Шри Рамана Махариши говорит: «Те, кто не имеют джняны, но имеют сиддхи, ищут джняну. Те, кто обладают джняной, не ищут ничего».

«Все действия – поклонения Господу Шамбху, все слова – гимны в Его честь. Когда человек ощущает это, как может карма связать его? Все радости и горести, которые испытываются благодаря действию органов чувств – порождение кармы».

Карма не приходит откуда-то, она приходит из сознания. Именно сознание помещает нас в определенную реальность. Тенденции ума заставляют действовать так или по-другому. Но когда все действия в самоотдаче безупречно посвящаются Богу, Всевышнему Источнику, через созерцательную самоотдачу, через внешнее поклонение, через карма-бхакти-йогу, через гуру-йогу, то, если происходит самоотдача, тенденции сознания становятся бессильными, они не могут больше управлять йогином, потому что сам йогин всегда воссоединяет себя со всевышнем центром, и этот центр гораздо глубже, чем любые тенденции ума йогина. И вот открыть, обнаружить мощный центр притяжения, Всевышний Источник, и начать жить, как спутник, который вращается вокруг планеты, – это и есть жизнь в преданности, жизнь в созерцании, жизнь в интеграции, жизнь в естественном состоянии природы ума.

«Йогин, который посвящает все чувства Шиве, становится освобожденным при жизни. Тот, кому всегда дает наставление шива-йогин, достигший состояния тела «высшая сущность», и кто по милости шива-йогина стремится к освобождению, зовется учеником. Тот, кто в своих мыслях, речах и поступках неизменно предан гуру – воплощению добродетелей, зовется учеником. Спокойный, владеющий собой, выполняющий аскезу, честный, ровный ко всем и относящийся к учителю и к Шиве с равным почтением, таков лучший из учеников. Мудрый ученик смотрит на учителя, как на Шиву, и на Шиву, как на учителя. Он не видит ни малейших различий между ними. Благодаря даже кратким указаниям наставника, ученик обретает сильнейшую веру в практики шиваитов, созерцание Шивы и в чистое знание Шивы. В великом океане иллюзии (Майи) миры возникают и исчезают, как пена. Милостивый взгляд гуру, как подводное пламя, в мгновение ока поглощает эту бездну. Мимолетный, пронзительный взгляд учителя превращает человека в Шиву, как ртуть превращает медь в золото. Демонстрируя знания недвойственности с Шивой, ученик никогда не нарушит повелений гуру. Привязав свой ум к Шиве, он достигнет всех совершенств. То, что Шива отличается от мира, – это ложь. Шива – это сияющее сознание. Воистину тот освобожден, кого гуру просветил: ты – Шива».

Шива переводится как Всеблагой. Шива есть сияющее сознание и оно наделено высшим благом. Ученик в процессе садханы должен разоблачить собственные ложные взгляды. На что ложные взгляды? На Бога, на Абсолют. Это значит, он должен освободить свое понимание Бога от имени и формы, от этернализма. Затем он должен разоблачить свои ложные взгляды на Бога в плане нигилизма. Этернализм, нигилизм, ложные взгляды на Абсолютную реальность. Затем он должен разоблачить ложные взгляды на материальный мир. Он должен избавиться в отношении материального мира от этернализма – слепой привязанности, тенденции увековечивать материальный мир, считать его отдельным, самодостаточным. Также он должен избавиться от нигилизма в отношении материального мира. Наконец, третье, он должен преодолеть ложные взгляды в отношении самого себя. Панча-коша-вивека позволяет преодолеть эти ложные взгляды. От ложных взглядов «я есть тело» он должен прийти к истинным взглядам «Шивохам», «Ахам Брахмасми», «Я есть Даттатрейя». Когда эти ложные взгляды на Бога, на материальный мир и на свое высшее Я устранены, тогда остается чистое, сияющее сознание – это и есть Шива. Этому чистому, сияющему сознанию он должен быть предан, он его должен признать, как самого себя, и утверждаться до тех пор, пока он безусильно сможет пребывать в нем естественно. Когда он утвердится в нем, он позволяет действовать этому божественному Шива-сознанию непринужденно, естественно, играючи, спонтанно, все больше самоутверждаясь в его божественной природе. В процессе садханы, жизни оно будет принимать разные конфигурации. Оно будет выходить на разных тонких уровнях и снова побуждать вернуться к ложным взглядам. Йогин должен растворять все ложные взгляды. Сначала он должен интеллектуально их опровергать с помощью знания писаний, логики, философии. Затем он должен опровергать их с помощью созерцательного самоосвобождения. Затем, глубже утвердившись, он должен опровергать их с помощью самоотдачи. И, в конце концов, он должен опровергать ложные взгляды с помощью самоузнавания.

«Великое знание единства с Шивой – лекарство от болезней сансары. Умиротворенный счастливец, который получил это знание от гуру, достиг освобождение при жизни. Нет в этом сомнения. Гуру, чье тело – форма высшего, всегда побуждает ученика к осознанию, а ученик преданно служит гуру и слушает его. Такой ученик зовется послушником, дословно «стремящимся слушать». Что такое истина, а что не есть истина? Что такое Атман? Кто такой высший Шива? Ученик, который хочет услышать ответы на эти вопросы, выделяется среди прочих».

Ученик низшей категории спрашивает: «Почему этот делает так? Почему этот сказал то? Почему у нас прасад такой? Почему это?» Ученик средней категории спрашивает: «Как мне достичь освобождения? Какие мантры мне читать? Как заниматься визуализацией? Как практиковать медитацию созерцания, атма-вичару?» То есть его интересует упайя – метод. Его не интересуют частности, кто что делает, кто что сказал. Ученик еще более высокой категории спрашивает: «Каково различие между дживой и Шивой? Что есть Брахман? Что есть Атман? Что есть Ишвара? Что есть Майя? Что есть Авидья?» Его интересует воззрение, как в нидидхьясане не выпадать из воззрения, как оставаться в воззрении, какие бывают способы отвлечения, как не совершать ошибки при пребывании в воззрении, как перевести воззрение в созерцание, как созерцание соединить с поведением, и их все соединить с энергией. То есть он уже следует ануттара-тантре. Первый ученик следует раджа-йоге, ему мешают многие факторы, когда он не может применить раджа-йогу. Второй ученик следует пути тантры, ему нужно понять метод, мантру, визуализацию, работу с каналами. Третий ученик следует пути ануттара-тантры, ему надо утвердиться в воззрении, в созерцании, в преодолении отклонений и ошибок, чтобы больше никогда не выпадать. Он живет в нидидхьясане. Четвертый ученик, еще более высокой категории, просто пребывает в бхаве самоотдачи. Он, как пустой сосуд, выполняет свою дхарму, свое служение, а сам непрерывно пребывает в бхаве самоотдачи. Он живет ануттара-тантрой высшей категории. Ему достаточно самоотдачи, он касается высшего Света Атмана благодаря полной, тотальной самоотдаче, и созерцание, нидидхьясана никогда не покидает его. Он питается Гуру-йогой, он получает благословения от Ишта-деваты, от Гуру-парампары, от Гуру и своего высшего Я. В конце концов он приходит к самоузнаванию, реализовывает освобождение и становится благословением для других. Каждый ученик проходит эти стадии. Он начинает с номера один, поднимается к номеру два, три, четыре и пять, вплоть до полного освобождения. Это стадии сутры, тантры, ануттара-тантры, стадии самоосвобождения, самоотдачи и самоузнавания.

«Вновь и вновь, слушая объяснения гуру, ведущие к осознанию Шивы, ученик обретает внутренний покой. Такой человек достигнет освобождения. Ум ученика не пробудится без наставлений учителя. Как может лотос расцвести без солнечного света? Стоит только солнцу взойти, камень сурья-кантха сразу начинает сиять. Стоит учителю взглянуть на ученика, как тот начинает светиться осознанностью. Ученик должен приблизиться к достойному гуру с молитвенно сложенными ладонями и услышать от него средства, дающие непосредственный опыт блаженства недвойственности с Шивой. Что это за высшая истина, высшая реальность, которую следует познать? Кто поддерживает это все? Непосредственное восприятие чего зовется освобождением? Поведай мне вкратце. После того, как ученик, наделенный самообладанием, задаст эти вопросы, гуру должен поведать ему истину, уничтожающую круг перерождений. Шива и есть высшая истина, проявляющаяся как сознание, блаженство и бытие. Он вечен, кроме него в мире нет ничего вечного. Этот преходящий мир существует в Шанкаре – истинной сути, как видимость серебра существует в реальном перламутре. Шиву осознают при помощи твердой убежденности «Я – Шива».

Медитация Шивохам, медитация гуру-мантры, медитация «Ахам-Брахмасми» должна привести к переживанию Брахма-ахам-бхавы. Брахма-ахам-бхава означает твердую убежденность: «Я един с Шивой», «Я един с Абсолютом», «Я являюсь Абсолютом». Такая убежденность начинается с логического предположения, потом с веры. Если так говорят священные писания, то я предполагаю, что так оно и может быть в теории. Затем она переходит в практическую плоскость, когда я должен медитировать подобным образом, хоть у меня такой убежденности нет, она чисто интеллектуальная, я должен ее воспитывать в себе.

В процессе такого воспитания ума выходит много других убежденностей: я никчемный глупец; я – такой красивый, креативный человек; я – очень умный. Но определения «умный, никчемный, красивый» к Брахману не относятся, Он за пределами всего этого. Мы должны преодолеть цепляния за любые убежденности о себе, кроме Брахмана. То есть мы можем быть тем или иным, но все это вторично по отношению к убежденности «Я есть Брахман». Мы должны утвердиться в главном – «Я есть Брахман», и эта убежденность должна быть не интеллектуальной, она должна соответствовать целиком практике традиции сиддхов, она не должна быть выдумкой. Но, конечно, каждый волен выдумывать, что ему вздумается. Никто не будет контролировать, что он думает, как он практикует, если он сам не спрашивает. Никто не запрещает думать, что-нибудь выдумывать. Никто за это вас не накажет на духовном пути.

Главное – вы должны быть эффективны в практике. Когда мы говорим об эффективности практики, о получении благословений, мы говорим, что очень важно следовать Линии Передачи, очень важно получить правильные знания и быть убежденным в верности метода, в верности практики, тогда это все работает. Мы не должны следовать своим фантазиям в духовной жизни, своим выдумкам, своим иллюзиям, потому что ум, особенно, ум практикующих людей – это большой фантазер, большой выдумщик. Проецирующую силу ума, говорится, никто не отменял. Йогин вместо того, чтобы следовать проецирующей силе ума, приучает себя смотреть очень трезво, очень критично на проецирующую силу ума. Как? Он всегда эту проецирующую силу ума сравнивает со священными писаниями, он консультируется с гуру, придавать ей значение или нет. Если нет, то он безжалостно с ней расстается. И самое главное – он овладевает искусством созерцательного самоосвобождения, созерцательной самоотдачи. Он учится освобождаться от собственной проецирующей силы ума, потому что эта проецирующая сила ума как раз и дает различные другие виды убежденностей: я – не Брахман, я кто-то другой; я – сансарный бог, например. Когда гордость проявляется, то это убеждение возникает: я – такой маленький Индра. Или еще какая-нибудь убежденность: я – не Брахман, а я – асур, вот сейчас буду завидовать, кричать, буду соперничать. Другие виды убежденностей всегда будут соперничать с той важной убежденностью, которая вас освобождает. Мы должны распознавать эти виды проекций, которые порождает ум, и всегда принимать правильно санкальпу, которая ведет нас в традиции сиддхов: Шивохам, Ахам Брахмасми. Нужно понимать, как освобождаться от этих ложных проекций.

«Шиву осознают при помощи твердой убежденности «Я – Шива» – так рассекают узел мирских заблуждений и становятся свободными».

Нам изначально присущи божественные качества. Это не значит, что мы себя должны убедить в чем-то несуществующем. Парадокс заключается в том, что мы действительно являемся уже Шивой, мы действительно обладаем уже природой Даттатрейи, мы действительно уже совершенны. Свами Вивекананда как-то говорил, что идея греха – это самая никчемная идея с точки зрения Веданты, ее никогда не надо в себе взращивать. Веданта учит взращивать в себе не идею греха, а идею чистоты, совершенства и абсолютности. Но если мы просто скажем: «Я такой безгрешный, чистый и совершенный, я ни в чем не нуждаюсь», – это будет очень поверхностно. Это не будет путем достижения сиддхов. Именно поэтому мы должны следовать учению дхармы, учению шастр. Мы должны понимать, как воспитывать в себе правильную идею совершенства, как преодолеть все иллюзии на этом пути. Мы уже пребываем в абсолютном измерении, однако, это пребывание в нас подобно семени – оно не расцвело. В нас есть семя пробуждения. Вот если мы скажем, что уже целиком пробуждены – это будет ошибкой. В плане энергий, например, мы совершенно не равны ни энергии Брахмы, ни энергии Индры, даже какой-нибудь апсары, гандхарва, видьядхара, они все очень важные божественные существа. Мы не равны энергии сиддха, энергии джняни в плане мудрости и понимания. Мы равны в воззрении. Но, чтобы подняться до их уровня в энергии, в поведении и осознавании, мы это семя должны развивать. Что это за семя? Это семя совершенства: мы обладаем всемогуществом, как Абсолют, «сарва-картритва». Мы обладаем в потенциале всеведеньем, всезнанием, «сарва-джнятва». Мы обладаем божественной полнотой, «пурнатва». Мы обладаем всеприсутствием и всепроникновением, «вьяпокатва». Мы обладаем «сватантрией» – нам присуща абсолютная божественная свобода воли. Мы обладаем «нитьятва» – вечностью, мы вечны. Но все эти великие качества являются потенциалом, семенем, возможностью. То есть семя – это еще не дерево. Оно как бы реально, но оно еще не дерево с плодами.

Почему мы не обладаем полнотой, например, как Ишвара или как Брахма, как Абсолют? Потому что есть пять канчук – пять покровов Майи. Покров Майи, называемый «кала» – это ограничение деятельности, ограничение наших возможностей. То есть вроде бы мы всемогущие, а вот этот покров кала нас ограничивает. Вот такой парадокс. Вроде бы мы всемогущие, а ничего не можем. Например, практикующие говорят: мы хотим сделать ашрам, но не можем. Нам не хватает того, нам не хватает этого. Мы хотим сделать такой-то проект служения. У нас один человек не может, второй не умеет, третий занят, он работать вынужден, себя обеспечивать, нет времени. Мы не можем. Мы ограничены. Наше всемогущество не может проявить даже простые вещи. Так действует канчука, ограничение деятельности, ограничение возможностей. Вся жизнь человека – это борьба с ограничениями возможностей. Мирские люди тяжело трудятся в миру, чтобы хоть чуть-чуть преодолеть свои ограниченные возможности, заработать немного денег, купить себе дом, просто купить еду иногда – преодоление ограничений.

Есть другое ограничение. Оно называется «видья» – это ограничение знания. Наше всезнание, всеведение ограничивается. Ограниченное знание означает, что вы не имеете доступа к источнику всей информации, или знание искажается, или знание ограничивается, или инструментарий – понятийный инструмент антахкараны – позволяет оперировать ограниченным объемом. Например, человек может оперировать небольшим количеством бит информации. Сто миллиардов нейронов у человека. Он может воспринимать до шести объектов одновременно, концентрироваться на шести объектах, не более. И все это – ограничение в знании.

Следующий принцип ограниченности называется «рага». Рага – это желание, но желание проистекает из нехватки чего-то, из чувства неполноценности. И вот пурнатва, божественная полнота, ограничивается рагой. Любое желание проистекает из ощущения «я не полноценен», «мне чего-то не хватает». Мужчина не полноценен в миру без женщины, и он ищет жену. В придачу к жене он получает детей, необходимость их обеспечивать, потерю независимости. Он становится рабом сексуального желания, рабом привязанности – вот чем оборачивается рага. То же самое женщина. Она думает о том, что она не полная и ищет мужа. Но полнота изначально присуща каждому живому существу. Почему отшельники счастливы в отшельничестве? Почему опытные монахи счастливы в ритрите, а если не в ритрите, так в служении? Почему они вообще могут делать служение безупречно? Не сутки, не месяц, а годами, десятилетиями, просто как заводные, без жалоб, без страданий, без сомнений, без замешательства. Потому что они действуют из чувства полноты. Ничего для себя не надо, я счастлив, я полон. Это моя благодарность, это выражение моего танца, выражение моей игры. Я ничего не хочу для себя, я полон. Мужчина не нужен, положение не нужно, деньги не нужны, власть не нужна, слава не нужна, красивые одежды, красивый интерьер – ничего не нужно. Если для себя – я сел на коврик, закрыл глаза, – и все, я счастлив, я полон. Есть полнота. Из полноты человек может делать служение десятками лет и быть счастливым. Другой человек получает то, получает это, он медитирует, он для себя делает разные вещи, он чистит в себе печень, чистит селезенку, чистит кишечник, он занимается сыроедением, он питается солнцем, питается по-особому, он делает все это, и всегда несчастлив. Почему так? Казалось бы, чем больше он действует для себя, тем он должен быть счастливее, а он все равно не полон. Он чувствует: что-то упущено. Все равно чакра не открыта, канал не очищен, опыт не получен.

Полнота возникает из-за самоотдачи. Полноты нет никогда в эго. Полноты нет в теле. Полноты нет в материальном мире. Наивен тот, кто надеется получить полноту в теле, полноту в материальном мире, в земном мире, в эго, в пяти кошах, никогда он ее не получит. Потому что это свойство пракрити, Майи. Полнота находится в Ишваре, потому что Ишвара есть чидабхаса – отблеск Абсолюта, полнота находится в Абсолюте. Путь к полноте – преодолеть цепляние за пять кош и утвердиться в положении Атмана. И вот рага, желание, нехватка, чувство неполноценности пресекает наше ощущение божественной полноты. Все, кто хорошо созерцают, они чувствуют в себе полноту. Полнота означает: я исполнился, я состоялся, мне ничего больше не надо делать. Все сделано. Я больше не мечусь никуда. Я как гора. Я больше не ограничен, я – как небо. Я больше не сжат, я – как вода, теку во все стороны свободно. В миру говорят, что если женщина не родит ребенка, то она не исполнится, она неполноценная женщина. Если она родит ребенка, тогда она исполнится, состоится. Это правильно для материального тела, если ты отождествлен с телом, именно так, потому что пракрити дала тебе тело именно для этого. Тело – это механизм воспроизводства, продолжения рода. Задача пракрити – просто продолжать и продолжать эту цепочку. Но если ты не отождествлен с телом, то нет тебе нужды исполняться подобным образом. Йогин рождает внутри себя внутреннего бессмертного ребенка.

Полнота характеризует всех святых, всех мудрецов и сиддхов. Неполнота, неполноценность – это характеристика сансарина, человека мира сего. Впрочем, есть только одно тонкое желание, которое сознательно оставляют святые – это сострадание к чужим страданиям и желание служить дхарме. Они оставляют определенную неполноту, чтобы эта неполнота была мотивацией для служения дхарме и для распространения дхармы. Как только они уберут эту мотивацию, то все их санкальпы по распространению дхармы исчезнут.

Следующее ограничение – это «нияти». Нияти ограничивает сразу два качества. Нияти и карма ограничивают всеприсутствие, всепроникновение и свободу воли. Вьяпакатва и сватантрия – два божественных качества ограничиваются двумя канчуками. Нияти и карма ограничивают их. Пространственное ограничение и карма – причинно-следственное отношение. Эти две вещи ограничивают нашу свободу воли, наше всеприсутствие и всепроникновение. Например, вы хотите делать что-либо, хотите проявлять свободу воли, а у вас есть карма, память прошлого, и она просто вас ограничивает, не давая делать то, что вы хотите, она вынуждает вас действовать по шаблону старой памяти. Или вы хотите иметь качества всепроникновения и всеприсутствия, а вы ограничены конкретной страной, визами, видами на жительство, паспортами, границами, таможнями, домами, районами, странами, материками. Это канчуки.

Наконец, последняя канчука, кала, – это делимое время и, вообще, конечность. Нам присуща вечность. Когда человек чувствует, что он бессмертный, он не ошибается, он интуитивно чувствует, что будет жить всегда, что он вечен по природе. Но когда он отождествлен с телом, он попадает в делимое время, из неделимого времени (акханда-кала) он выпадает и попадает в делимое время. А делимое время – это конечность. Чувство нитьятвы затмевается покровом канчуки «кала». Абсолютная природа, затмеваемая пятью канчуками, она как бы теряется, упускается из виду, и живое существо отождествляет себя, чувствует себя ограниченной дживой.

«Учитель говорит: «Почувствуй, что ты Шива. Не думай ни о чем, кроме Шивы. Когда твое осознание недвойственности станет устойчивым, ты будешь свободен при жизни». После того, как гуру – прибежище всех добродетелей – убедит его таким образом, ученик начинает смотреть на мир, как на Шиву и становится свободен при жизни. Послушник, который испил нектар слов гуру и так обрел великую награду осознания, зовется достойным служения, так как заслуживает того, чтобы все ему служили».

Послушник происходит от слов «слушать, послушать». О чем же должен слушать послушник? Он должен слушать истины адвайты, такие как Праджнянам Брахма, Ахам Брахмасми, Тат Твам Аси, Айям Атма Брахман, Панча-коша-вивека, различие между дживой и Ишварой, между Майей и авидьей, между Брахманом и Майей. Выслушав все эти истины, он должен их применить. Когда это сработает, и он утвердится в понимании, он сам становится душой, которой достойно исполнять служение. Он сам становится пробужденной душой.

«Когда переданное учителем знание утвердилось в уме ученика, желающего слушать, и он непосредственно увидел Шиву в себе, тогда этот ученик достоин почитания в той же мере, как его гуру. Переполняющее знание «Я – Шива» делает наставника объектом поклонения. Когда это знание восходит в ученике, он становится достоин почитания, как и учитель. Когда непрерывное знание «Я – Шива» пробуждает в ученике природу Шивы, тогда он достоин поклонения, как сам Шива. Ум йогина привязан к объектам восприятия, но йогин свободен от связи с объектами. Человек, достигший состояния Шивы, должен почитаться, как сам Шива. Йогин свободен от пут сомнений, его ум устойчив в осознанности, дарующей освобождение. Он устранил заблуждения – источник великих страданий мира. Атман йогина растворился в несравненном состоянии Шивы – бытии, блаженстве, сознании. Йогина уже не впечатляет великолепие мира, такому йогину должны поклоняться все люди».


18 марта

«Когда, благодаря наставлениям Учителя, человек избавляется от чувства индивидуальности и ощущает Истину, он зовется Атман».

Как избавиться от индивидуальности и начать ощущать Истину? Дело в том, что вы сами, будучи индивидуальностью, не можете избавиться от индивидуальности. Рамана Махариши сравнивал это с попыткой вора переодеться полицейским и ловить того же самого вора. Избавиться от индивидуальности, от ограничений индивидуальности возможно, только если вы найдете, нащупаете альтернативу этой индивидуальности. Альтернатива должна быть глубокая, мощная, сильная, превосходящая вашу индивидуальность. Индивидуальность является инструментом антахкараны, но когда этот инструмент попадает в область авидьи, неведения, он становится связывающей кармой. Например, у сиддхов, у богов, у великих душ, у махапуруш, тоже есть индивидуальность, но их антахкарана развивается в области, называемой майей, а не в области авидьи. Тогда они становятся Ишварами, сиддха-пурушами, Брахмами, Шивами, великими Творцами вселенной, их индивидуальность в полноте отражает свет Брахмана, свет Абсолюта, принцип чидабхаса их индивидуальность не искажает. В случае же с дживами, упавшими в сансару, вместо того, чтобы пребывать в саттвичной майе в качестве сиддхов, сиддха-пуруш, махапуруш, уттама-пуруш, они барахтаются беспомощно в авидье. Авидья – это тамасичная часть пракрити. Вся сансара – это тамасичная и раджасичная часть пракрити. Тамасично-раджасичная часть пракрити, называемая авидьей, подавляет дживу, и тогда джива злоупотребляет этим инструментом (антахкараной) и ахамкарой. Тогда индивидуальность становится связывающей, она становится кармой.

Чтобы освободиться от связанности индивидуальностью, мы должны противопоставить ей свет Брахмана, самоотдачу в Брахма-ахам-бхаве, преданность и осознанность. Они должны набрать достаточную силу, чтобы могли сразиться с привязанностью к индивидуальности, они должны набрать достаточную глубину, такую же по уровню, как и наша карма. Если наша карма развивалась в течение ста восьми тысяч жизней, достигла определенной глубины и силы, то наши вера, преданность, самоотдача, ясность, их сопровождающая, и Брахма-ахам-бхава должны набрать такую же глубину, чтобы они могли состязаться с нашим эго и победить их.

«Атман подобен сотой части кончика волоса. Он находится в сердце, пожинает плоды всех поступков и сияет, как светильник. Хотя Атман и един для всего мира, но из-за контакта с загрязнениями, такими как анава-мала и прочие, он становится крошечным, как атом. Тогда он пребывает во внутреннем органе познания, в уме, в виде чувства эго, ахамкары, и подчиняется прошлым кармам».

Когда на Атман накладываются загрязнения (майя-мала, анава-мала, карма-мала), он приобретает форму ахамкары, свобода воли (сватантрия) Атмана подавляется, джняна-шакти Атмана подавляется, тогда карма становится судьбой Атмана. Это парадоксально, потому что Атман не может быть связан кармой и судьбой, но кажется, будто она становится судьбой Атмана. Так действует иллюзорная энергия неведения, тамасичная и раджасичная пракрити.

В божественных мирах тамасично-раджасичная пракрити ослаблена, там действует саттвичная майя. Она действует по-другому. Она действует так, что получаются светоносные тела богов, они контролируют майю, обладают полнотой всеведения. То есть это тоже майя, пракрити, но она не доставляет никаких проблем. Божественные существа развлекаются, они играют в творение вселенной, в разрушение вселенной. Это все – божественные игры. Это подобно тому, как богатые люди спонсируют бойцов единоборств, один ставит на первого, другой – на второго: «Ну, сегодня вечером мы поразвлечемся! На кого ты ставишь? А я ставлю на этого, это мой боец!» Эти два человека делают ставки, приходят в дорогие ложи, с наслаждением смотрят в бинокль, покуривают сигареты, потягивают напитки, то есть они развлекаются. Они находятся в привилегированных ложах, а на ринге бойцы мутузят друг друга так, что у них зубы вылетают. Для бойцов все по-настоящему, для них никакой игры нет, у них может быть сотрясение мозга, нокаут, нокдаун. Они сражаются за какие-то деньги, за какое-то эго, за какую-то гордость, для них все выглядит по-другому. То есть мандала одна и та же, но статусы разные: одни делают ставки, наслаждаются жизнью, играют бойцами, а другие колотят друг друга изо всех сил, падают без сил, переживают взлеты и падения. Для тех, кто сидит в ложе и наблюдает в бинокль, проигрыш равен потере в игре несколько сотен или тысяч долларов, для них это такая же игра, как в шахматах. Таким же образом короли устраивают войны, а бойцы убивают друг друга. Для королей – это лила, мандала, а для бойцов, воинов, – это карма, сансара.

Эти примеры, конечно, образные. В случае с божественными существами и дживами в сансаре все еще гораздо хуже, но, примерно, то же самое происходит. Мандала одна и та же, пракрити одна и та же. Вся разница в том, что божественные существа пребывают близко к Абсолюту, в измерении светоносной майи, а живые существа пребывают в измерении тамасично-раджасичной авидьи. Между майей и авидьей есть дистанция. Божественные существа играют, развлекаются, для них нет никакой авидьи, есть тонкая вуаль Абсолюта, они сами являются игрой этой тонкой вуали. Для живых существ есть карма, рождение, страдание и смерть, грехи, добродетели, карма-пхалы и все страдания мира.

«Как кристалл горного хрусталя приобретает красноватый оттенок, если к нему приблизить красный цветок джапа, так и Атман считает себя телом под влиянием эго. Атман бестелесен, вездесущ и безгрешен. Поселившись в иллюзорном теле, Атман вынужден блуждать в круге рождений и смертей. Обретением Атмана в себе называют познание собственной природы, отличной от тела и органов чувств, имеющей форму неделимого Брахмана».

Атман одних душ вынужден блуждать в круге рождений и смертей, Атман других душ не блуждает, так как пребывает в мудрости и развлечении, в игре. Один и тот же Атман, но чем различаются души? Души различаются своим пониманием. Душа божества и душа животного различаются, душа божества и душа человека различаются. Даже в мире людей душа умного, мудрого и душа глупого, тамасично-раджасичного сильно различаются. Способности души к постижению божественного, постигать божественную мудрость, быть проводником божественного сильно различаются. Это значит, что мы должны непрерывно совершенствовать мудрость своей души, мы должны совершенствовать свои способности к постижению божественной мудрости, к постижению божественной воли, чтобы из категории душ в неведении перейти в категорию мудрых душ. Свет сияния, свет Атмана сиддхов, божеств, уттама-пуруш несравним со светом сияния людей. В телах и душах людей Атман почти не сияет, он затмевается их кармой, сетью каналов, мощным потоком концептуального мышления, мощными слоями кармы, жестким эго, ахамкарой, отождествлением, различными причинно-следственными цепочками органов чувств и материального мира, которыми душа опутана. Атману как бы даже шанса не дается. Поэтому, вступая на путь монашества, на путь санньясы, мы очищаем все это до тех пор, пока свет Атмана не начинает в нас сиять. Наша главная задача, в первую очередь, очищать свою карму, очищать свет Атмана. Это значит, что мы должны жертвовать многим ради этого, игнорировать многое. Монахи – это те, кто бреют голову, покидают дома, отказываются от семей, от имени в сансаре, иногда даже терпят упреки и оскорбления за свой выбор, потому что сансара не всегда прощает, она видит предательство в том, что ты пошел не так, как все. Монахи жертвуют своими эгоистичными амбициями и комфортом только ради этого. Это значит, что, сделав этот выбор, мы должны всегда его помнить, не потакать привязанностям, быть абсолютно искренними на своем духовном пути, не играть с духовным путем. Вы не можете играть с тем, что выше вас, вы не можете играть с божественной истиной, вы ее не перехитрите. В тот момент, когда вы только хотите ее перехитрить, она уже вас оставила с носом, ее невозможно перехитрить. Перед божественной истиной можно быть только полностью искренним, только полностью чистым, только полностью открытым, с самоотдачей. Иногда даже на духовном пути эго пытается играть с большими духовными истинами, но, в конце концов, оно оказывается в дураках, оно не может играть с тем, что оно не понимает, оно не может играть со святыми, с Богом. В конце концов оно видит, что само себя водит за нос. Тогда в нем наступает большое разочарование, оно просто сдается. Но это надо делать с самого начала.

Когда мы сдаем себя божественной истине, когда мы игнорируем свои амбиции, игнорируем свои привязанности, постепенно внутри нас проявляется мудрость и безупречность садху. Мы больше не слабые, не глупые, не зависимые, мы целостные, мудрые, глубокие и сильные садху. Наши энергии, наши желания, наши амбиции, наше эго, наши заблуждения больше не могут властвовать над нами, мы их умеем отдавать Атману. Если мы сами захотим властвовать над ними, то это не получится, потому что мы сами тоже будем придумкой ума и эго. Но если мы учимся самоотдаче и самоосвобождению, то нашим союзником становится Атман, сам Бог начинает за нас вести нашу игру. Он расправляется с нашими кармами, с нашим эго, со всей внутренней и внешней глупостью, замешательством, неведением, привязанностями, амбициями, эго. Он берет на себя это. Поэтому Кришна говорит: «Предайся мне и ничего не бойся! То есть будь в вере, доверяй и ничего не бойся, я с этим разберусь, я с этим справлюсь. я справлюсь с тем, с чем ты не справишься».

«Для того, кто по природе своей не имеет тела, то есть для Брахмана, нет никакой связи с телом. Через соединение с неведением и кармой Брахман становится воплощенным в теле, чтобы наслаждаться плодами поступков. Это не божество, не гандхарва, не якша и не ракшас, это не человек, не животное и не неживой объект. Воплощенные «я» имеют разные созревшие кармы, они получили различные лона для появления на свет, они имеют разные склонности и думают по-разному, они движутся разными дорогами и стремятся к разным целям, они не свободны, их знания ограничены, они способны лишь на ограниченные поступки, все они – объекты вселенской игры Шивы, Высшего Атмана. Направляемые Высшим Господом, существа идут в высшие миры или в низшие миры в соответствии со своей кармой. И вновь, благодаря оставшейся карме, они, эти существа, рождаются из пустоты лона. Рождаются, умирают, снова рождаются, снова встречаются со смертью. Так они бродят в ужасном круге перерождений, не имея возможности остановиться. Мирская жизнь – это, в основном, страдания, и это благодаря таким загрязнениям как анава-мала и прочие малы. Это ограниченное существование рассеивается благодаря наставлениям Учителя, когда сияет энергия знания».

Чтобы энергия неведения рассеялась, ученик должен быть открытым и искренним с гуру, тогда гуру может помогать. Сам факт открытости и искренности уже помогает. Гуру может даже ничего не делать, но сам такой факт открывает для ученика новое измерение. Ему, по большому счету, нужно учиться быть открытым и искренним не перед гуру как человеком, а перед самим собой, перед своим Садгуру внутри, перед светом внутри. Это новый тип взаимоотношений, который неведом сансарным душам. Души в сансаре, погруженные в неведение, боятся сами себя, они боятся собственного внутреннего света, у них большая нестыковка, они не могут понять, как их свет может сочетаться с их мыслями, с их желаниями, с их эго. Когда они углубляются внутрь в попытке увидеть внутренний свет, им становится стыдно за свою нечистоту, за свое невежество. Тогда они страшатся и отшатываются, боясь, что перед этим светом, который такой чистый и святой, они не выдержат. Они видят всю свою фальшь, свою грязь и просто бегут от этого света. Они бегут в ум, в эго, в желания, в придуманные фантазии ума – хоть во что-нибудь. Наверное, вы часто замечали: когда проповедуешь дхарму человеку с большими омрачениями, то ему даже неприятно разговаривать о Боге, о дхарме, о духовной жизни, это вызывает у него раздражение, а иногда даже бешенство. Были случаи, когда человек подходит к другому и просто общается на темы дхармы, Бога, но внезапно у другого человека возникает спонтанная ненависть, агрессия. Почему? Потому что он боится прикоснуться к Истине внутри себя, он не открыт, не честен сам с собой. Он не открыт внутреннему свету, он боится ему довериться, потому что он так сильно верит в свои тамасичные и раджасичные части, они так властвуют над ним, что он не может их оставить, он не может их вытащить на свет божественного и отдать свету божественного. Он не может довериться свету божественного, чтобы свет божественного начал их растворять.

В случае с садху все по-другому. Садху, пребывая в духе самоотдачи, ищет свет божественного, он учится отдаваться ему, он не жалеет ни свои клеши, ни свои привязанности, он ничто не оставляет, никакие уголки сознания не остаются скрытыми, потаенными. Когда мы говорим о духе тайны в учении или духе тайных самайных методов, это не имеет отношения к клешам, ограничениям ума. Дух тайны касается передачи методов, уважения к методологии и понятиям учения, но никогда дух тайны, дух сокрытия принципов учения не относится к омраченностям, к клешам, к эгоизму. Мы должны все извлечь и отдать божественному свету, мы должны все ему представить с полной самоотдачей, с полной искренностью, чтобы ничего не осталось, чтобы он все растворил. Мы должны достаточно полагаться на божественный свет, мы должны ему достаточно доверять, понимая, что он внутри нас, что это – мы сами. Мы должны понимать, что он наш лучший друг, наш лучший союзник, наша мать, наш отец, наш гуру, наше божество, он для нас – все. Это так и есть, потому что мы сами себе не принадлежим, мы принадлежим этому божественному свету. И опыт отношений с гуру вовне переносится на отношения дживы и Атмана, души и света внутри нас, на внешние отношения. Это и есть принцип самоотдачи. Если у нас есть опыт отношений с Божественным снаружи, мы можем его легко перенести внутрь. Тогда нам легко будет соединиться с этим божественным светом, мы его не испугаемся, не устыдимся, не отшатнемся, мы с радостью ему предадимся и скажем: «Все, что во мне есть, растворяй! Я тебе полностью доверяю. Все, что во мне есть, превращай в свет, превращай в божества! Не оставляй ничего, я ни за что не держусь, я ни за что не цепляюсь». Это называется прапатти-йога, атма-ниведана – предание себя Атману, отбрасывание себя.

«Благодаря осознанию, переданному Учителем, рассеивается ощущение воплощенности Атмана, тогда, несомненно, воплощенное существо чувствует внутренний Атман. Атман обитает в теле, но он свободен от контакта с телом. Осознав себя, как Шиву, существо утверждается во внутреннем Атмане и зовется «внутренний Атман».

Наша карма говорит: «Ты не можешь быть Шивой, ты – глупое, несчастное, грешное существо». Наши желания говорят: «Ты неполноценен без желаний, ты не можешь быть Шивой». Наше тело говорит: «У тебя такое обычное тело из крови и плоти, полное нечистот, ты не можешь быть Шивой». Наш ум говорит: «Шива – это одно, а ты – другое, ты не можешь быть Шивой». Все пять кош говорят обратное, другие люди тоже говорят, что ты не можешь быть Шивой. Вся сансара нас убеждает, что мы не можем быть Шивой. Только Писания говорят: «Ты можешь быть Шивой». Гуру говорит: «Ты можешь быть Шивой». Внутренний Атман говорит: «Ты и есть Шива».

Эти два внутренних убеждения сталкиваются. Побеждает то из них, в которое мы верим больше. Мы сами верим: «Как я могу быть Шивой? Тело ограничено, пять кош Шивой не являются, а я весь в пяти кошах». Да, коши не могут быть Шивой, тело не может быть Шивой, эго не может быть Шивой, но у нас есть та часть, которая не то, что может, она уже является Шивой. Мы должны обнаружить эту часть, эту чистейшую светоносную часть вне пяти кош. Она уже является Шивой – в этом заключается великое послание адвайты. Адвайта не говорит, что эго является Шивой. Многие, читая неоадвайту и ошибочно понимая ее без толкования гуру, думают, что их ум является Шивой, или что их эго является Шивой, или что их тело является Шивой. Это не совсем так, адвайта не так примитивна. Атман за пределами пяти кош является Шивой – и это великое утверждение Адвайта Веданты. Утверждение «Ахам Брахмасми» относится к Атману за пределами пяти кош, но оно не относится к ахамкаре, к эго в кошах.

Мы должны быть абсолютно уверены, что Атман является Шивой, и нет ни одной секунды, когда бы мы не были Атманом, нет ни одной секунды, когда бы мы не были Шивой, не были природой Даттатрейи. Утверждаться в этом понимании – это и есть воззрение, а непрерывно пребывать в этом – это и есть созерцание. Из этого воззрения мы должны осознать тело, коши как игру пракрити, как игру энергий, как его чит-шакти-виласа, как его удаленные энергии, которыми он играет, и рассматривать тело в чистом видении, как иллюзорное тело Шивы, Даттатрейи.

«Живой воплощенный Атман зовется внутренним Атманом, так как находится между состояниями живого существа и Высшего Атмана, Параматмана, и объединяет свойства обоих этих состояний. Ошибочное представление о себе как о человеке появляется из-за контакта Атмана с эго. Атман зовется внутренним Атманом, когда обретает знание «это не является моей истинной природой». Как лист лотоса не смачивается водой, так же на Атман не влияет тело, хотя он и пребывает в теле. Как птица, живущая в гнезде, видна, когда она находится вне гнезда, так и Атман, обитающий в теле, проявляется вне тела. Как луна скрывается за облаками, хотя они не касаются ее, так и Атман окружен телом, но тело не затрагивает его. Атман не обладает эго («я») и чувством собственности («это мое»), его не ограничивают характеристики. Даже пребывая в теле, Атман посредством йоги всегда видит Шиву. По милости вдохновляющего Шивы Атман отбрасывает идею наслаждающегося, субъекта, и объекта, объекта наслаждения, то есть отказывается от привязанности к объектам. Когда отброшено восприятие себя как наслаждающегося, Атман сияет в своей чистой сути».


22 марта

«Наше обычное представление о себе как о человеке появляется из-за контакта Атмана с эго (ахамкарой). Атман зовется внутренним Атманом, когда обретает знание: это не является моей истинной природой. Как лист лотоса не смачивается водой, так же Атман не влияет на тело, хотя Атман и пребывает в теле. Как птица, живущая в гнезде, видна, когда она находится вне гнезда, так и Атман, обитающий в теле, проявляется вне тела».

Вся концепция жизни построена на двух фундаментальных отождествлениях. Первое отождествление – я тело. Второе отождествление – я эго, я личность. Но человек не есть тело, человек есть душа, живущая в теле. А сущность души – это Атман. Такие вторичные вещи, как ахамкара (эго), ум (манас), астральное тело, его память, являются инструментами Атмана, но не сам Атман. С чем можно сравнить Атман? С измерением Пустоты, полной Чистого Света. Вот эта Пустота, Чистый свет пребывает внутри духовного сердца каждого живого существа, в том числе и человека, пребывает в сушумна-нади. Атман опутан пятью кошами. На уровне физического тела – мышцы, кости, плоть, кожа, семь дхату. На уровне энергетического тела он опутан сетью нади, по которым движется прана. Уму как познающему инструменту сложно отождествить себя с Атманом. Он видит тело и отождествляет себя с телом. Воспринимает свой ум и отождествляет себя с умом. Это называется «злая забывчивость Атмана». Почему она злая? Потому что это – зло. Реальное зло, оно приносит страдания, заблуждение, неведение, побуждает совершать неправильные действия. Вся человеческая жизнь в сансаре – такое зло, можно сказать, такая заблуждающаяся жизнь. Все эти связи, отношения, партии, идеологии, различного рода ценности, ради чего так переживают люди, – это все одно большое неведение. Нельзя сказать, что это фундаментальное зло. Зло в том смысле, что живые существа сильно заблуждаются, приносят себе большие страдания, приносят себе большие проблемы. Многие святые, медитируя над процессами «авидья, асмита, рага, двеша, абхиневеша», не могли сдержать слез, видя, как душа, святая и божественная, попадает в различные заблуждения, как она из-за этого страдает. Она достойна большего, она достойна очень чистой, святой и свободной жизни. Не жизнь зло, это сама майя играет с жизнью человека очень злую шутку по причине слабости души, ее незрелости, неведения. Те, кто тяготеет к мирской жизни, те кто привязан к мирской жизни, не могут распознать эту злую шутку. Злая шутка всегда обнаруживает себя в конце концов, она заканчивается страданиями, рождением, смертью, неудовлетворенностью и неведением.

Садху – это тот, кто распознает эту злую шутку и не хочет больше играть в эту игру сансары, в эту игру майи, иллюзии. Развивая вивеку, в конце концов он приходит к переживанию Атмана и отождествляет себя с Атманом. Он заканчивает эту игру неведения. Через что реализуется эта игра неведения? Через два главных отождествления: через работу органов чувств и через работу ума. Это значит, что через эти вещи приходит неведение, но мы должны контролировать работу ума, хорошо контролировать работу органов чувств, контролировать отождествление «я есть тело, я есть личность», преодолевать вивекой (распознаванием), пониманием нового уровня тождественности «Ахам Брахмасми», «Шивохам».

«Как Луна скрывается за облаками, хотя они не касаются ее, так и Атман окружен телом. Но тело не затрагивает его».

Когда говорят, что Атман скрыт, Атман покрыт чем-то, конечно, это фигура речи. На самом деле это все невозможно. Так же как поэт пишет: «Облака закрыли Луну, облака закрыли Солнце». При всем желании облака не могут закрыть Луну. Они даже не могут долететь до нее, прикоснуться. Они несоизмеримы с Луной. Даже вся Земля не может закрыть Солнце. Тогда что они закрывают? Нашу способность видеть, нашу познающую способность – зрение. Таким же образом неведение скрывает через раджас и тамас нашу познающую способность воспринимать Брахмана. Брахман прямо сейчас, здесь. Вот он перед нами, прямо здесь. Святые говорят: «Оно так близко, что ты не можешь в это поверить. Оно настолько просто, в смысле естественно, что ты не можешь его увидеть». Почему? Наша познающая способность закрыта. И вот в тот момент, когда мы удаляем эту завесу, закрывающую познающую способность, мы можем воспринимать благословения Абсолюта, мы можем воспринимать Брахмана, мы можем переживать Атман. Мы понимаем: Бог всегда был, Бог всегда нас любил. Мы как Атман всегда были совершены, не было ни одного мгновения, когда мы не были бы совершены. Просто наша способность воспринимать эту любовь, эту мудрость, это совершенство была закрыта. Мы воспринимали мир под другим углом зрения.

«Атман не обладает эго – «я», и чувством собственности – «это мое». Его не ограничивают характеристики, даже пребывая в теле, Атман, посредством йоги, всегда видит Шиву. По милости вдохновляющего Шивы Атман отбрасывает идеи субъекта, наслаждающегося и объекта, объекта наслаждения, то есть отказывается от привязанностей к объектам. Когда отброшено восприятие себя, как наслаждающегося, Атман сияет в своей чистой сути».

Садху, обладающий состраданием, – это тот, кто идет по пути распознавания себя как Атмана. Но когда у него много сострадания, много мудрости, он, как Атман, берет на себя ответственность объяснения этого другим. Он видит фундаментальные непонимания, фундаментальные заблуждения других. Они, как слепые котята, тычутся и страдают. У него возникает большое сострадание. Он понимает, что это такой же Атман, что это не человек, не тело, такой же Атман. Как же его не разбудить, как же его не пробудить. Это же ведь так естественно. Это же самое главное, чем надо заниматься. Все остальное подождет, все остальное вообще несущественно. Главная задача жизни – это пробуждение и узнавание Атмана. Все остальное – это пыль, тлен и прах. Где все царства, где все цари с их важными задачами политическими? Такие важные задачи были! Где все экономики мира? Карфаген, Римское государство, Великие Моголы, Империя Батыя. Где все это? А Атман – вечен. Сиддхи – вечны. Святые – вечны. Все остальное не имеет никакого значения. Пробудить душу, объяснив, что она есть Атман – это величайшая миссия каждого садху в этом мире. Но не каждая душа способна пробудиться. Когда садху принимает эту миссию, он проявляет через себя божественную волю. В этом и состоит божественная воля, она не выражена словами. Она передается через бхаву, через джняну. Она не выражается на уровне концепций, но она передается через бхаву, через свет, через осознавание.

Для Атмана неважно, что за душа, мужчина это или женщина, богатая она или бедная. Все это условности, концепции, ярлыки, все это наносное, все это временное, обусловленное, не играющее никакой роли. Для Атмана важен сам факт, что это Атман. Когда к святому, например, приходит богач, бедняк, вор, разбойник, политик, правитель – ему это все неважно. К одному мастеру дзен однажды пришли ученики на сатсанг, и пришел префект области, как губернатор, может быть. Его посадили на носилки, обмахивали веерами, он сидел за перегородкой, чтобы не смешиваться с простолюдинами. Этот мастер сказал: «Что за идиот сидит там за ширмой, на носилках? Пусть он приходит как обычный ученик на сатсанг или пусть не приходит». Тогда этот префект извинился, слез с носилок, вышел из-за ширмы. И начал просто слушать. Атман уравнивает всех, великих и малых мира сего, слабых, сильных, мудрых, глупых, богатых. Мудрость Атмана превыше всего этого. К другому мастеру дзен губернатор Киото прислал своего секретаря. Он передал свою визитку со словами: «Я приду к Вам на сатсанг». Мастер сказал: «А я не хочу видеть этого человека». Тогда в следующий раз он прислал своего секретаря и просто написал: «Меня зовут так-то. Хочу прийти на сатсанг». Мастер сказал: «Пусть приходит». Если человек приходит как губернатор, то он уже не может быть учеником. Он не может воспринимать истину Атмана. Если человек приходит как кто-то, это означает его цепляние за то, что он кто-то, это не может открыть его для передачи духовной истины. К истине, к духовному учителю нужно приходить не как кто-то, а просто как душа, которая запуталась в сансаре. Тогда передача возможна.

Есть определенные правила передачи дхармы в буддийской традиции, в традиции Санатана Дхармы. Нельзя слушать дхарму стоя, с покрытой головой, сидя в паланкине, на возвышении, то есть нельзя слушать дхарму в каком-то закрытом состоянии, в каком-то отождествлении, в привязанности к эго. Дхарму нужно слушать в смирении, в уважении, в почтении. Главный принцип – дхарму нужно слушать в уважении. Когда мы передаем другим дхарму, мы должны не только передавать, мы должны говорить о том, что Дхарму надо уметь слушать. Слушать дхарму – это тоже искусство. Вы соберете людей, зал снимите, повесите объявления, много любопытных людей придет послушать, что говорят, бесплатно, особенно. Но будут ли они слышать? Будет ли передача? Будет ли пробуждение сердца? Будет ли вера? Очень много людей любят слушать интересные вещи, спорить, обсуждать. Им нечего делать, они сидят дома, им скучно, им надоел телевизор. И вот какой-то заезжий человек называет себя монахом, даже одет странно, какие-то вещи говорит. Можно прийти послушать. Но многие приходят, чтобы вынести свое суждение, чтобы оценить, потом посплетничать.

Сначала мы должны научить, как следует слушать дхарму, это искусство. Дхарму нужно слушать в определенном умонастроении, с определенной мотивацией, в определенном измерении ума. Тогда слушание дхармы не прекратится, оно продолжится. Более того, оно станет самым главным занятием в жизни, в этой жизни, в следующей жизни. Это слушание дхармы откроет великий путь освобождения. Оно станет ниточкой к освобождению, которое протянется на десятки жизней, может быть, если человек не достигнет в этой жизни. Оно станет путеводной звездой, оно станет новой судьбой, оно станет всем для человека, как оно стало для нас. Ведь вы тоже слушали дхарму когда-то. Но поскольку вы возможно слушали в правильном настроении ума, дхарма стала для вас путеводной звездой. Почему она не стала для других путеводной звездой? Рядом с вами кто-то сидел, он тоже слушал дхарму. Дело в открытости ума, в способности слушать. Таким же образом многие люди будут вас слушать, но не для каждого дхарма станет путеводной звездой. Ваша задача, как миссионеров, объяснить, как слушать дхарму, в каком умонастроении. Сначала по традиции всегда выражается почтение линии передачи, святым. Затем рассказывается о качествах ученика, качестве садху, следующего дхарме, то есть задаются базовые системные требования. Если дхарму можно сравнить со сложным, сложнейшим программным обеспечением для мозга, то нужно задать системные требования для пользователей. Например, если вы купили программное обеспечение, там пишутся системные требования: видеокарта, жесткий диск на столько-то мегабайт или терабайт, разрешение такое-то. Тогда программное обеспечение будет работать, желательно, на таких-то компьютерах. Если вы купите что-то другое, оно работать не будет. Можно загружать сколько угодно, но не сработает. Такие системные требования объясняют в самом начале изложения любой темы дхармы. Когда люди не живут в культуре Дхармы, они не ведают об этих системных требованиях. Чистым душам надо начинать с белого листа, с изложения этих системных требований. Многие учителя первое время излагали только эти предварительные условия. Один день, второй, третий. И шесть миров сансары, страдания грешников в адах. Ученики слушают, и говорят: «Ну сколько можно, мы уже наслушались этих историй про ады, про грешников, что требуется для дхармы». Ответом им будет: «А вы к остальному еще не готовы. Вы должны понять эти требования, четыре осознанности. Вы должны понять, глубоко проникнуться. Когда вы глубоко проникнетесь, все остальное в вас тоже проникнется. Раньше я тоже много читал лекций о четырех осознанностях. Когда душа умеет слушать дхарму, когда она открыта и сонастроена, то пробуждение от одного Атмана к другому происходит. Оно случается. Изменяется судьба, душа начинает садхану, она отрешается от привязанностей, она решает отбросить неведение, она решает созерцать, соблюдать заповеди самайи, принципы. По-настоящему эта душа меняется».

«Господь Шамбху (Шива) всегда живет внутри всех существ как вдохновляющий. Благодаря йоге, ведущей к осознанию, йогин наслаждается как достигший Освобождения. Когда осознание истины смывает прочь все загрязнения ума, создавшие мирское существование, тогда он, внутренний Атман, зовется Высшим Атманом, так как теперь они полностью едины».

Внутренний Атман – это самость, душа. Когда все неведение уходит, он зовется Высшим Атманом. Осознание истины смывает прочь все загрязнения, происходящие от ума и кармы. Например, когда вы осознаете пустоту сознания, свет сознания, вы начинаете доверять этой внутренней пустоте, доверять этому внутреннему свету. Вы учитесь в нем пребывать, но на фоне этого всегда есть загрязнения ума, проецирующая сила ума, память ума, мышление плюс васаны (желания в теле), плюс самскары, кармы. Но это осознание тоже существует как фон. Поэтому говорят, что вы овладели воззрением. Овладеть прямым воззрением означает испытать опыт уровня «зачатия». Даже опыт передачи, если вы непрерывно держите это воззрение, перерастает в созерцание, становится вашим непрерывным бытием. На этом фоне возникающая проецирующая сила ума, все самскары, васаны, все желания тела, все двойственные представления сталкиваются с ним и не выдерживают, они растворяются. Вы всегда признаете верховенство божественного. Вы всегда признаете верховенство Высшего Атмана. Вы учитесь на него полагаться, происходит растворение, происходит самоосвобождение. Так постепенно все загрязнения ума стираются.

Поначалу нужно быть очень бдительным и ловить свой ум каждую секунду. По мере утверждения воззрения и созерцания это становится самым естественным. Для вас становится неестественным опираться на мысли, неестественно цепляться, полагать себя делающим. Многие вещи становятся естественными, как для человека естественны мирские дела. Естественным становится самоосвобождение, самоотдача и самоузнавание. Даже ночью вы проснулись, встали посреди ночи – Ахам Брахмасми. Ум, как пространство, чуть-чуть сменилось восприятие, был в сновидении, как в пространстве, теперь здесь, в теле, но по сути, бхава, самоощущение не изменилось. Это становится естественным. Ни страхов, ни заблуждений, ни мышления, ни спутанности. Все время потрясающая ясность Брахма-ахам-бхавы, переживание лилы, переживание нереальности, и ананда которая сопровождает это все. Когда мысли, желания, клеши – все мгновенно самоосвобождается, самоотдается и самоузнается в своей истинной природе.

«Шива зовется Высшим Атманом, Параматманом, так как своим сиянием Господь превосходит все Атманы. Хотя именно он светит во всем. Высшим Атманом называют ту сущность, в чьем великом океане иллюзии миры, как пузырьки, всплывают наверх и опускаются вниз. В той форме многочисленные светила, подобные искрам пламени, возникают и снова сливаются с огнем. Это и есть форма Высшего Атмана. То, в чем все объекты появляются и исчезают, как волны в океане, – это форма Высшего Атмана. Высший Атман полностью устранил связь с загрязнениями. Он сама жизнь всего мира, пребывающая над всеми элементами творения (татвами). Как Солнце своим сиянием освещает мир, проникая везде, так и Высший Атман сияет, охватывая весь мир своими энергиями».

Это не фигура речи, это буквальный опыт. Атман, Высший Атман проникает во весь мир, охватывая его своими энергиями. Это может переживаться, как будто над макушкой у вас раздвинулось небо, появилось куполообразное пространство, и волокна из него входят в каждый камень, в каждую звезду. Вы соединены со всей вселенной силой, которая быстрее силы мысли, быстрее скорости света. Вы мгновенно едины со всей вселенной. Осознание, расположенное на уровне двенадцати пальцев над макушкой, связывает вас со всем мирозданием. Вы одновременно здесь, одновременно в Америке и одновременно на Кайласе, одновременно на Марсе, Солнце, Луне. Вы всеприсутствующий. Это происходит как собственные реальные ощущения, когда мы немного уходим от концепций. Когда мы смотрим на мир чуть-чуть глубже, мы ощущаем это единство. Это значит, что достаточно ветра, праны вошло в центральный канал. Мы добрались до этого уровня осознанности.

«Хотя Высший Атман светит повсюду, он все же отличается от иллюзии, майи мира. Он сияет как внутренний свет в воплощенных существах. Даже обладая телом, шива-йогин обретает состояние бестелесности, когда осознает, что сам является Высшим Атманом. Йогин лишен тела и не привязан к свойствам эго, выражающимся в определениях: я толстый, я стройный, я молодой, я старый».

Всегда есть люди, озабоченные своим телом, озабоченные красотой, какими-то качествами. Огромная индустрия в мире работает на это. Шопинг-центры, фитнес-йога, фитнес-центры, бодибилдинг, тренеры по фитнесу – это сейчас модно не только на Западе. Модно и в России, Украине. Все хотят быть стройными, молодыми, красивыми, чтобы их любили, ими восхищались, чтобы они могли наслаждать чувства. Все страдают, когда теряют форму тела, какие-то качества, красоту и прочее. Это есть форма неведения, это отождествление с телом, я есть тело. В мирской жизни многие звезды постоянно думают, как продлить свою фотогеничность, чтобы их фотографировали, чтобы они могли еще зарабатывать лицом, фигурой на рекламу. До семидесяти лет делают пластические операции, подтяжки и прочие вещи. Все это – отождествление «я есть тело». Большой миф. Когда садху узнает это, он становится безразличным к телу. Он его видит только как инструмент. Франциск Ассизский называл свое тело «братец осел». Он благодарил этого осла, он говорил: «ты мне хорошо служишь». Часто я незаслуженно упрекал тебя, морил постами. Он относился к нему с юмором. Садху должен иметь сильное тело, здоровое тело, чтобы жить долго. Это как хорошая машина, за машиной надо ухаживать. Машина для севы, инструмент для реализации – это тело садху. Но садху не привязан к нему. Он заботится о нем, как о машине, но ему не приходит в голову говорить: эта машина – это я сам.

Отождествление садху всегда с Атманом, с Высшим Я. Атман может генерировать много иллюзорных тел, даже грубых, физических тел. Как это тело было сгенерировано, так Атман может генерировать и другие. Поэтому в йоге иллюзорного тела, например, есть методы, когда мы проявляемся из пустоты, и повторно возникает наше иллюзорное тело. А затем мы учимся генерировать множество иллюзорных тел, заполнять всю Вселенную своими иллюзорными телами. Описываются святые, буддийские архаты, сиддхи Санатана Дхармы, когда они могут генерировать десять иллюзорных тел, сотни иллюзорных тел, тысячи иллюзорных тел, сотни тысяч иллюзорных тел, миллионы иллюзорных тел, миллиарды иллюзорных тел, десятки миллиардов иллюзорных тел, заполняя ими всю Вселенную. Атман может это делать. Были случаи, когда сиддх создавал одно иллюзорное тело, оно жило жизнью домохозяина, грихастха. У него была семья, возился в саду, копал картошку. У него были сыновья. Изображал из себя такое иллюзорное тело. В другом иллюзорном теле путешествовал по вселенной, по разным измерениям, по мирам. Это способы излучения чудесных, волшебных эманаций сиддха-деха, пранава-деха. Атман обладает такой возможностью, возможностью к эманациям. Мы практикуем садхану иллюзорного тела, садхану нидра-янтры, упражняемся в излучении, в мантра-йоге, учимся отождествлять мантру с речью божества, а мантра – это речь божества. Если у нас речь гортанная, языковая (вайкхари), то для божества вибрация, мантра – его речь, форма самопроявления. Мы учимся излучать иллюзорное тело в садхане мантры.

«Когда уходят прочь идеи «я» и «мое», источники мирских заблуждений, связанные с перерождениями, откуда взяться телу и откуда взяться привязанности к нему у йогина, достигшего состояния Высшего Атмана. Ум йогина погрузился в единый глубокий океан сознания, в поток вне мирского. Как же может он думать о теле? Йогин хранит в уме Атман как неделимое пространство. Хотя он и обладает телом, изменения тела не затрагивают его. Как может йогин заблуждаться относительно мира после того, как познал себя как непрерывное, абсолютное сознание, несравненное, счастливое, высшее пространство. Различия, основанные на определениях, выделяют части в объекте, который на самом деле един».

Выделение частей в объекте – когда мы вычленяем какую-то особенность: материальный статус, богатство, интеллект, красоту тела, пол, расу, нацию или положение в обществе. Эти различия становятся для нас более существенными, чем Атман. Это есть форма неведения. Например, есть различные украшения: кольца, браслеты, цепочки, кулоны, ручные, ножные браслеты. Мы выделяем их, сильно различаем: этот браслет такой, эта цепочка такая. Но по пробе золота, по ценности они все одинаковые. Все браслеты – одно золото. Мудрый человек смотрит не на форму браслетов, он смотрит на ценность самого золота. Для него ценно прежде всего золото, а форма украшений не так важна. В любой момент можно переплавить, сделать из одного украшения другое, заказав ювелиру. Таким же образом пробужденный одними глазами смотрит «на мудрого брахмана, на кшатрия, на неприкасаемого собакоеда и на собаку». Пробужденный смотрит одними глазами на разные события: на те, что доставляют удовольствие, на нейтральные события и даже на те, что не доставляют никакого удовольствия. Все эти события – одна лила Абсолюта, лила пракрити, за которой стоит Брахман. В них он узнает Брахмана. Он не цепляется за оценку самих событий. Он не говорит: это очень хорошие события, это очень плохие события, это нейтральные события. Он сразу смотрит в суть. Эти события – пустая игра, пустая игра иллюзий, пустые отражения, чит-шакти-виласа, игра энергии осознавания. За ними всеми стоит единая шакти, а шакти является проявлением Абсолюта, это Абсолют. Таким образом, он не отождествляется ни с какими событиями, ни с какими словами, ни с какими мыслями. Он распознает безупречный Абсолют везде и всегда. Тогда его дух всегда спокоен, безмятежен, его душа всегда пребывает в ананде. Он всегда пребывает в ананде, тонкой радости. Но этот секрет неведом омраченным людям, неведом непробужденным. За этот секрет надо заплатить определенную цену – отдать свое эго, освободиться от диктата ума, утвердиться в естественной осознанности и самоотдаче. Все боги и сиддхи знают этот секрет. Всем святым, всем садху мудрым, джняни, йогам этот секрет известен. Но остальным категориям существ он неведом. Поэтому такие существа то страдают, то радуются, то враждуют, то мирятся, преследуют разнообразные цели, не будучи способными наслаждаться в Атмане.

«Пространство в сосуде и пространство комнаты – в реальности одно и то же пространство. Как может быть ограничен телом тот, кто мыслит таким образом. Мысли в различиях, различающий ум – вот причина всех разделений. Когда рождается мысль о неразличимости, какие возможны разговоры о разделениях. У того, кто достиг всеобъемлющего чувства «Я – Шива», кто стал безграничным Атманом, откуда же взяться связи с телом. Йогин отбросил все прочие мысли и чувства, кроме ощущения своей истинной природы. Его ум совершенно свободен от изменений, волнений. Такое состояние ума шива-йогина называют безмыслием, отсутствием мыслей (аманаска). Ощущение «Я – Брахман» основано на двойственности, так как предполагается существование «Я» и Брахмана».

Практика махавакьи «Я – Брахман» (Ахам Брахмасми) предназначена для начинающих и выполняется в стиле крийя-джняны. Всегда есть «Я» и Брахман, но сама формулировка с точки зрения Адвайты уже подразумевает деление. Ведь Брахман вне двойственности, но ничего не поделать, крийя-джняна предполагает, что мы должны начать с чего-то. По мере практики эта двойственность уходит. Уходит деление на «Я» и Брахмана, исчезает «Я», остается только Брахман. «Я» становится одним с Брахманом. Вы уже не произносите «Ахам Брахмасми», вы являетесь Брахмасми. Больше ничего не существует, что надо было отождествлять, что надо было утверждать или отвергать. Есть только единое, всеобъемлющее, очень величественное, очень священное, очень святое Величайшее Бытие, которое мы называем божественная гордость, божественное величие, брахма-ахам-бхава, все это одно и то же. В нем некому заявлять – «Я», некому утверждать «Я есть Брахман».

«Несомненно, это чувство отсутствует у того, кто слился с пространством сознания. Для того, кто достиг единства с безупречным пространством сознания, что значат различия культур и сословий, откуда взяться телесности, откуда взяться блужданиям в круге рождения и смертей».

Различие культур всегда было очень важным. И сейчас в 21 веке наблюдается ренессанс разделения по культурам. Политика глобализма, мультикультурализма, как говорят, потерпела крах. Потому что люди держаться за свои культуры, придают большое значение культурам и этим различиям. Иногда в каких-либо странах, если вы придерживаетесь другой культуры, то можете испытывать различные проблемы. Это именно из-за этих различий. Различие сословий также всегда было важно. Это тоже форма неведения. Шанкаре явился Шива и указал ему на его неведение, связанное с принадлежностью к разным варнам, кастам. Шива посмеялся на Шанкарой, дал ему даршан. Что же ты, адвайтист, а сам находишься в полных отождествлениях с различиями. Садху, джняни превосходят различия каст. Для него не важны варны, ашрамы, для него не важна культура. Он безупречно распознает Атман в каждом живом существе. Хоть мы держимся своей культуры, но для нас гораздо важнее видеть единство. Наша культура – это не способ самоутверждаться, разделяясь с другими. Это способ видеть целостное единство. Это способ садханы. Но когда культура становится способом самоутверждения эго, национального или личного, способом разделения, способом отказа другим в сострадании, потому что они принадлежат к другим культурам – это является заблуждением. Культура вырождается. Изначально культура – это шакти, играющие энергии, исходящие из Атмана. Но когда она сама становится самодостаточной, когда на нее обращают больше внимания, чем на само единство Атмана, она становится майей, формой неведения.

«Атман великого йогина полностью растворился в пространстве сознания, бесформенном, недостижимом для речи и ума. Что же при этом можно ощущать и посредством чего? Свет солнца одинаково падает на святое место и на нечистое. Так и йогин, достигший недвойственности с Шивой, всегда и ко всем относится одинаково».

Другое разделение связано с разделением на чистые и нечистые вещи. Есть брахманские традиции ритуальной чистоты, особенно, в традиции поклоняющихся Вишну, когда надо совершать омовения трижды в день, носить определенную одежду, украшать, наносить знаки и прочее. Очень много связывающих требований к еде, общению с людьми, требования ритуальной чистоты. Если их не исполнять, то человек легко может впасть в нечистоту. Изначально это требования по поддержанию саттва-гуны, но саттва-гуна не есть истинная чистота. Поэтому в тантрийских учениях типа «Виджняна бхайрава тантра» говорится так: «Чистота других учений для нас не чистота». То есть с точки зрения недвойственности сиддхов такая ритуальная сильная привязанность к саттве тоже не есть истинная чистота. Истинная чистота – это выход за пределы саттвы, и пребывание в трансцендентном, за пределами трех гун. Солнце светит как на святые места, так и на нечистые. Свет Атмана светит на саттва-гуну, на раджас и тамас. Другой вопрос, что мы всегда должны быть аккуратны с любыми энергиями, учитывая пропорции саттвы, раджаса и тамаса. Не поощрять тамасичные энергии. Но мы также не должны в воззрении разделять это. Поэтому святые утверждаются в чистом видении, когда чистое и нечистое имеет один вкус. И этот вкус – совершенство, вкус чистоты.

«Йогин не боится старости и смерти, он не подчиняется голоду. Йогин чувствует сладость совершенного блаженства своего Я и поэтому абсолютно счастлив».

Он не боится старости и смерти, потому что он не отождествляется с телом, с одной стороны, а с другой стороны, для него не существует смерти, как таковой. Он будет жить всегда, он живет всегда. Просто меняются формы и миры, в которых он живет. Но при жизни он создает себе тело, при жизни он создает себе область существования. Он распространяет свое познавание на другие области, на тонкое тело, на трансцендентный мир, на другие миры. Он будет жить вечно, всегда и постоянно, благодаря своему осознаванию. И он знает, что везде его ум создаст какое-нибудь тело. Он при жизни учится сам его создавать, йогой иллюзорного тела, силой мантры, визуализации. Самое главное – он пребывает в трансцендентном измерении, которое вообще ничем не затрагивается, которое невозможно уничтожить, которое не стареет, не болеет и не умирает. Он всегда есть. Когда к одному садху пришли солдаты от великого императора Александра, который приказал привести его к нему, то садху рассмеялся и сказал: «Пусть сам Александр ко мне приходит. Это он вам рассказал, что он великий?» – «Великий император Александр, завоеватель полмира, тебя зовет, а ты не идешь?» – «Если он такой великий, то пусть сам ко мне идет». Александр пришел и сказал: «Ты мне не подчинился. Я – великий царь, сейчас вытащу меч, отрублю тебе голову». Садху сказал: «Ты можешь это сделать. Я всегда буду здесь. Я буду наблюдать это. Ты ничего не сможешь сделать этому наблюдающему сознанию. Поэтому успокойся лучше». Тогда Александр сказал: «Этот садху действительно велик. Если бы я не был императором, я бы тоже стал садху».

«В состоянии высшего осознания полностью отсутствуют всякие различия. Здесь нет троицы: познающий, объект познания и знание. Когда знание двойственности полностью разрушено – это называют отсутствием различий».

Всегда есть эта троица. Она формирует сансару. Джята, джняна, джнея. Познающий субъект, внешний объект познания и процесс познания. Внешний объект (джнея), процесс познания (джняна), и тот, кто познает субъект (джнята). Когда мы прорываемся через три гуны, то исчезают субъектно-объектные отношения, эти три исчезают. Три кольца сансары исчезают. Даже если одно кольцо разорвать, вся сансара тоже исчезнет. Если мы занимаемся атма-вичарой, мы исследуем познающий субъект. Если мы медитируем на внешние объекты, как Брахмана, – исчезают внешние объекты. Мы распознаем внешнюю иллюзию как Абсолют, если мы медитируем на процесс восприятия органами чувств внешнего материального мира. Например, если мы медитируем на иллюзорность мира или заменяем процесс восприятия «чистым видением», санкальпой «единый вкус», другими санкальпами, то процесс джняны (познания мира) исчезает. Если мы в любом из мест эти три кольца сансары разорвем, то вся сансара не может больше существовать. Даже одно кольцо сансары разорвать требует большого труда.

«Сознание йогина, достигшего высшего состояния, заполнено впечатлением от переживания недвойственности. Как может тот, кто видит свой внутренний Атман, познавать что-либо другое, отличное от Атмана. Я не творец, я не познающий, я бестелесен, я не привязан ни к чему. Тот, кто думает таким образом, сияет, как само сознание».

Как сиять, как само сознание? Как проникнуть в это измерение? Мы должны быть устремлены к этому сознанию. У нас должно быть вопрошание к этому сознанию, преданность, вичара, бхакти. С другой стороны, мы должны остановить поток концепций, поток двойственного мышления, но не заблокировать, а отойти от этого потока двойственного мышления, отойти в сторону. Научиться его наблюдать из более глубокого состояния ума, когда мысли видятся как бегущая строка снаружи, на периферии сознания, а вы наблюдаете его из более глубокого измерения вне ума.

«Шива-йогин избавился от всех идей двойственности и от желаний. Он спокоен и погрузился в собственное величие. Что же еще осталось ему познать? Йогин стал един со своей истинной природой при помощи духовного опыта недвойственности. Что же еще осталось йогину познать и каким образом? И как же будет зваться при этом познающий?»

Когда мы входим в абсолютное измерение пустотности, сам познающий понемногу исчезает. Познающая активность, познающее сознание остается. Но познающий субъект как эго исчезает. Больше нечего познавать, в том смысле, что остается только один объект для познания – Абсолют, Шива, природа Даттатрейи. Других объектов нет. Не остается ни круглого, ни угловатого, ни треугольного, ни квадратного, ни желтого, ни красного, ни зеленого, ни цифр, ни понятий, ни теорий, ни идеологий, ни имен, ни форм. Остается только один объект – только Бог. Все, больше нечего познавать. Но Бога познавать душа будет бесконечно. Она никогда его целиком не познает. Но она может быть в тождестве с ним непрерывном. Что касается проявления пракрити, проявления относительной энергии, здесь всегда есть ступени, иерархия, эволюция, развитие, движение. Как только мы выходим из этого измерения, то мы всегда оказываемся на какой-либо ступеньке иерархии, на каких-то отношениях с шакти, в каком-то статусе, в какой-то связи с именем и формой, в теле божества, в теле человека, в теле асура, в теле риши, сиддха, и прочее. И здесь есть логичная, взаимосвязанная, иерархическая лестница восхождения, эволюции. Это восхождение не заканчивается. Мы двигаемся до тех пор, пока не обретем статус Брахмы-Творца. Это и есть «16 кала». 16 кала означает, что наша энергия, пракрити проявляется самым великим, самым совершенным образом, наша джняна так глубока, что наша пракрити может проявляться таким чистым, таким великим образом. Брахма велик не потому, что он творит вселенную, обладает великой силой. Брахма велик потому, что он – величайшее просветленное существо. Его джняна так велика, что он может проявлять такое тело и такие способности.

«Великая истина, великое существование и великое всеобъемлющее сознание проявляются в форме мира. Для йогина, который освободился от различающего ума, то есть идеи множественности объектов, нет ни одного объекта, отличного от этого. Господь Шамбху - основа всего, это Изначальный Источник. Благодаря Его милости йогин, пребывающий в состоянии покоя, зовется «обретший милость Изначального».


24 марта

«Господь Шамбху – основа всего, это изначальный Источник. Благодаря Его милости, прасад, йогин, пребывающий в состоянии покоя, зовется «обретший милость Изначального». Тому, кто очистился в течение многих жизней, не гордится собой и не привязан к миру, изначальный Господь дарует свою милость, а эта милость освобождает. Для того, кто по милости Шивы обрел состояние Шивы, сеть миров одновременно видится отличной от Шивы и одновременно не видится таковой. Йогин, наделенный различением Истины и не-истины, приходит к освобождению, когда по милости Шивы, прерывающего круг перерождений, разрезает узел мирской одержимости».

Милость Шивы – это благословение Ишвары. Ишвара, как известно, обладает пятью силами, одна из которых – сила просветлять, освобождать, устранять ограничения (ануграха). У нас есть три типа кундалини: нисходящая, восходящая и срединная (мадхьям). Восходящая находится в основании муладхары, а также связана с чакрами в стопах, в бедрах; срединная находится в манипуре и пробуждается мудрами и пранаямами; нисходящая связана с потоком ануграхи, с открытием себя божественным силам, она исходит из более высоких планов – всевышнего источника и из системы двенадцати чакр или центров, называемых двадашанта. Благословляющая сила Ишвары – это свет самого Абсолюта, который нисходит в дживу, когда душа достаточно очистила себя, имеет связь с всевышним источником и может улавливать это благословение. Благословение означает, что в потоке кармы другие силы (тиродхана, самхара и прочие) уступают место силе ануграхи. Каждая живая душа находится в потоке сил Абсолюта. Индивидуальная карма души формирует уникальные потоки, идущие от Абсолюта, которые она воспринимает. Если она достаточно чиста, она может воспринимать ануграха-шакти, если она недостаточно чиста, то ею воспринимаются другие шакти. То есть Абсолют подобен мощному центру мироздания, откуда излучаются энергии различных спектров, но какой спектр улавливать, зависит от самой души. Это можно сравнить с радиопередатчиком, транслирующим радиопередачу. Он транслирует различного рода волны (СВ, ДВ, УКВ), на каждом спектре волн есть множество радиостанций. Это огромный транслятор волн разного спектра, но мы ловим одну уникальную волну, которую мы слушаем в данное время, и то, какую волну мы выбираем, определяется нашими предпочтениями. Мы настраиваемся на ту волну, которая соответствует нашим заслугам и кармам.

Всевышний источник – это мощный транслятор различных энергий. Есть трансляция сансарных энергий, трансляция энергий Кали, трансляция энергий творения, поддержания, трансляция освобождающих энергий. Мы способны улавливать те или иные энергии, которые находят отклик в нашей душе. То, что не находит отклик в нашей душе, мы не можем улавливать. Чтобы улавливать Его самую чистую освобождающую энергию, мы в душе должны быть достаточно чисты, достаточно пустотны и свободны от кармы. То есть воспринимать ануграха-шакти дано не каждому существу, поскольку это одна из его высших энергий. Например, вы можете спросить у человека, склонного к поеданию мяса и удовлетворению грубых желаний: «Ты улавливаешь хороший нисходящий поток? Как ты чувствуешь его?» Он скажет: «О чем ты вообще говоришь?» Он даже не сможет понять, о чем идет речь. Но человек, обладающий достаточными заслугами, чистыми каналами, сразу поймет, о чем идет речь, потому что он чувствует этот нисходящий поток. Это и есть проявление милости Ишвары, благословения всевышнего источника. Когда душа достаточно созрела, это благословение нарастает, и через это сам Ишвара освобождает душу.

«Без милости Господа не остановить круг перерождений, без восхода Солнца как же рассеять тьму мира».

Остановка круга перерождений как раз и заключается в получении шактипатхи через ануграху. Это не так, что душа, пребывающая в раджасе или в тамасе, ограниченная тиродханой, самхарой или сришти-шакти, вдруг начинает практиковать какие-то методы и какими-то своими неведомыми усилиями освобождается. Она всегда освобождается только через ануграху.

«Милостивый ко всем Господь Шамбху, повелитель, освобождает живые существа лишь по своей доброте, милости, в этом нет никакой другой причины».

Бог – это есть изначальное добро. Ишвара есть отражение Абсолюта, чистой, саттвичной энергии пракрити, называемой майя. Все его силы также разворачиваются в измерении майи. Майя – это саттвичная пракрити, а тамасичная и раджасичная пракрити – это авидья. Душа, джива, испытывает свои кармы, располагаясь в областях вселенной, называемых авидья. То есть вся сансара – это область вселенной, называемая авидья, неведение. Сиддхи, дживан-мукты, сиддха-пуруши, нитья-сиддхи, Брахма, Вишну, Шива располагаются в другой области вселенной, называемой майя. Авидья – это область кармы, рождения и смерти, неуправляемой реальности, царство необходимости. Саттвичная майя – это область лилы, царство Божественной Игры и царство свободы.

Божественные существа, пребывающие в майе, обладают всеведением, полнотой, самодостаточностью, всепроникновением, не подвержены закону кармы, но они являются майей. Почему они являются майей? Потому что все, относящееся к категории пракрити, – это либо майя, либо авидья. То есть майя – это не сам Брахман. Брахман вообще отделен от пракрити. Пракрити – это Его отдельная энергия, выдвинувшаяся вперед для развертывания функций творения. Брахман всегда трансцендентен, отделен от пракрити, не запятнывается майей, но свободная, чистая, светоносная, пустотная, игривая недвойственная пракрити – это майя. И в ней создаются тела богов, разворачиваются мандалы, игры сиддхов, Бхагаван Даттатрейя, Вишну, Лакшми, Нарада. Все это – область лилы, область творческого, игривого, пустотного самопроявления Абсолюта, область чит-шакти-виласа. Другая же область, обитателям которой повезло меньше, где действуют отдельные души, не попавшие в высшую лигу существ, называется сансара, авидья. Там действуют раджасично-тамасичные энергии, законы причин-следствий, страдания и рождения.

Ишвара, пребывающий в форме чидабхаса, отражение Абсолюта, является абсолютным благом, абсолютным добром. Если Браман трансцендентен, то Он вне человеческого понимания, разделенного на благо, добро, зло и прочее, то есть это полная трансцендентность. Когда Он отражается в саттвичном, то проявляются Его самые первичные качества – истинность (сатьям), благо и добро (шивам), красота (сундарам). Другие Его качества – это сат-чит-ананда, то есть бытие (сат), способность осознавать себя (чит) и способность переживать блаженство (ананда). Все это качества, которые появляются в чистой саттвичной майе. Изначальное добро, которое транслируется Ишварой всем душам, барахтающимся в сансаре, – это и есть Ануграха. То есть Ишвара может обладать любым спектром энергий, но именно через восприятие Ишвары как глубинного добра, глубинной чистоты и светоносности джива освобождается. То есть сначала Ишвара представляется как добро, а потом Он представляется как трансцендентность.

«Мудрецы называют окончательным то, в чем исчезают, в конце концов, все объекты. Непосредственное осознание Его как своей сути – это милость (прасадам). Йогин, который достиг этого состояния, зовется «обретшим милость окончательного». Разнообразие существ, боги, животные, люди и прочее создано иллюзией. Когда иллюзия поглощается Высшей Сущностью, Шивой, разнообразие тоже исчезает. Когда есть непосредственное видение Высшей Сущности, Шивы, которого описывают как вечность, сознание и блаженство, что проку в частном знании объектов, откуда же возьмется познающий? Как в глубоком сне человек не видит ничего, так и воплощенный Атман, освободившись, не видит ни одного объекта. Как непрерывное пространство по своей природе не имеет формы, так и для воплощенного Атмана, достигшего освобождения, его истинная природа сохраняется. Для освобожденного нет ничего, что должно быть увидено, познано, нет ничего, что должно быть сделано, его состояние называют неподвижным. По сути – это счастье».

Освобожденный в тексте бабы Горакханатха «Вивека мартанда» описывается как тот, кто растворился как топленое масло, влитое в топленое масло (как гхи в гхи), как молоко, влитое в молоко. То есть, когда одна часть молока вливается в большую часть, между ними нет больше никаких различий. В сознании, в воззрении освобожденный своим сознанием вливается в Абсолют так, что между ними нет различий, но на уровне энергий освобожденный поднимается до уровня Ишвары. Его энергии в форме проявления пракрити формируют новое тело, новую судьбу, тогда мы говорим о трех телах. То есть три просветленных тела относятся к пракрити, но это чистая пракрити, не связанная с сансарой. А четвертое тело, называемое дева-деха, – это тело трансцендентного, это тело Абсолюта, тело Брахмана, то, которое формируется вливанием сознания освобожденного в Абсолют, как масло в масло, как молоко в молоко.

Многие не совсем отчетливо представляют различия между этими вещами. Некоторые считают: «Я должен влиться, как масло в масло, как молоко в молоко, остальное меня не интересует. Какая-то там пракрити, какие-то там тела – все это только кайвалья». То есть пустота, шунья с отрицанием проявленного аспекта – это тенденция к непроявленному, авьякта, поэтому таких людей называют авьяктики. Они не хотят иметь дело с пракрити, они не понимают, как с ней работать, что с ней получится вообще. Они опасаются пракрити и считают, что сансару, имя, форму лучше вообще не касаться. Они предпочитают иметь дело только с непроявленным. То есть это такая небольшая форма нигилизма. Другая форма – это когда делается акцент на различные проявления пракрити, на различные тела и сиддхи без понимания непроявленного аспекта. Все это разнообразные и различные тела. Реализация происходит на всех планах – и на том, и на том.

Когда йогин сливается с Абсолютом, он реализовывается как форма недвойственности, полного слияния, кайвалья-мукти, саюджа-мукти. Когда его познающая способность отображается в форме Ишвары, он реализовывает джняна-деха, бесформенное тело, тело мудрости. Когда его сознание отражается в саттвичной пракрити и принимает форму иллюзорного тела божества или миллионы иллюзорных тел, эта форма называется пранава-деха. Когда его пробужденное сознание отражается в неведении, в авидье, в раджасично-тамасичной энергии, это называется сиддха-деха. То есть сиддха-деха отражается из просветленного сознания в том же измерении, где действует карма, где действуют дживы, но он, в отличие от джив, освобожденный, он не связывается больше, он как аватар, он как сиддха. То есть его тело совершенно, его проявление совершенно, даже в ограниченной сансаре. Например, тело Кришны было сиддха-деха, у Гуру Брахмананды тоже. Он проявляется в ограниченной сансаре, но тело совершенно, поступки и деяния не обусловлены кармой. Сиддха-деха имел Гуру Падмасамбхава, аватары Вишну. Их тела не были созданы родительской кармой, омрачениями и самскарами предыдущих жизней. Сиддха-деха – это тело, которое изошло из пробужденного состояния, чтобы проявить лилу.

«Осознав свою недвойственность с Шивой, йогин ослабил все узы материального мира, теперь шива-йогин чувствует лишь радость сознания. Так что же может произойти и при помощи чего? Наставник – вот тот, кому все должны служить. Несомненно, он и есть Шива. Его милость – проявление высшего счастья. Гуру называют объект, достойный служения. Духовный опыт, полученный благодаря служению Учителю, считается его милостью (прасадом). Тот, кто осознал единство Учителя и его милости, известен, как обретший милость объекта своего служения. Божественный Гуру – вот Высшая Истина, Высшая Истина – вот Гуру. При осознании их единства не остается ничего, кроме Высшего. Как могут увлечься чем-то иным шива-йогины, которые чувствуют высшее блаженство своего Атмана, недоступное ни речи, ни уму. Для того, кто удовлетворил жажду нектаром знания, что толку от прочих объектов наслаждения? Лишь через знание Шивы, который есть Истина, проявляет высшее блаженство. Освобождение – вот высшая удовлетворенность, которую описывают как вечность, сознание и блаженство. Для того, кто вечно удовлетворен и свободен, что толку от прочих средств получения удовольствия? Для того, кто утвердился в знании недвойственности с Шивой и освободился от обманчивой привязанности к телу, нет действий ни вовне, ни внутри».

Для такого йогина наступает период способности к питанию светом божественного, потоком ануграхи. Он становится самодостаточным, желания ослабевают в нем по причине того, что он нашел другую еду. Это подобно тому, как если человек нашел что-то вкусное, это вкусное его питает, он не зависит от более низкой, более грубой еды. Таким же образом, когда он нашел в себе источник внутреннего света, источник ануграхи, он может им питаться, он не сильно зависит от питания, поступающего через ум, через органы чувств, через внешние события и впечатления, он приучается жить за счет другого питания. Это не значит, что он полностью отказывается от восприятия, от действий, но он ими действует, скорее, для других, для исполнения какой-то миссии, но не для себя, потому что для себя он нашел другой источник питания. Но поскольку у него есть какая-то миссия, какую-то часть питания этим миром он оставляет. Потому что, не оставив какую-то часть питания этим миром, просто невозможно с ним взаимодействовать. Поэтому многие святые специально оставляют какие-то связи для того, чтобы через эти связи реализовывать свою сострадательную активность, помогать другим. Были другие святые, которые, когда им оказывали большие почести и внимание в обществе, совершали что-нибудь такое, что людям не нравилось, за что их ругали, хулили. Тогда их все оставляли в покое, а они были счастливы. У них не было миссии распространять дхарму, они практиковали такой путь. Как только их снова где-то замечали, восхваляли, возвышали, к ним валили толпы людей, они снова изображали из себя каких-нибудь юродивых, кидались комьями грязи в людей, распускали о себе какие-то слухи, так что люди от них отворачивались, а они снова жили неузнанными. Это зависит от санкальпы и конкретной энергии святого.

«Мысли йогина заняты не предписанными обрядами, не особыми видами аскез, не мантра-йогой и медитацией, его ум поглощен осознанием Атмана – своей истинной природы».

Ум начинающего йогина должен быть занят мантрами, медитациями, текстами и пониманием севы. Ум продвинутого йогина все это сводит к одному – к Атману, к Абсолюту. Он умеет объединить мантры, тексты, медитации, ритуалы, техники и служение в одно единственное созерцание Абсолюта. Он умеет этому единственному созерцанию предаваться и отдаваться. Это подобно тому, как у человека было много драгоценных украшений, но затем человек переплавил все эти драгоценные украшения в один большой камень из золота. Ему не нужно больше носить много украшений, у него есть одна большая драгоценность, которая заменяет ему все. Таким же образом йогин утверждается в сахадже – в естественном пребывании в состоянии самоотдачи Абсолюту, а остальное происходит само собой, без нужды иметь делателя, без делания и без разделения. Все происходит творчески, игриво, растворяясь в пустотной основе ежесекундно и ежесекундно проявляясь. То есть тело йогина становится само источником, проводником чит-шакти-виласа.


29 марта

Текст относится к категории учения «прапатти-йога», самоотдача. Созерцание, поддержание обнаженного состояния пробуждает у нас внутреннюю ясность, углубляет осознанность, дает азы растворения мыслей, азы самоосвобождения, которыми мы обязательно должны овладеть, изучая тексты, концентрируясь на них, размышляя, применяя санкальпу. Самоотдача – это углубление садханы, которая самоосвобождает самый корень неведения, нас самих, наши глубинные заблуждения, цепляния, привязанности, надежды и страхи, связанные с эго, с нашей идентичностью, неуверенностью, ощущением «я». Это такие глубинные отождествления, которые глубоко внутри нас спят, к которым сложно обычным образом добраться, и которые можем освободить не мы сами, а более высокая божественная сила, сила божественной милости, божественной благодати.

Самоотдача сложнее самоосвобождения, это общепризнанно. Самоосвобождение нетрудно объяснить теоретически. Обнаженное осознавание можно сформулировать и философски, и практически, и применять его. Самоотдача – здесь уже мистика. В самоосвобождении многое зависит от вас, вы здесь участвуете, для самоосвобождения Бог как-бы не очень нужен. Самоосвобождение и начальное созерцание вы и сами можете сделать силой наблюдающего осознавания, внимательности, вичары и прочее. Но когда речь идет об истинном, глубинном самоосвобождении – здесь начинается мистика, вы уже не можете его сделать, это должна сделать превосходящая вас духовная реальность, духовная сила, которую вы должны найти, нащупать ее, начать на нее полагаться и научиться ей предаваться. Это очень мистический процесс.

На стадии самоотдачи важны такие понятия учения, которые сначала не сильно были нужны. Например, обнаженное осознавание и созерцание практикуются и в традиции сутры, и буддийской хинаяны, там нет акцента на преданности, самоотдаче, гуру-йоге. Буддизм хинаяны – это индивидуальный, личный путь: ходи, созерцай, и ты достигнешь нирваны. Когда ты ее достигнешь – это другой вопрос. Духовный наставник там не гуру, а духовный друг. Он дал наставления, а дальше – сам. Допустим, в тантре, в индуизме, в ануттара-тантре, в буддизме ваджраяны, когда речь идет об освобождении за одну жизнь, всплывают другие понятия: самоотдача, избранное божество, гуру-йога, божественные существа, отсечение эго. А в традиции сиддхов Санатана Дхармы всплывает самое мистическое – божественная милость, и здесь есть место Богу. Это не только твое личное дело, ты наблюдаешь, созерцаешь, ты внимателен, замечаешь мысли, и все. Здесь вмешивается некая третья сила. Одна сила – твоего наблюдения, другая сила – твоего эго, вы вдвоем между собой практикуете, между эго и наблюдателем какая-то борьба, какие-то лилы, иногда эго побеждает со своими привязанностями, иногда – вы побеждаете как наблюдатель. Но этим все и заканчивается. Это еще не истинное пробуждение. Это предварительное воспитание ума, предварительное очищение. А вот на стадии самоотдачи вмешивается третья сила, божественная сила.

Поэтому и в буддизме ваджраяны, и в тантре сиддхов, и в ануттара-тантре сиддхов, и в традиции Санатана Дхармы, в индуизме, важно устанавливать связь с этой третьей силой, призывать ее через ишта-девату, через принцип гуру-йоги, через прибежище, через понимание божественной воли, самоотдачу. Здесь вмешиваются такие мистические процессы, которые вам не знакомы, которые отсутствуют напрочь в опыте обыденной жизни мирского человека, к ним надо привыкать через упасаны, храмовое поклонение, через дух самайи, через дух гуру-йоги, через ишта-девата йогу, воспитывать в себе дух божественного прибежища, дух божественного поклонения. Один мирянин как-то пришел ко мне и сказал, что ему не хватает страха божьего. Взаимоотношения с богом – это не обязательно страх, это могут быть разные расы: шанта, дасья, ватсалья, мадхурья, шрингара раса. Но обязательно вы должны открыться превосходящей вас божественной реальности, вы должны открыться благословению Абсолюта. Здесь постепенно духовная практика тоже меняет свой вектор. Здесь вы практикуете вначале, все понято. Вы как некий духовный деятель, духовный спортсмен. Здесь все понятно. Наблюдай, концентрируйся, созерцай, йога Патанджали, восемь ступеней, все понятно, кундалини-йога, раджа-йога. В тантре также вы, как делатель, очень активно присутствуете. Там все зависит от вас. Визуализируешь, мантру читаешь, призываешь – будет прогресс.

Но дальше начинается мистический процесс, где вы вдруг понимаете, что не все зависит от вас. Более того, на духовном пути, чем дальше ты двигаешься, тем меньше от тебя что-то зависит. Все зависит, оказывается, от Бога. От тебя зависит какая-то твоя часть работы, как себя очистить, как себя воспитать, как дисциплинировать, даже малое освобождение тоже от тебя зависит, перерождение на небесах – вот эта часть вся от тебя зависит. А вот выше – все зависит от Бога. Оказывается, он главный игрок, но до этого он скрывается в тени, он не выходит на первый план. Он наблюдает, говорит: молодец, давай-давай. Ему еще рано. Это спектакль некий, в котором есть интрига, сценарий разворачивается. И в самый последний момент, в третьем акте выходит неожиданно совершенно новый персонаж, и от него, оказывается, все зависит, все предыдущее было только прелюдией. Все предыдущее было только подготовкой. Оказывается, за всем он стоит, и этот главный персонаж здесь всем верховодит. От того, какие отношения мы с этим персонажем установим, какая будет связь, самбандха, как мы его поймем, как сумеем сменить идентичность, – это самые болезненные процессы, труднопонимаемые, смена идентичности, самоотдача, полагание – от этого и зависит наш духовный путь. То есть здесь вводится новая переменная, переменная Бога, самая главная в нашем уравнении духовной жизни.

«Когда Шива-йогин рассекает изначальное неведение, начинает светить высшее блаженство, сотворенное без участия мира, пяти элементов, земли, воды и других. Откуда же взяться мыслям о мире у людей, йогинов, чей ум растворился в запредельном сиянии Шивы, их глубинной сути, чистой и вечно счастливой».

Чтобы улавливать запредельное сияние Шивы, мы должны быть очищены, мы должны быть готовы. Это очищение, готовность достигается каждый день шлифовкой своего ума, отбрасыванием эго, смирением, очищением от мирских желаний, очищением пран и каналов, чтобы быть готовым воспринять сияние божественного. Самоотдача должна происходить, но самоотдача – это не слепая вещь. Самоотказ, самоотдача, полагание на божественную реальность – это не слепая вещь, она абсолютно ясная. Она является слепой для тех, кто это сияние божественного не видит. Тогда она вырождается в ритуальную самоотдачу, в такую ментальную, интеллектуальную веру, но истинная самоотдача, истинная вера предполагает, что вы видите внутри себя, ощущаете божественное сияние. Но также вы видите карму, клеши, эго и тенденции ума. Перед вами ясно вырисовывается многообразие путей, и один полюс – это божественность, а другой полюс – это обусловленность кармой и неведением. А между этими полюсами еще много-много вариантов. И вот самоотдача – это когда вы больше перемещаетесь в сторону полюса божественности. Когда вы свою душу вырываете из обусловленных тенденций, шаблонов, привычек и перемещаете к этому полюсу божественности.

«Что Брахма, что Вишну, что Рудра, что солнце, разве можно сравнивать их блаженство со счастьем Шива-йогина, который непосредственно ощутил свет высшего блаженства. Великий святой, непосредственно ощутивший высшее блаженство, считает Брахму, Вишну и других богов лишь отдельными каплями счастья. Мирские люди страстно жаждут объектов восприятия, дающих лишь часть того великого блаженства. Так разве найдется человек, который не хотел бы обрести все то неизмеримое, высшее счастье. Для йога, чье тело – высшая сущность, все действия видятся воображаемыми, как иллюзия змеи видится в веревке. Поэтому такое состояние йогина называют прекращением действий».

Божественная реальность приносит ананду, приносит счастье. Ваша судьба, когда вы добрались до этой стадии, – все больше врастать в счастье, поглощаться счастьем, привыкать, что счастье – это норма, счастье – это обычно, счастье – это хорошо для духовного пути. Счастье – это ваш путь. Счастье – это ваша основа, счастье – это ваш плод. Обычно обусловленный кармический ум связанной души мрачен, несчастен. Один учитель говорил, что ум обычного человека напоминает темную пещеру, и оттуда пахнет рыбой. Но когда вы приближаетесь к Источнику, внезапно вы видите, что Источник божественной реальности внутри вас – это счастье. Это так сильно диссонирует с обыденным миром, что вы в начале даже поверить не можете. Вы радуетесь просто так, вы не можете поверить, так не бывает, вы удивляетесь, откуда и за что вам такая милость, но постепенно вы понимаете, что это вам принадлежит по праву, и утверждаетесь в этом. Это счастье, не зависящее ни от чего: от мнения в обществе, от количества денег, от вашего окружения, от того, какая идеология вокруг, какая на вас одежда. Внезапно все эти вещи теряют над вами силу. Признаки единого вкуса: любая еда – ты счастлив, любая одежда – ты счастлив, в любом месте – ты счастлив, в любом статусе и положении – ты счастлив.

Когда это счастье в вас пробуждается, вы обретаете самодостаточность, внутреннюю целостность, внутреннюю независимость. Не такая независимость, которая в миру пользуется успехом, эгоистичная независимость – доказать другим, что я – сам по себе. Это тихая, очень спокойная, уверенная самодостаточность, основанная не на эго, а на понимании божественности внутри, что эта божественность внутри и есть счастье. Садху учится питаться изнутри этим счастьем. Вместо того, чтобы питаться новостями, привязанностями, идеями и прочими вещами, которые все время ограничивают, садху питается этим счастьем, предается этому счастью. С этого момента жизнь йогина становится анандой, она все больше приближается к игре, к лиле. Внезапно он расслабляется. Если ты несчастлив, ты не можешь расслабиться. Ум стремится избежать страданий, стремится создать ситуацию счастья, он все время напряжен, вынужден что-то делать, он как загнанная в угол мышь. Но внезапно, когда он приходит к Источнику, он видит: вот оно, то счастье, и оно не зависит от планов, оно не зависит от усилий, оно всегда есть и всегда греет.

Внезапно ум может ослабить гонку и хватку и расслабиться. Здесь важный и ответственный момент, чтобы он расслабился правильно, чтобы он не впал в самонаслаждение.

Это называется «потеря осознавания в воззрении, потеря действия в воззрении». Йогин не удовлетворяется малым счастьем, малой анандой, типа «мне и так хорошо», когда в нем пробуждается вместо духовного огня расслабленная апатичность: и так хорошо, зачем же дальше. Такое иногда бывает. Счастье йогина – он самодостаточен, но он не прекращает искать Бога. Теперь он ищет его не из-за неполноценности, не из-за страданий, не из-за цепляний, не из-за надежд и страхов. Он ищет его из преданности, из веры, скорее, его поиск становится любовью. Из большой любви он Его ищет, не из страха, не из цепляний. Раньше он искал Бога из мотивов человеческих, ограниченных, то теперь он идет от малого счастья к еще большему, от малой любви к Богу и преданности – к еще большей. Но он не ослабляет вичару, он не оставляет свой духовный поиск. Это позволяет ему не расплыться в таком малом счастье, быть собранным, трезвым, бдительным, поддерживать авадхану. Авадхана – это такое отрезвление ума, трезвость ума.

Вся жизнь йогина меняется, потому что он по-настоящему расслабляется и начинает чувствовать тонкие ароматы, например, аромат недеяния. Как можно быть в недеянии, и все будет делаться. Он чувствует аромат любви и преданности, как можно любить без эго, быть преданным без эго и самоотдаваться. Глубина веры – как вера может быть неконцептуальной, безопорной, как она может давать невероятную силу. С этого момента жизнь садху перестает быть такой обусловленной кармой, становится нишкама-карма-йогой, танцем преданности, игрой, лилой, любовью и состраданием. Он начинает идти от поглощенности одной расой, одной бхавой к еще большей расе и бхаве. Он уже как бы не живет в мире людей, хотя телом живет в мире людей. Он живет в своем собственном миропонимании, в мире, как в мандале, как в чистом видении, воспринимая себя и других, как божеств.

«Действия мудрецов не становятся причиной перерождения. Так зерна, обожженные в огне, не могут дать ростки. Для йогина, избавившегося от эго, что толку от совершенных действий. Как могут перемены в отражении луны повлиять на саму луну. На фоне облаков кажется, что луна движется. То же верно в отношении Атмана. Из-за его связи с телом кажется, что Атман совершает действие. Просветленный йогин не пятнается плодами поступков, даже если вовлечен в деятельность. Он действует, как язык, который пробует топленое масло и другую еду, но никогда не марается едой».

«Никогда не марается едой» – принципиальный момент. В писаниях упоминают мистического лебедя Парамахамсу, который умеет отделять молоко от воды. Йогин, действуя в духе самоотдачи и преданности, никогда не ввязывается в ситуации, никогда не ввязывается в личностные отношения, не ввязывается в сны разума, ни в свои, ни в чужие. Он счастливо смеется там, где люди ссорятся, он улыбается там, где люди видят неразрешимые проблемы. В его видении все чисто, совершенно, игриво, самоосвобожденно, естественно растворяется в момент возникновения. Это проявляется как наяву, так и в сновидении. Одна монахиня мне описывала опыт, как ее выдавали замуж во сне, но она не собиралась и была даже удивлена. Она подумала, что если ничего невозможно сделать, то она будет хотя бы проповедовать. Она начала рассказывать жениху и всем, кто пришел на свадьбу, о дхарме. Внезапно события развернулись совершенно по-другому. По мере того, как она рассказывала о Боге, вся свадьба плавно переходила то ли в проповедь, то ли в баджан-мандалу. Настроение у всех окружающих изменилось, потом все сновидение рассеялось. Так сознание йогина освобождается от любых ситуаций как в тонком теле, так и в причинном.

Йогин никогда не ввязывается в частности, в детали, не переходит на личности, не привязывается, он смотрит на происходящее с позиции бесконечности, он видит изначальные принципы, которые управляют реальностью. Например, если вы не понимаете этого, и какой-то человек к вам не очень хорошо относится, вы привязываетесь к его плохому отношению, привязываетесь к его личности. Вы злитесь на этого человека, он вас раздражает, между вами возникла какая-то антипатия, какая-то вольтовая дуга со знаком минус. Другой человек относится к вам хорошо, вы тоже привязываетесь, между вами симпатия, вольтовая дуга со знаком плюс. И вот одна вольтовая дуга тянет к одному человеку, другая вольтовая дуга отталкивает от другого человека, вы живете среди таких дуг. Кто-то вызывает у вас зависть, другой вызывает у вас соперничество, и весь мир для вас переполнен этими силовыми полями. Какие-то люди вас, как магнит, тянут, уводят от себя, от своей природы. Другие люди отталкивают вас, наоборот, сжимая. Весь мир для вас, как в кривых зеркалах. Есть области притяжения, есть области отталкивания, и вы между полюсами лавируете. Это очень неоднозначный, неоднородный, сложный, запутанный мир.

Если же вы смотрите безлично, смотрите с позиций бесконечности, вас не впечатляет ни притяжение, ни отталкивание. Вы понимаете, что дело не в личности, это вообще природа людей, природа этого мира. Вы сразу прозреваете в глубинные принципы, вы сразу прозреваете в фундаментальную область законов, которые управляют этой вселенной. Вам понятно, что это шаблоны, просто эти принципы действуют через тела людей и будут так действовать миллионы лет. Например, с юности, когда я видел какого-либо человека, у меня сразу возникало понимание, принцип, по которому он действует. Не важна личность, а важен принцип, например, принцип кармы, принцип времени. Все дальнейшие его действия, все его будущее на 500 лет вперед, на несколько жизней понятно. Закон кармы действует, его легко продумать, его легко просчитать. Тогда личность вас больше не впечатляет, вы смотрите на личность, на ее проявления с позиций вечности. Вы знаете, что в вечности играют фундаментальные принципы, а личности, конкретные люди – это частный случай, это временные явления. Проблема лежит не в личностях, а в этих фундаментальных принципах. Например, вам человек не нравится, а проблема не в человеке, проблема в его карме. Пока будет эта карма, будет и эта проблема, ее не изжить иначе. Или вы страдаете, проблема не в самом страдании, а проблема в наличии кармы. Фундаментальные принципы, которые управляют реальностью. Йогин пытается устранить фундаментальные принципы, он не пытается переходить на личности. Он пытается смотреть с позиции бесконечности, с позиции вечности и устранять фундаментальные корни, изначальную причину любых кармических проблем и страданий.

«В какие бы действия не был вовлечен йогин, утративший связь с внешними атрибутами, все эти действия лишь видимость. Действия йогина не приносят плодов и растворяются в нем же».

Почему действия йогина не приносят плодов, растворяются, не играют никакой роли? Потому что он все воспринимает безлично, он смотрит с позиции бесконечности, с позиции вечности. Это значит, никакие силовые поля, никакие струны не связывают его ни с кем, не создают причин для будущей жизни. Поэтому и говорят о сиддхах, что они танцуют в пространстве, текут вместе с рекой. Безличное отношение – это не значит какое-то отчужденное, холодное, равнодушное, вовсе нет. Безличное отношение может быть полно любви, более того, я утверждаю, что именно безличное отношение больше всего полно любви. Личностное иногда полно любви, но эта любовь эгоистично окрашена, иногда полна ненависти, антипод любви. Я рекомендую всем монахам добиваться в монастыре, в сангхе такого безличного отношения, когда вы безлично относитесь к еде, к одежде, к отношениям. Безлично, но не равнодушно, не безответственно. Безлично в том плане, что вы не хватаетесь за детали, вы не пытаетесь увековечить, присвоить, самоутвердиться через них, вы во всем видите Бога. А вот Бог безличен. То есть безличность – это не безликость. Безличность в том плане, что нет цепляний. Если вы видите всепроникающего Бога, тогда вы любите всех. Вы не говорите: я вот этого люблю, я по нему страдаю. Это личностность, это цепляния. А вы любите всех. Вы видите, что бог всепроникающ, как я могу выделять этого или того. Вы не цепляетесь за что-то конкретное, хотя учитываете место, время и обстоятельства. Если монахи живут по правилам, то эти правила со временем их так воспитывают, чтобы воспринимать мир безличностно.

Если вы хотите заниматься миссионерством, помогать другим, проповедовать, вы должны научиться безлично относиться к другим, не цепляться, не привязываться. Как только вы зацепитесь, привяжетесь, вы перестанете быть способными помогать другим. У вас возникнут любимчики, возникнут симпатии и антипатии, будут те, кто вам нравится, и те, кто не нравится, вы перестанете быть сосудом, каналом божественного. Пока вы будете сохранять равновесность, безличность, вы будете вмещать в себя любые умы, любые кармы, и вы сможете помогать людям через такое широкое видение. Безличное отношение к действиям не создает карму. Это означает видеть во всем божественную реальность, которая не связана с вашей личностью, с личностью другого, но включает в себя любую личность. Тогда самоосвобождение происходит естественно. Как только вы начинаете переходить на личности, карма разворачивается. Типичная ошибка. Управляющий дает указание, кто-либо его слушает. Что делает тот, кто его слушает, если он неопытный? Ум неопытного послушника сразу смотрит на личность. Он оценивает, воспринимать эту личность или нет, достойна ли эта личность давать ему севу или нет, насколько она разбирается в том, что говорит о данном объекте. Насколько ее опыт синхронизирован с вашим, не превосходит ли ваш опыт. Исходя из этого, он принимает решение, делать это или нет. Вот здесь-то кроется фундамент ошибочного отношения в севе. Здесь кроется фундамент многих проблем во взаимоотношениях у начинающих. Вместо того, чтобы воспринимать безлично, как садхану, он смотрит на место и обстоятельства, начинает оценивать личностно, выгодна ли ему эта сева или нет, как он будет выглядеть, повысит ли его престиж, удовлетворит ли его эго, много параметров включается. Он натыкается на собственный ум, на собственную карму. Личностный подход перекрывает трансляцию божественной воли, которая в данный момент транслируется через кого-либо.

Таким же образом, если он не прошел это воспитание, эту тренировку, когда внутри начинает пробиваться божественный свет, божественная воля, у него включаются те же механизмы оценки, те же механизмы личностного отношения, механизмы цепляния. Внутри себя он тоже не может пробиваться к божественному свету и божественной воле, его ум не пускает его. Божественный свет приходит, божественная мудрость открывается, но рефлексия ума, цепляние за эго не дают ей отдаться. Те же самые механизмы. Опытный монах не смотрит на личность. Опытный монах воспринимает, допустим, того же управляющего как божество в мандале, как служителя, через которого реализуется что-либо. Это не только в отношении управляющего, но и в отношении Гуру, в отношении самайных братьев и сестер, в отношении младших, в отношении всего, даже божеств, деват на алтаре. Личностный подход является ошибочным.

В тот момент, когда мы избавляемся от личностного подхода, внезапно все становится простым. Все становится легким, естественным. Безличный подход позволяет видеть сущность каждого, уважать каждого и видеть его относительную реализацию, легко взаимодействовать с каждым. Когда сидят святые, у их ног могут сидеть и полицейские, и разбойники, и тигры, и зайцы рядом, и не есть друг друга. Стоит святому уйти, полицейский начнет ловить разбойника, тигр попытается съесть зайца. Святой является вот этим принципом безличности, пониманием божественности везде, которые на время парализуют кармы всех, кто сидит рядом. Когда они попадают в его поле – на даршане, на сатсанге – их умы и кармы парализованы. Они сами видят в его присутствии эту безличность. Их умы, их клеши усмиряются. Стоит ему уйти, все по-прежнему начинается, как обычно. Иногда показывают картинки райских измерений, где европеец, белый человек, и негр, монголоидная раса, сидят вместе, улыбаются, где тигры, зайцы, волки и олени вместе, улыбаются друг другу, такие идиллии, пасторальные картинки такие. Это чистые страны, они возможны, когда есть такое безличное, транслирующее такую бхаву сознание, и все пребывают на этой волне сознания, когда недвойственность, божественность видна. Как только такое сознание уходит, эта чистая бхава уходит, кармы живых существ пробуждаются, разделение усиливается, их кармы начинают их схватывать, вводить в заблуждение.

Мы должны научиться смотреть на себя и на мир безлично, чтобы воспринимать всепроникающего Бога. При этом безлично смотреть, подчеркиваю, не означает подавить индивидуальность, творческие способности, вовсе нет. Напротив, все это только расцветает. Но это означает устранение фактора цепляния, фактора неведения, связанного с привязанностью, с попаданием под влияние разных частных деталей в ущерб божественности.

«Идущий, стоящий или спящий, никто не может оставаться в бездействии. Активность в самой природе воплощенных существ. Но действие мудрецов не приносят плодов. Для того, кто чувствует совершенное великое блаженство своего чистого сознания, нет суеты действий, дающих плоды в виде различного опыта. Все внутренние состояния, идеи и образы хоть и проявляются в йогине, являются воображаемыми, как серебро в перламутре раковины. Такой йогин – тот, в ком прекратились все внутренние состояния. Для йогина, который погрузился в чистое знание, нет связи с внутренними состояниями и бхавами. И все же он должен сохранять состояние Шивы, спасающего от перерождения».

Безличность как принцип, когда она воспитана снаружи, через этику, через отношения, ее синоним – равностность. Она должна перенестись внутрь. Мы должны научиться относиться равностно к внутренним движениям души. Например, всплывают мысли, всплывают цепляния, симпатии внутренние, антипатии, чистые или нечистые мысли. Мы должны найти такое сознание, которое все их соединит в одно, которое увидит их в едином вкусе. Мы должны найти в себе пространство внутреннего космоса, которое обесценит, уравняет все это и выполнит самоосвобождение. Мы должны найти в себе широкое пространство, глубокое пространство осознавания, на фоне которого эмоции угаснут, мысли утихнут, цепляния и привязанности вдруг увидятся смешными, на фоне которого наша захваченность какими-то состояниями, какими-то концепциями будет обнаружена, как несущественная, тем, чем можно пренебречь. Мы должны обнаружить в себе нечто их превосходящие, не имеющее конкретного облика, божественное осознавание. Этот принцип по отношению к себе, безличности, тоже очень важен. Тогда станет неважно, что одевать, неважно, что есть, неважно, где быть. Важно только с Богом быть, важно в духе дхармы быть, важно проводить божественную волю. Возникает качество единого вкуса. В детстве, например, у меня это проявлялось естественно. Я видел, как дети, подростки были привязаны к разным выборам, предлагая мне: давай, сделаем то, купим это, съедим это, так здорово. Я говорил: давайте, делайте, как вам удобно, мне все пойдет. Можно так, можно так. В игре можно выиграть, можно проиграть, отлично. Твоей внутренней пространственности эти вещи не принесут пользы и не помешают. Если ты обнаружил эту внутреннюю пространственность, эта внутренняя пространственность – это и есть лик Бога. Это не значит, что у нас нет вивеки, что мы не умеем выбирать, мы можем, если надо, выбрать, но мы не цепляемся, ни за что не цепляемся.

Эта безличность лишает вас любых страданий, которые возникают при цеплянии, тогда у вас всегда все хорошо. Любой выбор – отличный, потому что дело не в выборе. Любой выбор будет безошибочным. Почему? Потому что дело вообще не в выборе, дело в безвыборочном осознавании. Как выбор тогда тебя может смутить, если все дело в безвыборочном. Тогда выбирай, что хочешь. Это же игра, это же все не по-настоящему. Ты можешь купить красивые ботинки, можешь купить сандалии, можешь, вообще, носить обувь другого пола, это не принципиально, потому что ты знаешь, дело-то не в выборе, дело в пребывании в безвыборочном, и тебя не смутит ничего. Ты не огорчишься ни при каком раскладе, ни при каком выборе. Вы понимаете, что дело не в выборе, дело в отсутствии выбора, вернее, в безвыборочном осознавании. Отсутствие выбора и безвыборочное осознавание – это не одно и то же. Отсутствие выбора – это когда ум загнали в какие-то рамки, ему просто деваться некуда, ему навязывается что-то. А здесь, наоборот, есть безвыборочное осознавание, которое снижает ценность выбора и, вообще, сводит его на нет. Выбор неважен. Тогда вы становитесь свободными, потому что вы утверждаетесь в пространстве, где важно не выбирать, а осознавать. Тогда все варианты становятся вашими, но у вас нет желания их получать.

Привычка полагаться на эту божественную пространственность – это и есть начало самоотдачи. Вот где ключ к получению благословений. Вот откуда приходят все тонкие бхавы, возвышенность, величие, чистота, красота, гармония, утонченность, глобальность, масштабность, любовь, сострадание, различные проявления сил, парасаттарка-логика, управления реальностью, реализация намерения, вот из-за этого пространства все эти прекрасные вещи приходят. Счастье, радость, утонченность, гармония просто исходят, потому что это пространство без выбора, оно владеет ими, оно обладает ими. Чуть-чуть вы опуститесь в выбор, – все, эти возможности закрыты, как будто и не было. Часто мы наблюдаем людей, которые говорят: не получается то, это, посоветуйте, что делать. Они опустились в пространство выбора, их жестко ограничивают их выборы, выборы не открывают им никаких новых вариантов. Они жестко действует по шаблонам ума, в этих шаблонах запрещено быть процветающим, запрещено быть успешным. Они сами себя сузили, погрузившись в пространство конкретных выборов. Но поднявшись в пространство безвыборочного осознавания, эти варианты, как веер, лягут перед ними на ладони. Нужно только помочь им, объяснить, как подняться в пространство безупречного осознавания. Все эти варианты сразу откроются.

«Даже при полном просветлении йогин не должен отказываться от внутреннего ощущения Шивы, так как это ощущение позволяет пересечь океан мирского существования. Предотвратив горести, вызванные перерождениями, это ощущение Шивы само исчезает, как пламя само стихает после того, как сгорел весь хлам».

Внутреннее ощущение Шивы можно называть преданностью, можно называть Брахма-Ахам-бхавой, мы его называем Атма-спхурана, сияние Атмана, сияние души. Это означает, что, достигнув саюджья-мукти, йогин, по крайней мере, в нашей традиции, не отказывается от Атма-спхураны, он не отказывается от сострадательный активности, он не отказывается от проявления энергии, он проявляет свою сострадательную активность, в виде лилы на благо всех живых существ, в виде проведения божественной воли. Он проявляет различные виды шакти, но безлично, в этом видя свою миссию, свое предназначение. Атма-спхурана – это сияние высшего Я, благословляющее сияние, которое приносит пользу другим. Другими словами, он не погружается в пустоту, не теряет действие в осознавании, он как бы играет в индивидуальность, проявляю Атма-спхурану, проявляя различные деяния на благо всех живых существ, чтобы проводить божественную волю.

«Когда восходит блаженство, единство с Шивой, что проку в таких ощущениях. Когда цель достигнута, пусть даже по прошествии долгого времени, что толку от средства ее достижения. Когда идея «Я – Шива» вместе с сознанием сливается с Шивой, тогда йогин, пораженный растворением своего «Я», достигает состояния Шивы».

Здесь уже описывается самоузнавание. Третий этап – это великая тайна, это самое величайшее, что может произойти с йогином после самоотдачи. После самоотдачи больше нет ничего, кроме самоузнавания. Выше самоотдачи есть только самоузнавание. Самоузнавание святые держат в тайне, приберегая для проверенных, мудрых и опытных учеников, потому что о нем нельзя говорить раньше. Неподготовленный практикующий, услышав о самоузнавании, может совершить массу ошибок. Почему многие люди, изучая тексты по неоадвайте, их непрерывно совершают. Например, где-то в социальной сети люди обсуждают вопрос о ненасилии. Один говорит: я есть Кришна. Вроде бы все правильно с точки зрения Адвайты. Человек говорит: Кришна рубил головы демонам, зачем ахимса. Не так все просто. Где ты, и где Кришна. Кришна в воззрении и в поведении недвойственен. Ты – Кришна в интеллектуальном воззрении, но в созерцании ты не Кришна, в поведении ты не Кришна. Если попробуешь действовать так, как Кришна, твой ум нарисует грехи, эти грехи приведут к новым жизням, которые надо отрабатывать. Твой ум не сможет так, как Кришна. Ты не прошел еще воспитания, самоосвобождения, не узнал себя как Кришна. Ты это услышал от какого-то мастера.

Это и есть разница между крийя-джняной и шуддха-джняной. Глупые совершает такие ошибки, потому что некому их поправить. Мы в учении говорим каждому послушнику: воззрение отлично от поведения. Не путай воззрение с поведением, не путай крийя-джняну и шуддха-джняну. Пребывай в воззрении как Абсолют, но восходи с помощью созерцания и поведения к этому возвышенному состоянию, обладай вивекой, различением. Есть силы ума, которые тебе подконтрольны, есть – не подконтрольные.

Самоузнавание – это как высшее блюдо, которое естественно приходит после самоотдачи. О нем бесполезно говорить до самоотдачи. Если о нем говорить до самоотдачи, за эту идею уцепится ум. Уцепившись, он будет с большим интересом ее обдумывать, применять ее, в эгоистичных целях будет ее применять. Тогда на духовном пути он может потерпеть неудачу, потому что ментальное самоузнавание никого не спасало. Невозможно придумать, выдумать ментально самоузнавание. Оно само происходит только после самоотдачи. Сколько не тверди Ахам Брахмасми, от ума эта бхава не спасет. Но если правильно практиковать, самоузнавание Ахам Брахмасми придет. Например, человек идет по лесу, выходит волк, человек говорит: Ахам Брахмасми, я всепроникающий, всеведущий, владыка всего, за пределами имени и формы. Волк берет и кусает его за ногу. Как ему поможет это? Волк просто не верит, что он всеведущий, всепроникающий владыка всего. Тогда человеку надо вспомнить, что у него есть ноги, ему надо бежать, несмотря на то, что он всеведущий, всепроникающий владыка всего. Почему-то волк его не слушает. Он должен применить свою человеческую часть, применить упайю в относительном измерении, он должен проявить усилия, выполнить действия, крийю, тогда, возможно, он спасется.

«Без внутреннего состояния, бхавы, нет знания. Нет знания, отличного от бхавы. И то, и другое называют причиной освобождения. Поэтому нужно использовать их оба».

Бхава и джняна взаимосвязаны. Бхава связана с аспектом «чит». Бхава – это энергия, шакти. Джняна – это пустота. На самом раннем уровне Шива и Шакти разделяются, как пустота и энергия. Пустота – это чистое сознание, джняна, а энергия – это бхава, то, как эта пустота может восприниматься отдельным сознанием. Вы можете прийти к джняне через бхаву, вы можете прийти к бхаве через джняну.

«Для йогина мирское знание происходящего заканчивается, как во сне, так как ему нечего познавать. Такой йогин зовется тот, чье знание закончилось».

«Нечего познавать» не означает, что божественная реальность познана. Некоторые говорят: «Ну, достигну я просветления, и что дальше? Это же, наверное, скучно, мне нечего будет уже познавать». Они услышали, что нечего познавать. Это другое. «Нечего познавать» означает, что в мирском смысле иллюзия распознана как иллюзия. К ней нет привязанности, она бессмысленна, но в качестве игры ее познавать можно. Но самое главное – познан Источник, все многообразное знание сводится к познанию Единого, но сам Единый Источник познать невозможно. Его можно познавать, не запрещено, но Его можно познавать бесконечно, Он никогда не исчерпается, то есть процесс познания никогда не исчерпается. Энергия «чит» не исчерпывается. Нечего познавать в плане заблуждений и иллюзий, но Бога вы можете познавать бесконечно. Никто не может сказать, что он познал Бога. Нет, невозможно. Даже великие боги, такие как Брахма, Вишну, Шива, Лакшми, Сарасвати, Парвати, будучи «чидабхаса», отражением Абсолюта, никогда не могут сказать, что они познали Его, потому что Он за пределами ограниченного познания любых субъект-объектных отношений. Абсолют даже сам себя познать не может, как же его еще кто-то может познать.

Тому, кто достигает просветления, никогда не скучно. У него нет границ, у него нет остановки, у него нет логического завершения, это парадоксальное, нелогическое, нелинейное, незавершенное состояние, целостное, но бесконечно открытое. Это непрерывный парадокс. Поэтому некоторые йогины, святые, авадхуты, живя в состоянии парадокса, иногда ведут себя настолько неадекватно по отношению к мирским людям, скажем так, божественно, возвышенно-неадекватно, в том смысле, что обусловленные умы человеческие настолько далеки от их состояния, что они начинают вести себя как авадхуты, как безумные юродивые, безумные мудрецы, чтобы хоть как-то помогать людям, особенно, если они не изучали философию. Они теряют надежду, чтобы логически людям помогать. Они понимают, логически людям не поможешь. Это настолько далеко, только через поведение. Они начинают проявляться как юродивые. Они живут в состоянии парадокса, они хотят дать даршан парадокса, шокировать. Падмасамбхава иногда учил таким образом, Тилопа учил таким образом. Даттатрейя – это мастер такого парадокса, он приводил учеников к даршану такого парадокса, потому что по-другому невозможно. Их состояние настолько запредельно по сравнению с обычным умом, что если обычному уму объяснять, то нужно 30 лет изучать философию. Сиддхи не занимаются этим, они не профессоры университетов. Да и кто будет из мирских людей 30 лет слушать. Все мои попытки организовать стабильное обучение среди учеников-мирян потерпели неудачу. Почему? Только я что-то организовываю, расписываю, готовлю, мирские люди куда-то рассеиваются. У них жена, дети, работа. Я не могу столько учиться. Вы не можете таким образом обучить людей. Никто не готов долго учиться истине, поэтому многие святые выбирают такой даршан парадокса, безумное поведение авадхуты, они полностью осознаны, но они не могут передать даршан, передать бхаву иначе, чем через парадокс. Но парадоксальное поведение можно передавать тем, кто обладает достаточной верой, преданностью, чистотой. Парадоксальность – это характеристика познавания Абсолюта. То есть он непостижим, он непрерывный, вечный парадокс. Пребывать в пустоте, недвойственности – это быть в измерении божественного парадокса, где логика ума недействительна, где она аннулирована, где показывается вся бессущностность логических построений, идеологии, мифов, ума и прочее.

«Сознание, порожденное сном, исчезает вместе со своими объектами. Также и знание мира исчезает вместе с познаваемым, когда сияет самопознание. Когда сознание йогина растворилось в Шиве, совершенном, великом блаженстве, высшем пространстве, тогда откуда же возьмется иной объект познания».

Новички изучают многообразные науки: йогу, тантру, ваасту, астрологию, джйотиш, умы тянутся к многообразному знанию. Они хотят и то узнать, и другое, и третье, и четвертое, некоторых даже тянет узнать мирские науки, трактаты других религий, их привлекают большие библиотеки. Это хорошо. Но по мере духовной жизни они насыщаются всеми этими науками и понимают, что все это знание надо свести к одному единому знаменателю, это неуловимо, но постепенно они начинают сводить это к одному. Они сводят либо к природе ума, к природе осознавания, либо к постижению Бога. В конце концов природа ума и Абсолют, Бог соединяются. Но они еще питают тонкую тягу к методам, к тонким разъяснениям, к тонким божественным сакральным тайнам. Эту тягу питают и сиддхи, многие сохраняют ее. Но, в конце концов, они прозревают единое знание. Они понимают, что познавать надо только одно, только одного. Весь секрет заключается в чем? Всегда помнить о Шиве, и никогда не забывать Его. Это – самое главное наставление. Искусство нидидхьясаны – это секрет пребывания в одном, только в одном. Это не два, это не многообразие учений, не многообразие идеологий, философский, методов, текстов. Это один метод, одно учение, одна садхана – пребывание в божественном Источнике.

«Существует лишь высший Шива, Брахман, в форме непрерывного блаженного сознания. Все прочее заблуждение. Такое состояние ума зовется знанием. То, что присутствует во всех объектах, таких как посуда, одежда и прочее, как сам принцип существования «сат» – это есть высшее, а все прочее заблуждение. Такое состояние ума зовется знанием. То, что не имеет причины, не является результатом действий, что свободно от любых внешних признаков, – это Брахман. «Я» и «То» – это Брахман. Такая твердая убежденность зовется знанием».

Здесь начинается обучение самоузнаванию как следующий этап. Самоотдачу, самоузнавание, самоосвобождение нельзя получить двумя фразами, двумя лекциями. Это целый мир, целая культура, Это нельзя объяснить теоретически. В это надо врастать, формировать свое мышление и применять практически. Надо стать мастером самоосвобождения, мастером самоотдачи, мастером самоузнавания. Надо врасти в это, сделать это своей жизнью, тогда эти три вещи начинают раскрывать вам лики Бога. Это культура, в которой живут все садху, и все это относится к нидидхьясане. Поэтому нидидхьясана – это самый длительный этап в садхане, самый глубокий и самый таинственный. Хорошие практикующие легко проходят стадии шраваны и мананы, вся их жизнь – это пребывание в измерении нидидхьясаны, в той или иной степени погруженности в Бога, в Абсолют. Все божественные существа – в нидидхьясане. Нидидхьясана – это погруженность в Абсолют, устойчивость в Брахмане, брахмаништха, это продолженное созерцание, это все время игры взаимоотношений с высшей реальностью, игры в узнавание, самоузнавание и самоотдачу, на очень тонкой грани. А если это божества или сиддхи, то извлечение из этой божественной реальности, из шакти, энергии. Например, если вы не знали, где Кайлас, но вам рассказали о нем, это шравана. Затем вы уточняли маршрут, проясняли и собирали различные сведения, чтобы добраться до Кайласа, это манана. Затем вы подошли к Кайласу, ходите вокруг него, врастаете в его мифы, легенды, места силы, входите в его пещеры. Вся жизнь ваша теперь изменилось, она вращается вокруг Кайласа. Вы погружаетесь в культуру Кайласа, вы живете в ней, в другом пространстве. Вот это можно сравнить с нидидхьясаной.


30 марта

С годами наш анализ, вичара, познающая активность в Адвайте должна оттачиваться. Мы должны быть не только сведущими в философии, мы должны быть гениальными в философии Адвайта Веданты. Эта гениальность должна проистекать не из интеллектуальных познаний, а из нашей садханы. Наша садхана обязательно приводит к гениальности, а иначе быть не может. Хорошая садхана позволяет понимать писания, понимать наставления святых, и не только их понимать, но и легко оперировать ими, легко излагать разные теории, анализировать, легко проповедовать, легко входить вглубь тонких понятий, тонких связей, толковать их, то есть вы должны, кроме всего прочего, быть хорошими философами, теологами, ведантистами. Это само собой проявляется. То, чем ты живешь то и можешь проявить, то есть если ты живешь своей философией, ты легко о ней можешь говорить. Тебя ночью разбуди: что такое вичара, что такое вивека, что такое вайрагья, что такое Брахман? Ты будешь рассказывать полтора часа. Так ведь? Ты заснул с этими мыслями, ты жил целый день с этими мыслями, ты спал с намерением помнить, так? Ты проснулся, ты полтора часа будешь легко и свободно говорить на эту тему. Ведь это то, чем ты живешь.

Кто такой Даттатрейя? Кто такой Шива? Что есть внешние, тайные, внутренние аспекты? Какова связь души и атмана, дживы и ишвары? Это любимые темы любого садху. Со временем наша погруженность в теологию, метафизику, философию все более возрастает, потому что мы пропитываемся этим. Эти категории оживают. Они перестают быть схоластикой, какой-то далекой, возвышенной философией каких-то древних мудрецов. Они становятся нашей жизнью.

Такой анализ не приходит просто так, он оттачивается через шравану. Этот процесс называется свадхьяя.

Свадхьяя – это то, что для йогина длится постоянно, такая его особенная садхана. Через свадхьяю мы структурируем реальность, мы ее познаем, мы расширяем грани познания. Через свадхьяю мы входим в новое измерение вселенной. Это помогает нашей медитативной созерцательной практике.

«Я – познающий, а это – объект познания» – откуда такие мысли у йогина, который находится в совершенном единстве с Брахманом и не осознает объективный мир».

Нирвикальпа-самадхи – это познание пустоты, когда познание отдельного объективного мира внешней реальности отсутствует. Там нет двойственности, там нет разделения на субъект и объект, потому что для того, чтобы познавать двойственность, необходимо всегда наличие субъекта. Как минимум, чтобы сказать слова или подумать, зародить мысль «это Брахман» должен быть тот, кто это сделает. Но что делать, если ум остановлен? Это невозможно. Ум остановлен, полностью остановлен. Даже мельчайшие зародыши мыслей остановлены. Там никто не может ничего сказать. Невозможно сказать «это Брахман», невозможно сказать даже «это». Зародышей мыслей «это Брахман» или «это майя» или какой-то мирской мысли там нет.

Еще в 1995-ом году, когда я проповедовал, разные люди пытались со мной на интеллектуальном уровне дискутировать, я им пытался объяснить принцип выхода «вне ума». Когда они дискутировали, я просто смеялся. Они смущались, почему он смеется, вместо того, чтобы оппонировать. Я говорил: просто вы не были в той реальности, поэтому вы дискутируете на уровне ума. Я там был в причинном мире, вас там не видел. Когда ум остановлен, вас там нет, да и меня там тоже нет. О чем там можно дискутировать, если вы поднялись в ту реальность. Вы либо ее познаете, ей сдаетесь, либо нет. Они все пытались познать на философском, интеллектуальном уровне. Все вертелось вокруг ментального. Я пытался им объяснить, что дискуссия хороша для прояснения, углубления, но не для утверждения. Если прояснять через дискуссию, это хорошо, это вичара, но если мы пытаемся утвердить интеллектуальную позицию, мы заблуждаемся, значит, ничего не понимаем. «Сиддханта Шикхамани» подтверждает это.

«Как абсолютно пространство в теле, так же абсолютен и Атман. Различение этой Истины зовется осознанием абсолютности Атмана. Как пространство, ограниченное горшком, на самом деле абсолютно, так же Атман, обитающий в теле, в действительности абсолютен и совершенен».

Часто применяется сравнение «пространство внутри горшка кажется ограниченным». Эта ограниченность – кажимость. На самом деле пространство не может быть ограничено, оно одно и то же пространство. Когда горшок занимает какой-то объем, то внутри него есть пространство, оно кажется ограниченным, но когда горшок разбивается, это то же самое пространство. Смешивалось ли это пространство с большим пространством? Было ли оно отделено? Нет.

Была иллюзия отделенности. Была иллюзия раздельности, потому что был кувшин. Таким же образом Атман внутри нас – наша Самость (Атман буквально переводится как «Я сам») – это наша светоносная суть пустотной недвойственности, она не разделима со светоносной сутью Брахмана-Абсолюта. Но есть горшок, горшок этого тела, горшок пяти кош, горшок ума, горшок тонкого тела, все это горшок, пять кош – вот что такое горшок. Он накладывает якобы ограничения, но эти ограничения – кажимость. Якобы он разделяет, но истинного разделения нет. Когда горшок этого тела разбивается, на некоторое время каждое живое существо познает свет, познает пустоту и недвойственность. Оно познает его как нечто неизведанное, нечто новое, но одновременно очень близкое. Оно неизведанное, потому что познавательная способность была ограничена, но и очень близкое, потому что всегда было природой Атмана.

Йогины не ждут, пока горшок их тела разобьется, они при жизни исследуют Атман, при жизни исследуют самбандху, взаимосвязь Атмана и Брахмана, при жизни приходит понимание тождества, сначала логического, потом сущностного. Утвердившись в этом тождестве, они занимают непоколебимую позицию, подобно горе. Это и есть сущность учения Aдвайты, выражаемая махавакьей «Ахам Брахмасми» – сущность раздела учения «Самоузнавание». Раздел учения «Самоузнавание» целиком построен на махавакье «Ахам Брахмасми», на практике «божественного величия» и других садханах нидидьясаны.

Переход от самоотдачи к самоузнаванию завершает большой этап духовной жизни. С другой стороны, самоотдача никогда не заканчивается, так же как и самоосвобождение. Все они имеют место в жизни йогина. Самоотдача всегда продолжается углубляться, самоотдача питает самоузнавание йогина. Вот когда вы дойдете до определенного уровня самоузнавания и почувствуете, что дальше ваше самоузнавание не работает, это верный признак того, что вам надо опуститься на ступень ниже и делать акцент на большей самоотдаче, вы не накопили достаточный потенциал самоотдачи, вот так. Самоотдача никогда не заканчивается, самоузнавание никогда не заканчивается, а самоосвобождение всегда естественно. Эти три практики не линейны. Нельзя сказать: три года практиковал самоосвобождение, а потом перешел к самоотдаче, двенадцать лет практиковал самоотдачу, и вот наступило самоузнавание. Не так. Самоосвобождение длится вечно, самоотдача длится бесконечно, самоузнавание длится непрерывно. Эти три грани – это не три ступени, которые мы отработали и забыли, они всегда на своем уровне растут. Но самоотдача предшествует самоузнаванию. Самоотдача питает самоузнавание. Без самоотдачи истинное самоузнавание не может быть, оно вырождается, оно становится эгоистичным, умственным после какой-то грани. Эту грань йогин должен тонко чувствовать. Если ученику не хватает бхавы, не хватает недвойственного присутствия, ученик приходит к Гуру. Гуру говорит: молись, призывай Древо Прибежища, призывай гуру-йогу, призывай ишта-девату, занимайся брахма-вичарой. Тебе нужен благословляющий импульс, нужна божественная милость, нужна ануграха, нисхождение. Ты ее из себя пока не можешь извлечь через самоузнавание, извлекай ее от благословляющих, вдохновляющих существ, из благословляющей милости ануграхи.

Эту тонкую игру между самоосвобождением, самоотдачей и самоузнаванием йогин все время углубляет. Все это связано с пониманием Абсолюта. Это разные отношения к Абсолюту.

На стадии самоосвобождения Абсолют не виден, но есть ясность, есть как бы тонкое приближение к ясности, не концептуальное, не умственное. Это аманаска, ясность, которая начинает улавливать свет Абсолюта. Этого уже достаточно, чтобы растворить кое-какие мысли, грубые чувства, кое-какие концептуальные состояния.

На стадии самоотдачи душа видит Абсолют как безальтернативный, она знает, что только ему надо предаваться, только ему надо отдаваться. Это другая раса, другой вкус. Здесь возможны различные расы – шанты, дасьи, вотсали, мадхуви, то есть расы слуги и господина, родительская раса, любовная, даже рыцарские расы возможны для кшатриев. Ты вступаешь в определенные отношения с Абсолютом в определенных расах, в определенных бхавах, подобно тому как христианские монахи в некоторых орденах – францисканцы, бенедиктинцы называют себя «невестами Христа», то есть можно так сказать: у них супружеская раса. Есть разные расы на стадии самоотдачи.

Наконец, самбадха, состояние самоузнавания устраняет последнюю завесу «я», устраняет тонкую двойственность и провозглашает тождество Абсолюта. Это тождество Абсолюта включает и нашу волю, и наше тело, и нашу личность. Это самая великая, самая непостижимая тайна, когда мы в ограниченном смертном теле с ограниченным умом становимся тождественными Абсолюту. Это возможно, когда полностью устранено эго.

Эго само по себе не может себя провозглашать Абсолютом. Конечно, были попытки, Равана, например, Хираньякашипу, различные демоны, асуры, когда они путали воззрение с поведением. Почему все эти вещи происходили в ведической традиции? Ведь все были практикующими, благословленными Шивой и другими богами. Почему все это происходило? Это недостаток вивеки (различения), где-то они заблудились, где-то они потерялись, где-то их сила опьянила их, они получили столько шакти, столько силы, что они потеряли различие между воззрением и поведением. Большой соблазн. Их эго возросло. Раз я такой всемогущий, раз я такой великий, то я Брахман в поведении, то я Брахман в относительном. Тогда приходит Индра, приходит Вишну и дает «даршан». Поскольку эгоизм очень сильный, то слова бесполезны, дается какой-то гневный шактипат. Все это различные игры самоотдачи и самоузнавания.

Однажды Равана добивался Ситы. Она его отвергала. Она не может никого принять как своего господина, только Раму. Тогда Равана решил хитростью подойти к Сите. Советник сказал, что Сита предана только Раме, прими облик Рамы, ты же сиддх, можешь принимать разные облики, она будет тебе предана. Равана принял облик Рамы, но когда он принял его облик, он так настроился на него, что и его ум принял тоже форму ума Рамы. Он подумал: какими глупостями я занимаюсь, зачем мне нужна Сита, зачем я занимаюсь такими греховными делами, ведь я святой, я пробужденное существо. Тогда он пожаловался советнику: когда я принимаю форму Рамы, у меня исчезают мирские желания, исчезает привязанность к Сите, я начинаю думать, как Рама, мне больше ничего не интересно.

Когда наступает самоузнавание у эго исчезают все его иллюзии.

«Святой человек, посредством чистого ума, чувствует недвойственного Шиву, присутствующего внутри как запредельное пространство. Такой мудрец зовется осознавшим Атман».

Для нас пространство – это желаемый облик Бога. Вся наша жизнь вращается вокруг пространства. Пространство для нас – это форма ишта-деваты, которая очень важна. Ишта-девата имеет форму для практики йоги иллюзорного тела, для поклонения, но для созерцания он предстает для нас в форме пространства. Есть различные крийи, садханы, шамбхави-мудра. Мы должны полюбить пространство. Мы должны с ним сродниться, выполнить садханы анава-йоги, чтобы научиться высвобождать пространство в любых ситуациях, научиться всегда и везде быть в пространстве и при этом не потеряться.

Пространство содержит много тайн. Сиддхи, овладевшие пространством, могут перемещаться по всей вселенной, сворачивая его. Когда люди, достигнувшие освобождения, научатся сворачивать пространство, тогда они станут подобны богам. Пространство указывает на великую, всепроникающую сущность сознания, и мы должны привыкать выполнять шамбхави-мудру, привыкать выполнять сахадж-крийи. Среди сахадж-крий есть особо тайные методы, например, «ветер Бхалы», «струна Нарады», «тело Датты». Эти крийи очень тонкие, и если человек не готов, он не сможет в них войти. Мы должны хорошо овладеть шамбхави-мудрой, расслаблением, предварительными шива-крийями, шакти-крийями и всеми тремя предварительными крийями, тогда и высшие крийи будут приносить успех.

Постепенно мы открываем тайны пространства, тайны смешения двух пространств и обнаружение третьего. Когда есть возможность, йогин находит место для созерцания пространства, для созерцания гор, для созерцания звездного неба, больших ландшафтов и объединяется с внешним пространством. Объединяясь с внешним пространством он высвобождает свое внутреннее пространство и открывает одно неделимое пространство.

«Тело – это озаренный сознанием храм, построенный из 36 элементов, начиная с Шивы и заканчивая элементом Земли. Чистый ум – это лотосный трон в этом храме. В глубине сердца воплощенного существа Высший Господь Парамешвара, то есть Шива присутствует как запредельное пространство осознания. Это тело называют городом Шивы, собранным из семи тканей, таттв. Его сокровенный центр – прекрасный лотос сердца с тончайшим пространством внутри. Там обитает сам Шива – Бытие-Сознание-Блаженство. Его Свет всегда можно увидеть там, как небо, отраженное в воде».

Привычка созерцания пространства приводит к тому, что пространство созерцается ночью, и постепенно пространство открывается в виде пятеричных тончайших уровней света, которые мы привыкаем распознавать. Если вы засыпаете с намерением удерживать пространство, распознавать различные аспекты пространства, сохраняя их в момент засыпания (это тонкая грань, точка перехода между засыпанием и бодрствованием), вы выполняете садхану пространства. Вы объединяете пространство с одной из точек тела, с одной из чакр – с анахата чакрой или вишуддха чакрой – и, удерживая на грани между сном и засыпанием какую-то бодрствующую часть, вы входите в пространство. Такое пространство будет проникать в ваши сновидения. Например, вы спите и видите огромное небо, на огромном небе – огромные куски золота, то есть золотого светящегося света, словно через купол прорывается свет. Это один из таких примеров пробужденного сновидения.

Постепенно овладевая все более тонкими уровнями света, вы идете с пространства садгуна-рахита-акаша к парам-акаше, к переживанию великой пустоты, где сознание подобно точке. Затем вы идете к маха-акаше, переживание пространства как сияющего, чистейшего белого света, к таттва-акаше – пространство из зародышей элементов, наконец, к сурья-акаше. Все это доступно только очень великим йогинам. Эти методы малодоступны средним йогинам и, тем более, начинающим. Они могут даже не знать об их существовании.

Благодаря текстам, благодаря учениям мы постепенно движемся к раскрытию этих видов пространств. Именно в этих пространствах содержатся все семена сансары. Самые тонкие причины нашего неведения, самые тонкие причины нашего рождения содержатся в них. Когда мы перейдем грань и осознаем эти пространства как свою природу, все наши двойственные проекции не смогут порождаться. Утвердившись в этой недвойственной светоносной природе, мы уже сможем создавать только чистые проекции, только игровые манифестации, только иллюзорные тела, без нужды погружаться в грубые тела сансары, без нужды запутываться в мирах богов. Это есть сущность освобождения. Это не значит, что духовный путь закончится, мы упремся в стену, нет. Это значит, что мы достигнем другого берега, того берега, с которого уже не возвращаются назад в сансару. Духовное развитие будет продолжаться. У нас нет стремления обрести саюджья-мукти и навсегда остаться в непроявленном. Нет, наша энергия будет развиваться по стадиям 16 кала до становления Брахмой-Творцом. Но другой берег освобождения достигается, когда мы переходим эту грань. Если мы читаем молитву, выполняем преображение, теургическую садхану, и в сновидении у нас есть привычка преображаться в дхьяна-девату, затем в джняна-девату, а затем выполнять лайя-краму, стадию растворения, входить в свет, то постепенно все становится более четко, более ясно, и ночные садханы получаются очень хорошо.

«Свободное от внешних атрибутов сознание, Шива, живет во внутреннем лотосе сердца. Следует размышлять о множественности как о пространстве, разделенном сосудами. Пространство можно познать, хотя оно вездесуще и простирается над всеми существами. Так и Атман можно познать, хотя он и вездесущ. Для того, чтобы использовать сравнение, описывается стхала – точечное пространство. Как единый вездесущий воздух принимает форму жизненного дыхания, праны в живых существах, так и вездесущий Атман живет во всех».

Особенность пространства такова, что оно может менять мерность, оно может не зависеть от объемов. Сиддхи понимают тайны пространства. Например, вот в таком стакане можно закапсулировать альтернативную вселенную. В этой альтернативной вселенной будет своя гора Меру, свой Брахма и все боги, но для вас это будет простой предмет. Так в «Йога Васиштхе» описывается вселенная в камне. Те, кто сведущи, могут войти в этот стакан, распечатать эту вселенную, прожить там годы жизни, а затем вернуться. Все это будет в одном стакане. Стакан – это как точка входа в портал другой вселенной. В маленьком предмете можно сжать пространство и испытывать в нем огромное пространство, так же как во «вселенной внутри холма», описанной в «Трипура Рахасье». Когда Миларепа замерз, путешествуя по Гималаям, он спрятался от метели в роге яка, как в пещере. При этом ни рог яка не увеличился, ни Миларепа не уменьшился. Просто он вошел в другое пространство, используя рог яка как портал. Это особенности пространства. Тайны пространства постигаются, когда мы выходим на уровень вишуддха-чакры. Тогда наше мышление отрывается от эго, грубых желаний, мы начинаем мыслить масштабно, широко, глобально и улавливать тонкие связующие нити в этой вселенной. Это связанно с тем, что в нас пробуждается эка-видья, мудрость, джняна, мудрость единого восприятия мира, всеохватывающая мудрость. Всеохватывающая мудрость означает, что мы способны видеть все целостно, видеть все как единое пространство, видеть взаимосвязь всех объектов, всех живых существ в этом мире, видеть и распознавать их единую основу, потому что пространство является основой всех живых существ, всех элементов. Все живые существа как бы подвешены в этом пространстве, оно их пронизывает.

Если мы стремимся по-настоящему созерцать Брахмана, нам надо обращать внимание не на объекты, а на пространство, которое является основой всех объектов. У нас при восприятии всегда есть три выхода. Первый – видеть объект; это сансара, авидья (незнание) или этернализм, то есть мы переоцениваем объект, думаем, что объект существует сам по себе, на него сильно полагаемся, привязываемся. Например, я вижу лампу, она сама по себе лампа. Другая альтернатива – за объектом распознавать пространство с помощью шамбхави-мудры или отрешаясь методом махашанти, отрицая объект, отрицая его качества, имя, форму, ощущения, распознавать пространство как единую реальность. Но когда мы переоцениваем пустоту – это нигилизм. Наконец, третья альтернатива – это видеть и объект, лампу, и пространство, видеть пространство как основу и видеть саму лампу с ее характеристиками, воспринимать единство пустоты и формы, лампы и пространства. Это срединный путь за пределами нигилизма и этернализма. Это путь всех святых, который мы стремимся практиковать, это созерцание естественной природы, единство абсолютной и относительной истины. Это самая великая тайна святых, когда пустота едина с формой, когда форма неразделима с пустотой, когда сансара и нирвана есть одно.

«Как единое неизмеримое пламя сияет повсюду, так и Шамбху, Шива, всеобщее Я не делится на части. Во всех существах Сознание сияет, как зеркало, а Шива отражается в этом зеркале, как Атман. Шива – превосходящий, высший, независимый Свет Сознания. Он единый пребывает во всех существах и кажется ограниченным, но при этом зовется вездесущим».


16 апреля

«Когда познан сам Шива, кто же станет стремиться к другим божествам? Получив огромное богатство, кто будет просить у других осколки стекла? Обретя блаженство Шивы, кто станет прибегать к другому? Кто же погонится за миражом, оставив нектар вод Ганги?»

Шива и Даттатрейя – это одно в традиции, которой мы следуем, одно трансцендентальное Сознание. Когда мы поем арати Даттатрейе, там есть слова: «это сам Шива», так его лила проявляется в форме Даттатрейи.

Брахман – Абсолютная реальность – проявляет себя во вселенной как пракрити. Пракрити сама не способна творить, но она является отражением Абсолюта и, будучи им оплодотворяема, обретает этот потенциал. Сам Брахман не творит, но пракрити, насыщаемая им, может творить. Тогда проявляются божественные существа, Божественные силы, и они являются чидабхаса – отражением Абсолюта, его лучами. Когда Абсолют отражает себя в причинном мире, он становится Ишварой. Такое измерение, которое создается Ишварой и в котором Ишвара отражается, называется праджня. Это причинный бесформенный мир чистого сознания. Когда Абсолют отражается в астральном мире, это называется Хираньягарбха, то есть Брахма, отраженный в астральном мире, представляется в виде золотого зародыша мироздания Хираньягарбха. А само измерение называется тейджас – сияющее измерение. Наконец, в материальном мире все творение называется Вишва, а божество материального мира Вайшванара – совокупность всех живых существ. Если собрать все тела всех живых существ, то это одно тело этого божества. Сами по себе они не существуют, хотя, конечно, думают, что существуют. Но у божественных существ своя точка зрения, они говорят: вы просто мои клетки. А что вы там о себе надумали – это ваши трудности. Совокупность всех душ в астральном мире – это тейджас, измерение тейджас. Совокупность всех душ в причинном мире – это измерение праджня.

Ишвара, Хираньягарбха и Вайшванара – это одно Божество, но в разных эманациях, в разных ипостасях, в разных измерениях. Тела и души в физическом, астральном и причинном мире – это одно в том плане, что они одно со своими Творцами, и они одно в общем смысле. Когда мы понимаем это единство, можно сказать, что мы понимаем природу Шивы, понимаем природу Даттатрейи. Когда мы это понимаем, нам нет нужды искать что-нибудь другое, потому что даже если мы найдем его, оно все равно будет то же самое.

«Как же могут устранить для людей тьму сансары другие божества, похожие на светлячков, без помощи Шивы, который подобен Солнцу. Тот, кто пойман кругом перерождений, должен обратиться к Шиве. Что толку от других божеств, Брахмы и прочих? Птица чакора, страдая от жажды, смотрит лишь на Луну, зачем ей смотреть на звезды?»

Когда превозносят одних божеств в отношении других, то имеется ввиду, что центральное божество рассматривается как Брахман, Абсолют, а другие божества рассматриваются как эманации. Всегда в этом смысле надо толковать. Не то, что бы между ними были какие-то противоречия, но всегда центральное божество рассматривается как Абсолют, именем этого божества называется Абсолют, а именами других божеств называются божества гун, божества периферии, существа, наделенные определенными функциями поддержания природных элементов и прочее.

«Шива – единственное прибежище тех, кому нужна защита. Всеведущий Шива устраняет все недостатки существ, укушенных змеей сансары. Когда восходит знание Шивы, начинает сиять высшее счастье. Просветленный йогин, ум которого привязан к этому, получает удовольствие лишь в этом».

Знание Шивы не имеет имени, не имеет формы, лишено субъекта и объекта. Знание Шивы – дхейя, дхьята и дхьяна – три аспекта, то есть состояние медитации, медитирующий и то, на что медитируют, представляются одним, остается только аспект дхейя – направленность на Брахмана без того, кто медитирует. Знание Шивы трансцендентно, недвойственно, поэтому здесь Шива тождественен ведическому Брахману Упанишад. В Тантре – это Шива или Даттатрейя, в Веданте – это Брахман. Но по сути – это одно.

«Поэтому тот, кто всеми стараниями принял прибежище в Шиве, получает бесконечное счастье и радуется, умом ни на что не отвлекаясь». Так заканчивается стхала «Нашедший прибежище».

Когда мы начинаем принимать прибежище, мы принимаем его в святых существах линии передачи: в ишта-девате, в гуру, в святых, в божествах. Но, в конце концов, за святыми Древа Прибежища мы должны обнаружить абсолютную реальность и принять прибежище в этой абсолютной реальности. Когда мы принимаем такое прибежище, это называется «единая самайя созерцания». Принятие такого неразрушимого прибежища – это следствие принятия начального прибежища. В конце концов, приняв такое прибежище в духе единой самайи, мы должны реализовать измерение полной недвойственности и узнать это прибежище как самого себя. Самоузнавание заканчивается самопоклонением. Но в процессе самоузнавания и самоотдачи эго исчезает, поэтому нельзя сказать, что это эго поклоняется само себе. Это было бы ошибочно. Эго йогина уже должно раствориться на второй стадии – на стадии самоотдачи.

При самоузнавании уже эго нет. А что происходит? Абсолют узнает Сам Себя, Бог узнает Сам Себя в теле человека. Это происходит не сразу, постепенно. Процесс самоузнавания подобен удалению пыли с зеркала. Ее невозможно удалить сразу, потому что пыли вместе с карма-пхалами налипло очень много. Даже когда мы реализовываем понимание в абсолютном воззрении, оно со временем проявляется в нашем созерцании, в нашем поведении, но здесь больше нет эго. Брахман, как росток, пробивается через каналы, через сознание, через пять кош йогина, чтобы узнать целиком Самого Себя. Такое узнавание – это путь эволюции для человека и для всего человечества, когда Абсолют прозревает Сам Себя в теле человека, Бог прозревает Себя в теле человека, меняет таттвы, меняет сознание, меняет тело человека. А человек, его ложная идентичность, тоже претерпевает изменение – он меняет идентичность, меняет сознание, структуру пран, в конце концов, он меняет свой статус человека на садху, джняни, сиддха и девату. Как сознание он утверждается в Абсолюте, но как энергия, он постепенно тоже созревает по линии энергии: то у него тело человека, то тело сиддха, то тело деваты.

Для энергии всегда есть восходящая эволюция, стадии восхождения, иерархия. В отношении Абсолюта можно сказать, что нет никаких стадий в Абсолютном воззрении, нет того, кто бы эволюционировал, нет процесса эволюции, потому что нет процесса времени, нет процесса, нет субъекта и объекта. И это будет правильно. Но в отношении пракрити (материальной энергии, шакти) такое сказать неправомерно, потому что шакти (пракрити) всегда связана с двойственными категориями, для которых присущи эволюция, стадии, ступени иерархии. Таким же образом человек обладает двоякой природой. Та часть природы, которая относится к Шиве, однажды, будучи узнанной, не эволюционирует, она просто углубляется в саму себя. Но его тело, его пять кош, то, что состоит из пракрити, его познающее сознание (чит), эволюционируют. И человек проходит путь от человека к сахду, джняни, сиддху, девате, маха-девате.

Эволюция этого пути описана в учении о 16 кала. Нам всем предстоит эволюционировать до измерения Брахмы. Это очень долгий путь эволюции. И когда говоришь адвайтистам об этом, они так расстраиваются, они не хотят верить в это. Очень приятно пребывать в воззрении и говорить: «Ничего нет: ни субъекта, ни объекта. Все отлично». Не хочется снова связываться с материей. Материя несет такой печальный опыт страдания и обусловленности. Но в недвойственном воззрении материя не является авидьей. Она является майей, тонким покровом, но не авидьей. Авидья несет забвение Абсолюта, а в недвойственном сознании та же пракрити выступает в другой роли. Она является майей, световым покровом, чем-то игровым, чем можно управлять, с чем можно не отождествляться. То есть отношение к пракрити у людей и у Богов разное. И такая эволюция продолжается вплоть до становления Брахмой-Творцом. Но эволюционирующего уже нет. Пракрити эволюционирует, но самого эволюционирующего нет.

«Когда темные состояния, связанные с тамасом, устранены учителем, который наслаждается высшим счастьем близости с Шивой, такой йогин зовется устранившим тьму. У того, чье знание смешано с тьмой, с гуной тамас, развития нет. Лучшие из мудрецов говорят, что чистота ума (саттва-гуна) – это священный инструмент йоги знания (джняна-йоги)».

Годы уходят у йогина на то, чтобы просто утвердиться в саттва-гуне. То есть когда он все узнал, выучил, он обнаруживает, что дело теперь не в интеллекте, а в качестве энергии, из которой состоит его ум. И это больше не касается абстрактного, философского знания, это касается его самого. Какие бы знания не были, если в нем самом что-то не изменится, это не станет настоящим знанием. В Дхарме философия не может быть оторванной от вашей жизни. В мирской жизни можно быть на философском факультете завкафедрой, превосходным преподавателем, а самим для себя быть кем угодно, никому это не интересно. Но в жизни садху твоя философия и твоя жизнь должны сплавиться и стать чем-то одним. Ты можешь претендовать на знания, когда ты начинаешь усмирять свой ум, изменять его в сторону саттвы, когда саттва пропитывает тебя, когда ты покоряешь тамас и раджас. У русского человека 12 лет уходит на эту простую вещь. У индийского человека совсем другая ситуация, другие карма и прана. Индийский человек с детства воспитывается в определенном видении и культуре, ему не надо рассказывать, кто такой Шива, Даттатрейя, кто такой гуру. Западному же человеку воспринять принцип гуру иногда очень трудно или даже невозможно, он просто уже на этом останавливается. В культуре нет доверия и почтения к самому принципу, так как воспитание другое. Принцип божества вообще сложно осознать. И эта культурная разница дает такой феномен: западные люди с удовольствием изучают философию адвайты, все, что касается абстрактных вещей. Они иногда даже знают их лучше, чем индусы. Но когда дело доходит до конкретной жизни, конкретных отношений, конкретного пути, они делают настолько детские, дилетантские ошибки, что философия им не помогает. И надо делать поправку на особенности передачи Дхармы.

Очень важно воспитывать культуру саттвичного мышления. В странах ведической культуры эта культура саттвичного мышления десятки тысяч лет воспитывалась, даже не сотни лет, а десятки тысяч лет. В странах с другими традициями этой культуры просто не было. И как передать культуру саттвичного мышления при проповеди, при миссионерстве? Надо следовать наставлениям святых, наставлениям Вед, наставлениям тантр, которые говорят: «Надо бережно хранить знание, надо уважать его и передавать тем, кто делает то же самое, кто уважает знание и хранит его». То есть не передавать тем, кто не готов воспринимать эту культуру мышления. Другими словами – передавать только через самайю, через уважение Дхармы.

В древности учителя делали отбор учеников. При миссионерстве это делать затруднительно, но у нас есть другие возможности: мы можем говорить об этой культуре перед тем, как рассказывать о Дхарме, мы можем задавать необходимые системные требования. Если Дхарма – это программа с большими возможностями, которую вы можете загрузить в свой мозг и пользоваться ею всю жизнь, но к ней нужны определенные системные требования. Если их нет, то эта программа работать не будет, она не приведет вас к желаемому результату. Чтобы распространять культуру саттвичного мышления, надо разъяснять, как относиться к садху, почему надо уважать садху независимо от их качеств и принять это как принцип, как относиться к гуру, как относиться к Дхарме. Надо разъяснять, как относиться ко всем живым существам, как их приветствовать и как правильно общаться, что предназначение души – любить всех живых существ и видеть мир Божественным. Вот с таких совершенно детских азов надо начинать подход к Дхарме. Очень аккуратно, очень осторожно, про каждый шаг спрашивать: «Понятно или не понятно?» То есть проверять – усвоено или не усвоено. Если не усвоено, то возвращаться и начинать сначала. Это принципы и требования самайи: не усвоено – не можем дальше идти. И никаких ануттара-махамай, тройных санкальп, никаких иллюзорных тел, никаких тантрийских теургий, никаких ачинтья-бхеда-абхеда-таттва, пратибимба-вада. Это все бесполезно. С самого начала надо усваивать просто уважительное отношение к Дхарме, чувство священного, чувство сакрального, чувство уважения. И при этом учить испытывать это не в заоблачной дали, а в повседневности, что самое сложное, в поведении, в отношениях, в повседневной жизни. Это не значит, что надо себя сковать какими-то жесткими правилами и действовать. Чувство священного и сакрального в тантре, в Санатана Дхарме очень органично вплетается в жизнь, оно очень естественно и никогда не сковывает, так как идет изнутри, оно не внешнее. Поэтому существуют различные правила. Например, в буддистских традициях тоже нельзя передавать Дхарму людям, если они стоят или их голова чем-то покрыта, в общем, если они не настроены воспринимать Дхарму, находятся в неуважительном состоянии. Существуют определенные рамки и предписания о том, как надо передавать Дхарму.

«Спокойствие, сдержанность, способность к различению, отсутствие привязанности, чувство полноты, непрерывная медитация, умение прощать, богатство, сострадание, вера, рожденная из правды, преданность Шиве и высшее чувство справедливости – все это друзья познания Шивы».

Дхарма работает в определенной культуре, в определенном типе цивилизованности, в определенном типе интеллигентности. Это все называется «Ведическая культура». Это широкое понятие, но можно его охарактеризовать как саттвичная культура. Как только атмосфера, окружение и культура выходят из состояния саттвы, дхарма перестает работать, идут сбои, причем сбои не в самой дхарме, а в видении, потому что в раджасичном видении человек воспринимает религию иначе. Раджасичное видение связано с эго. Видя дхарму, человек желает пользоваться дхармой в своих эгоистичных целях. Видя миссионера, человек желает использовать то, что он получает от него, но не желает сам меняться, не желает впитывать дхарму.

Саттвичная культура не может создаваться вовне, если ее нет внутри. Поэтому тем, кто передает учение, надо воспитывать саттвичность в самих себе. Что значит саттвично думать? Что значит саттвично говорить? Что значит саттвично действовать? Что значит саттвично строить отношения? Что значит саттвично относиться к дхарме, саттвично проявляться, есть саттвичный прасад, воспринимать саттвично? И как быть саттвичным на фоне раджаса, как саттвично взаимодействовать с раджасом или с тамасом? Вы же полностью не исключите их, природа ведь из трех гун состоит, а не из одной. Все равно три гуны есть, но вы должны какую-то тактику выработать по взаимодействию с раджасичными и тамасичными энергиями, при этом не утрачивая саттвичность.

Что такое саттвичность? Саттвичность – это сияние Абсолюта, это светоносность. Можно сказать, что это внутренний свет благодати. Как воспринимать жизнь и проявляться через Божественную благодать? Способность быть в такой саттвичности начинается с усмирения ума, с искреннего желания всем живым существам блага, с практики Четырех Бесконечных Состояний Брахмы. Четыре Бесконечных – это истинная практика воспитания саттвичности. Если такая мотивация не зарождена, ее надо обязательно зародить, потому что все святые советуют ее зародить хотя бы на ментальном уровне с тем, чтобы она затем проникла в сознание. Ну а со временем вы сможете утвердиться в такой саттвичности.

«Великий йогин, который обладает этими качествами, славится как саттвичный. Как могут слоны страсти, гнева, великого заблуждения, высокомерия, зависти и жадности устоять перед львом знания Шивы. Где бы и что бы не отвергал человек в этом мире воплощения Шивы, он отвергает самого Шиву. Знай, ум такого человека охвачен гуной раджас».

Само по себе отвержение связано с привязанностью. Без привязанности не бывает отвержения. Эта пара – рага и двеша – существуют вместе, без отвержения нет привязанности, без привязанности не будет отвержения. Если у вас нет привязанности, то что вы будете отвергать; если у вас нет отвержения, то вы во всеприятии к чему привяжетесь? Это пара. Когда человек живет в этой паре, то это значит, что он действует не из Источника, не из Центра, а из двойственных представлений ума. Пракрити в форме авидьи, то есть тамасичной и раджасичной пракрити, присущи приятие и отвержение. Пребывая в таком измерении, человек действительно отвергает самого Шиву. Ради такой работы сознания он отвергает Абсолют, что внутри. Абсолют ничего не отвергает. Даже у греческих философов есть поговорка: «Не отвергай никакого состояния в мире». Что это значит? Пребывай за пределами приятия и отвержения. А что там за пределами приятия и отвержения? Там уже начинаются трансцендентные категории: безвыборочное осознавание, обнаженное осознавание, безоценочное присутствие. Там сознание имеет совсем другие характеристики, они все связаны с созерцательными бхавами. Брахма-ахам-бхава (присутствие) – это совсем другой уровень парения. Вы же не встретите человека в городе, с которым поговорить можно о безоценочном присутствии, обнаженном осознавании и безвыборочном осознавании. Если вы его встретите, то это будет или мощный садху, или святой. То есть весь мир построен на определенном слое сознания. Именно поэтому текст и говорит: «Тот, кто пребывает в таком сознании, отвергает Шиву внутри себя». Это значит, что йогин должен разобраться с принятием и отвержением внутри себя и утвердиться в таком осознавании, которое выше приятия и отвержения. Он должен вычленить его в себе и сделать его новой основой. Поэтому терпение, терпимость, толерантность, сострадание – все это нужно воспитывать йогину.

«Тот, кто ненавидит весь мир, кто всегда самонадеян, кто полон лживых идей, тот считается тамасичным, подверженным гуне тамас. У деревьев привязанности и неприязни корни – тьма неведения. Их нужно постоянно рубить топором знания Шивы. Когда у великих Шива-йогинов рождается знание Шивы, сияющее как тысяча солнц, откуда взяться влиянию тьмы, тамаса?» Так заканчивается стхала «Устранение тьмы».

Стхала «Руководство»

После того, как устранены остатки тьмы, поддерживающие сансару, человек получает знание, которое зовется «Руководством» (Нирдеша). Именно гуру открывает воплощенным существам Высшую Сущность, таттву. Кто же, кроме Солнца, способен рассеять тьму? Без достигшего совершенства гуру как остановить круг перерождений, как же вылечишь болезнь без врача, сведущего в методах лечения? Того, кто может мощью своей мудрости, своей духовной силой очистить зеркало разума, загрязненное невежеством, именуют истинным гуру. Когда обретен мимолетный взгляд учителя, обладающего внутренним восприятием Шивы и достигшего Освобождения при жизни (дживанмукта), что же не достижимо в мире? Воистину трудно обрести в этом мире гуру, который подобен древу желаний, который воплощает сострадание, который полностью погружен в состояние недвойственности с Шивой».

В светском индийском религиозном обществе гуру, также как и в древности, воспринимают как драгоценность, исполняющую желания. Но воспринимают часто буквально, именно как драгоценность, выполняющую их мирские желания. То есть гуру часто в традиционном ведическом обществе – это святой добрый дедушка, к которому все ходят, если надо замуж выдать дочку, посоветоваться, проблему какую-то решить, благословение получить. Мало кто, кроме садху, задает вопросы именно об Освобождении. В тантрийской традиции сиддхов немного иначе, потому что сиддхи отделяют себя от общества, они не живут заботами людей, если только не берут специально такую миссию (лилу). К гуру в традиции сиддхов приходят именно за Мокшей, за Освобождением, за Богом и больше ни за чем: ни за материальным, ни за пракрити. К гуру-джняни приходят за джняной, то есть тоже за Мокшей посредством джняни. К гуру-бхакти приходят за бхакти, за преданностью и любовью к Богу. И когда мы приходим к гуру за Мокшей, за джняни, за бхакти, считается, что это правильная мотивация. Когда человек приходит за какими-то другими вещами, то считается, что ему надо свою мотивацию углублять, развивать, пока она не станет правильной.

«Как молочный океан среди семи океанов, как Меру среди гор, как Солнце среди небесных тел, как каустубха среди драгоценных камней, как сандаловое дерево среди деревьев, как Шанкара среди Богов, так и Гуру, погруженный в Шиву, выделяется среди обычных учителей». Так заканчивается стхала «Руководство».

Стхала «Устремленность»

«Как говорят сведущие люди, устремленность (шила) – это искреннее сильное стремление познать сущность Шивы. Тот, кто обладает этим желанием благодаря наставлениям благородных наставников, тот зовется „обладающий устремленностью“ (шилин). Мудрые говорят, что устремленность (шила) – это устойчивость в преданности Шанкаре, Параматману, Господу, устраняющему страдания преданного. Устремленность (шила) – это знание того, что Шива и Атман человека едины, это погруженность в созерцание Шивы и горячее стремление достичь Шивы, чтобы стать единым с ним».

Шанкара описывает устремленность в форме мумукши в «Вивека Чудамани». Он описывает, что йогин взывает примерно так: «О, когда же придет ко мне освобождение от сансары, о, Боже?» То есть если мы представим такого йогина, то он плачет, делает поклоны, молится. Это устремленность внешнего плана. Но когда мы анализируем путь познания в Веданте, путь джняни или путь сиддхов, то эта устремленность двояка.

С одной стороны, это процесс джняны, он более отстраненный, более прохладный, но очень сосредоточенный – внутренняя тапасья, внутренняя аскеза, никаких эмоций, никаких метаний: вичара-вичара-вичара-вичара, вичара утром, вичара днем, вичара ночью перед засыпанием, вичара после пробуждения, вичара среди ночи во сне, вичара всегда, вичара при еде, вичара при ритуалах, вичара при работе и при разговоре, вичара всегда и везде, без вичары никогда и никуда. И такая вичара перерастает в созерцание. Созерцание перерастает в устойчивость, в самоосвобождение и в самоотдачу. Такая устремленность становится самоотдачей.

А другая линия – это преданность. Преданность утром, преданность днем, преданность вечером, преданность на завтрак, преданность на обед, преданность во время сутры, во время бхаджан-мандалы, во время работы, во время еды, в служении, в ритрите, в медитации, преданность в начале, в середине и в конце ритрита. Сюда входит и шаранам (Прибежище), и гуру-йога, и поклонение. Когда сочетаются преданность и вичара (созерцание), то это приводит к самоотдаче. Такая истинная устремленность сливается в единую песнь любви, преданности и самоотдачи Богу, когда она с утра до вечера становится главной доминирующей бхавой для йогина. Иногда он делает акцент на созерцательные практики джяны, иногда на поклонение, но все это идет вместе. Это традиция сиддхов пути сахаджаяны, традиция тантрийских сиддхов, самых сильных тантрийских линий передачи.

«Йогин, который обладает этими качествами, обладает устремленностью (шилой). Тот заслуживает устремленности (шилы), в ком устойчиво равнодушие к любому знанию, кроме знания Шивы, чьи мысли и побуждения привязаны лишь к Шиве. Прославляемые всеми добродетели преданной жены вызваны ее любовью к мужу. Так же добродетели преданного вызваны его любовью к Шиве».

В такой любви и преданности нет чего-то выделяющегося, в ней нет никакого раджаса, никакой экзальтации. То есть, напротив, в традиции сиддхов любая экзальтация – это показатель неочищенности ума. В ней нет ничего вычурного, кидающегося в глаза, потому что вся работа происходит внутри, а внешнее поведение сознания проявляется спокойно и сдержанно. Но внутри такая самоотдача, преданность и вичара нарастают день ото дня, как восходящее солнце. Это восходящее солнце становится постоянным центром притяжения для йогина. Его любовь и преданность Богу становятся всеми его заслугами и всеми его качествами. Постепенно она перерастает в бхава-самадхи.

«Как для женщины позор служить кому-то, кроме мужа, так и для благословленного преданного Шивы служение другому богу, кроме Шивы, есть бесчестие».

Как это рассматривать? Если под Шивой подразумеваем Абсолют, а под термином «другой бог» подразумеваем энергию более низкого плана, то, конечно, нельзя менять Абсолют на более низкое двойственное восприятие, когда идет поклонение божествам планет, божествам элементов, когда в них не видят Бога-Абсолюта, а видят только функцию. То есть видеть функцию в том, что является Абсолютом, видеть что-то маленькое – это неприемлемо для йогина. Но через любое божество можно поклоняться Абсолюту, если вы в правильном умонастроении. Бхакты в двойственном понимании могут истолковать этот текст иначе, но мы толкуем именно так. Это для нас принципиально важно.

«К чему многословие? Святые говорят, что устремленность (шила) – это сосредоточенность на познании Шивы как собственного Я. А такой человек зовется обладающим устремленностью. Тот, кто сосредоточен на осознании единства своего Атмана и Шивы, чья воля тверда, кто сдался на милость Шивы (Господа миров), и кто украшен устремленностью к одному лишь Шиве, тот зовется единым с Шивой». Так заканчивается стхала «Устремленность».


18 апреля

Агастья сказал: «Как же тот, кто благодаря избавлению от тьмы невежества, благодаря полученным знаниям, руководству и благородной устремленности к Шиве зовется шараной (предавшимся), как он обретает титул достигшего единства?» Отвечая на этот вопрос, Ренука сказал: «Достигнув бесконечного счастья через сосредоточение на праналингу и через другие практики, принявшие прибежище, шаранам, становятся достигшими единства благодаря ощущению своей тождественности с Шивой».

Когда ум очищен, утвердился в саттвичном состоянии, а от саттвичного состояния утвердился в созерцательном состоянии, устраняются причины оторванности души от Абсолюта, от Шивы. Эти причины известны как анава-мала, майя-мала, карма-мала – три малы. Другие причины – викшепа, аварана. Есть три изъяна, три недостатка ума: мала, викшепа, аварана, они устраняются, причины их тоже устраняются, то есть за этими недостатками кроются причины. В чем причины этих трех изъянов – васаны и отождествление с умом. Сначала сами недостатки устраняются, но когда недостатки устранены, надо причины устранять. Вы обрезали цветочки или листья на кустах, но следующей весной листья новые вырастут, вы срезали только по поверхности. Мало устранить проявления изъянов, причины – это васаны, поэтому устраняются также васаны, они разрушаются, васана кшайя. И фундаментальная причина – эго, ум – тоже растворяется. То есть сначала устраняются три главных изъяна: мала, викшепа, аварана. Нечистота, колебания ума, блуждания ума и омраченности, потом разрушаются васаны, а потом разрушается сам источник всех васан, отождествление с умом. Многие не осознают, что им надо проделать эту работу.

Когда человек знакомится с воззрением Адвайты, у него возникает иллюзия легкости Освобождения, иллюзия легкости самопознания, легкости джняны. Он слышит утверждения мастеров: это так просто, что ты не можешь в это поверить, это так близко, не дальше твоей ладони. Это действительно так, мастера не ошибаются, но мастера говорят это, проведя всю жизнь в дхарме, проведя практики, в тапасье, в севе, работе над собой. Если йогин хочет реализовать то, о чем говорят мастера, он должен также провести такую же жизнь, как и мастера. Это так близко, что ты не можешь в это поверить, но без разрушения васан, без устранения трех изъянов оно также будет близко миллионы лет. Когда вся эта работа проделана, то есть когда все эти изъяны разрушаются, васаны очищаются, душа начинает испытывать проблески единства с Шивой.

Сначала она наполняется благодатью, анандой, саттвичным, чистым состоянием: постоянная удовлетворенность, постоянное спокойствие, постоянная целостность, постоянная радость, внутренняя сила. Хорошее, ровное состояние, шанти, удовлетворенность, сантоша, то есть просто нормальное состояние садху, у него нет ничего реализованного, просто это обычное, нормальное состояние. Сначала йогину надо стать просто нормальным и удовлетворенным. Пожить годы в таком нормальном, целостном, удовлетворенном состоянии, когда желания не терзают, ум не мечется, клеши не напирают, с другими все в гармонии, просто все нормально. Йогин, будучи в таком спокойном, уравновешенном, целостном, удовлетворенном состоянии, если он продолжает садхану, делает вичару, то он очень хорошо, очень быстро прогрессирует, и тогда у него начинает происходить ряд быстротечных самадхи или ряд вспышек духа, ряд прозрений в единстве с Шивой. Он начинает из саттвы прорываться в трансцендентное, ничто не мешает, ничто не препятствует, это очень легко, ничего нет сложного. Каждая сессия медитации – это прорыв, каждая шамбхави-мудра – вхождение в недвойственное состояние, то есть он получает обычный мистический опыт недвойствености, о чем пишут в упанишадах. И в нем нет ничего труднодостижимого, если сделана предварительная работа. Каждый час – ходьба в созерцании и углубление присутствия. Каждая ночь – осознанность, какой-то уровень реализации. Из этой осознанности ананда нарастает, благословение нарастает, каждая пуджа – благословение, каждое арати – получение нисходящих благословений, каждая садхана – чистое видение. Вот тогда сердце йогина очищается, оно начинает наполняться божественным благословением, ананда возрастает. Тогда радость, радость, непрерывная радость. Сомнения не гложут, вера глубокая, она углубляется непрерывно, чистое видение достигается без усилий. Праны и каналы в порядке, злые планеты, вредящие духи не могут подступиться, потому что йогин силен, внутренние божества его защищают, у него его тонкое тело не раскрыто для них, не могут подойти никакие вредящие силы. В отношениях всегда гармония, потому что в сердце пустота, нет эго. Не к чему уму цепляться, нет ни оценок, ни суждений, все естественно самоосвобождается, тогда в действиях тоже гармония, отточенность, спонтанность, игра. Вот это идеальное состояние для духовных достижений и для духовного пробуждения. Привязанности нет, способность быть как в уединении, так и в общении с ровным умом, всегда есть стабильная поза в медитации, стабильная, хорошая кумбхака, стабильная концентрация ума, стабильное удержание любой санкальпы, за какую бы ни взялся, любая санкальпа берется и разворачивается, углубляется в течение созерцательного часа. Когда эти все условия собраны, тогда все благословения приходят, все божества, божествам интересно посмотреть на такого йогина, помогать ему. Тонкие слои души открываются без каких-либо препятствий.

«У преданного, шараны намерения чисты, он не стремится к тем крупицам счастья, что дают человеку объекты восприятия».

Все люди стремятся к счастью, но люди стремятся к счастью таким, можно сказать, ошибочным способом, через внешние объекты, через органы чувств, они свое счастье связывают с внешними объектами. Они не понимают, что, стремясь таким образом к счастью, они создают себе условия для страданий. Йогин распознает все это, поэтому он свободен от стремления к счастью внешним способом. Он тоже стремиться к счастью, но как садху. Он стремится к счастью в форме внутреннего Света, в форме Атмана никакое другое счастье его не устраивает. Он не стремится к счастью, которое имеет имя, форму, наименование. Если он оперирует материей, пракрити с именами и формами, то он прозревает в них пустотное недвойственное счастье, зная, что наложить ограничение имени, формы материи означает создать условия для страданий через привязанность.

«Когда такой человек полностью погружается в океан блаженства Шивы, его называют достигший единства. Кто отряхнул с себя все загрязнения, и его мысли совершенно чисты, кто при помощи чувства «я – Шива» прочно полностью утверждается в единстве с Шивой, достигнув единства с Шивой, природа которого радость и осознание, человек перестает замечать сеть мира, могущество которого создано иллюзией, майей».

Почему умы людей пойманы сетью мира через привязанность? Сеть мира ловит только тех, у кого есть привязанность, но она бессильна, если у людей воспитана вайрагья. Есть такое выражение «индраджала», магическая сеть Индры. Под магической сетью Индры подразумевается такая его способность улавливать, очаровывать умы живых существ разными эффектами, иллюзиями. Но вообще вся вселенная является этой магической сетью Индры. Через интерес, через желания ум улавливается, в нем возникает привязанность. Привязанность приводит к отношениям в духе приятия-отвержения, рага-двеша, к стойкому цеплянию. Когда привязанность исчезает, ум перестает быть зависимым от сансары и отождествлять себя с сансарой, с материальным миром, в нем появляется вкус к переживанию Брахмана. Вкус к переживанию Брахмана делает его свободным, потому что Брахман не наделен признаками, не наделен именем, формой, качествами, сложными связями, отношениями, то есть с одной стороны – это простота, истина однородная, неделимая, она очень проста, в ней нет запутанности, она бесконечно глубока. Но она проста в том смысле, что в ней нет никакой умственной запутанности, она бесконечно величественна, она потрясающая, шокирующая и парадоксальная, но она проста в том плане, что не связана ни с какой запутанностью ума. Когда привязанность уходит, то вся запутанность ума тоже уходит, получив вкус к переживанию Брахмана, ум желает постигать Брахмана, быть в единстве с Брахманом и с Шивой.

«В океане иллюзии, майи пена – это все миры, а волны – элементы творения, таттвы. Этот океан исчезает в подводном огне единства с Шивой. Покрывало иллюзии, майя-шакти, создает воображаемое различие Атмана и Шивы, но когда этот покров разрушен, не остается ничего, кроме недвойственности. Понятия «животное, пашу и хозяин, пати» воображаются под воздействием чар майи. Когда эта иллюзия рассеивается, тогда кто животное, пашу и кто хозяин, пати?»

Обычно считается, что пашу – это низшая природа: тело, пять оболочек, а пати, хозяин – Шива, Атман. Между дживой и Шивой, между душой и Абсолютом существуют такие отношения. Пашу пати – хозяин низшей природы. Паша – это веревки, связки, которые ограничивают низшую природу, держат ее. Хозяин Шива сбрасывает веревки с пашу, с дживы, только он способен сбросить эти веревки, никто другой не способен. Для этого у Абсолюта, у Шивы есть определенная сила, называемая Ануграха – сила освобождать, сила развязывать. Когда царя слонов схватил крокодил, слон ослабел в битве и уже ничего не мог сделать, он мысленно взмолился Вишну и мысленно преподнес ему цветок, призвал его. Вишну получил его мысленную передачу с небес, его посыл, его сигнал о помощи, сигнал SOS. Он спустился на Гаруде, мгновенно убил этого крокодила своей сударшана-чакрой и освободил царя слонов. Тогда царь слонов произнес молитву Вишну. Слон здесь олицетворяет пять кош и низшую природу, крокодил, который схватил его за ногу и тащил в реку, олицетворяет материальную природу Пракрити в форме раджаса и тамаса, то есть авидью, не майю. Это не саттвичная пракрити, а именно тамасично-раджасичная пракрити, авидья. А Вишну олицетворяет Абсолют, высший принцип сознания. Сам слон не мог справиться с этим огромным крокодилом. Когда Вишну пришел на его зов, он легко его освободил, но нужно было условие, нужна была вера, преданность. Слон был поставлен в такие крайние обстоятельства, когда он ни на кого больше не мог надеяться, только тогда у него пробудилась вера. До этого момента он не обращался к Вишну, он пытался, исходя из своего понимания, сам побороть этого крокодила, но у него ничего не получилось. Только когда он понял, что ничего у него не получается, он со всем сердцем призвал Вишну. Таким же образом, когда у йогина возникает разочарование в своем эго, он со всем сердцем призывает Бога, тогда происходит отклик, приходит сила благословения, происходит самоотдача.

«Состояние высшей недвойственности – это лучшее лекарство, защищающее от ужасной змеи перерождения сансары, лежащей на муравейнике различий. Великий океан сансары рождается из осознавания различий. Святой пересекает этот океан на лодке осознавания недвойственности».

Дистанция, граница между сансарой и нирваной – это та же граница между различием и единством недвойствености. Когда мы двигаемся к различиям – действует майя-мала, действует тенденция запутываться в различиях, ум выходит наружу, увлекается. Когда мы двигаемся, наоборот, от оценок и суждений в сторону недвойственности, единства, в сторону распознавания единства, начинается нирвана. Когда мы снова выходим в различия, начинается сансара. У сознания есть способность всегда вибрировать, именно вибрация сознания устанавливает связь с миром, поддерживает этот мир и все его связи-отношения, создает карму. Сознание постоянно вибрирует. Эта вибрация называется спанда, обычно мы не замечаем, что сознание вибрирует, оно вибрирует непрерывно, даже во сне. Только во сне без сновидений перестает вибрировать, в глубокой медитации, в самадхи. Но если ум остановит созерцание, все остальное время оно вибрирует, через вибрацию оно устанавливает связь со всеми объектами этого мира, оно активирует васаны. Через вибрацию возникает различие, тенденция захватывания, и непрерывно ткутся узоры в подсознании тонкой нитью реальности, словно ковер, узоры нашей будущей судьбы, будущие связи, будущие отношения, предпочтения, формы, тела, место рождения, ткутся разные тоннели беспрестанно. Это самопроизвольно происходит без нашего ведома, на тонком подсознательном уровне.

Но освобождение заключается в том, чтобы либо остановить все эти вибрации и все время жить в состоянии вне ума, либо надо выйти в слой недвойственности, который выше этих вибраций. Вибрируй-не вибрируй, уже ничего не создается, потому что ты сам уже отождествлен с более глубоким уровнем осознавания.

Один путешественник-исследователь попал в дикое племя, которое жило отдельно от цивилизации. Они пользовались луками и стрелами, были в первобытном состоянии, к ним даже местные африканцы боялись подходить. Гид сказал: я тебя приведу, а там ты уж сам знакомься с ними, я тебе расскажу пару обычаев, которые там есть. Он сказал: когда придешь к ним, выйдут старейшины, будут на тебя смотреть. Тебе надо станцевать перед ними тотально. – Какой танец, я не умею. – Любой, они так общаются, ритуальные танцы. Ты должен станцевать перед ними танец, как умеешь, они на тебя будут смотреть, длится это полчаса. Потом ты должен оставить подарки. Все они развернутся, уйдут в лес. Ты тоже уходи, через некоторое время посмотришь: если забрали подарки, можешь смело выходить и общаться с ними, если не забрали – лучше не подходить к ним, неизвестно, чем это может закончиться.

Люди в этом племени почти не разговаривают. Они говорят только по делу, у них постоянная мауна, молчание. Когда этот путешественник говорил, они думали, что он не совсем нормальный человек. Все они ходили голые, без одежды. Когда он пришел в одежде, они думали, что с ним что-то не так, что это его кожа такая цветная отходит, шелушиться начинает. Спрашивали, что с ним не так, пока не разобрались, что это не кожа, а одежда.

Ум постоянно совершает танец, постоянное движение, его язык никогда не молчит. Ум, вибрируя, создает разные формы захваченности. Вибрируя, он создает разные кармы, разные формы представления о жизни, через это захватывается. Йогин уходит от этой вибрации, чтобы распознать то тонкое сверхсознание, которое не вибрирует, которое полностью остановлено. Когда он распознает это тонкое невибрирующее сверхсознание, он начинает понимать секрет, как все творится, как мир творится сознанием. Он начинает понимать, что, оказывается, вибрация творит мир, она устанавливает связи.

«Ночь мирского существования сансары темна. Эта тьма неведения скрывает действия демона желаний. Разрушить эту тьму может лишь солнце недвойственности, поэтому для йогинов нет лучшего средства защиты от великих страданий ужасного круга перерождений, чем осознание недвойственности. То счастье, которое дает даже мгновение состояния недвойственности, не получить даже за сотни тысяч лет тем людям, которые наслаждаются мирскими объектами. У Шива-йогина весь мир растворяется в его внутреннем видении. А всепоглощающий опыт блаженства Шивы, единства с Шивой зовется Освобождением»

Когда мы занимаемся практиками созерцания, кажется, что мы должны совершать много усилий, визуализаций, методов, в конце концов, мы должны придти к тому, чтобы отойти от ума и действовать из состояния не-ума, когда такие вибрации не производятся. Уму нужно замереть или, по крайней мере, осознаванию надо оторваться от его вибрационной активности и осознать тонкое пространство, где этих вибраций нет. Начинающий практик выполняет шамбхави-мудру, он хочет смешать внутреннее и внешнее пространство, он усердно смешивает эти пространства, он искренне расширяет сознание, хочет объединиться с умом. Он все время что-то хочет, он что-то делает, но у него почему-то не выходит. Он медитирует на пространство, но само усилие, само приложение усилия все равно отделяет его от пространства, потому что эта вибрация не прекращается даже в методе. Практик, который понял суть не-ума, суть безусильности, многие тонкие созерцательные практики, не пытается объединяться с пространством, не пытается никак расширяться, он просто расслабляется и убирает ум вообще, как обрезает его, и расширение происходит само на очень тонком уровне, где нет вибрационной активности ума. Ум здесь является не активным генератором созерцания, не генератором санкальп, а, наоборот, пассивным, полностью пассивным, но при этом очень тонко осознающим. Это очень тонко, как говорят в упанишадах, «по лезвию бритвы», и вот в этот момент он внезапно прозревает: «все есть Брахман», внезапное благословение Ануграхи, внезапное единство со всем. Сушумна-нади открылась, самый тонкий слой осознавания, открылась безусильность, открылась полная естественность. Если практик имел хоть один такой опыт созерцания, ему надо его запоминать без цепляний и продолжать в этом же духе. Он проникает в сущность недеятельного созерцания.

Вибрации его ума не мешают ему больше быть с Богом, раньше мешали, а теперь не мешают. Если ты находишься с Богом, то ты не можешь просто так с ним находиться. Ты же не можешь просто так, без последствий, рядом с огнем находиться. Если ты сидишь рядом с огнем, то этот огонь тебя нагревает, как раскаленный шар. Если больше нет помех быть рядом с Богом, то ты меняешься, начинает идти благословение, начинает идти прозрение, очищение, ты устанавливаешься в единстве. Ты с Богом уже утром, в обед, вечером и ночью. Все время ты при Боге находишься, никаких эгоистичных поползновений, никаких цепляний. Честность перед Богом, полная искренность, полное предание, потому что присутствие рядом Божественной Реальности открывает йогину глаза, и его движения души безупречны.

«Когда наставник через ощущения единства с Шивой достиг состояния Шивы, то даже пребывая в физическом теле, он не пятнается своими действиями. Когда знание недвойственности Шивы становится устойчивым, чего мудрецам ожидать от действий, выполненных или невыполненных. Человек, который благодаря своему чувству единства с Шивой одинаково относится ко всему, не обретает плоды своих действий, даже когда делает великое дело».

Почему он не обретает плоды своих действий? Тело действует, а ум не воспроизводит эти действия, ум не создает никакие карма-пхалы, реакции, его проецирующая сила полностью растворена. Обычно наш ум быстро что-то проецирует. Например, если показать вам курицу или яйцо, ум сразу спроектирует определенные вещи. Показать вам божество, показать свинью, показать золото, показать грязь – помимо вашего контроля ум оценит, в тонком теле возникнут очень быстро карма-пхалы. Ум хорошо знает: золото – это золото, грязь – это грязь, курица – это курица, яйцо – это яйцо. У него есть цепочки ассоциаций, наработанные уже давно. Показать что-либо, воспринять что-либо – это запустить целую серию глубоко сидящих цепочек ассоциаций. Вот отсюда действия создают плоды, результаты. Но когда йогин ушел от вибраций сознания, установился в недвойственности, то все эти цепочки ассоциаций блокируются и не развиваются, то есть он видит корень, видит все золото, видит грязь, видит божество, видит свинью. Ассоциативные цепочки тонкого тела не работают, не подключаются, вместо этого чистое пространство осознанности окрашивает ум в возвышенном переживании Ахам Брахмасми. Эта бхава возникает независимо от того, что йогин видит, что йогин воспринимает. Старые цепочки ассоциаций спят сначала, а потом растворяются, если долгое время не поддерживаются. Возвышенное чувство Ахам Брахмасми и возвышенное чувство преданности, единства с Шивой, единства с Абсолютом. Так истощаются плоды прошлых действий, карма-пхалы, а новые не создаются, потому что раньше старых цепочек ассоциаций, раньше цепочек оценочных суждений ума возникает вот это чувство недвойственного пространства чистого Сознания, в котором нет никаких вибраций ума и никаких проекций. Тогда йогин полностью утверждается в чувстве Брахма-Ахам-Бхавы.

Опыт монахини в ритрите: «Смотришь на цветок, а это же просто название, ярлык. Такое состояние недвойственности было часа два. Я подумала: если цепочка не будет работать, когда я приду в магазин, мне надо будет что-то купить, я же не смогу, мне надо сконцентрироваться, включить ум. После ритрита я даже не знала, как делать, что делать, спрашивала, как мне быть сейчас?»

Надо глубже изучать учение, понять, что учение говорит об уме, о повседневной жизни, об интеграции. Овладеть недвойственностью – это не значит отказаться от вивеки, от различающей мудрости, способности оперировать. Это означает отказаться от отождествления, понимаете разницу? Вивека должна остаться относительно действия. Мудрость, понимание, различение должны остаться и даже стать еще лучше. Но при этом она должна быть не привязанной, она должна быть игровой. Вы должны обладать еще более глубокой ясностью, чтобы отличать все: цветок – это цветок, причем вы должны с такой ясностью понимать, как люди видят цветок, как звери видят, как духи видят, как надо применить это видение, это различение в конкретной ситуации. Ваша мудрость только увеличивается, вы можете оперировать теперь со старыми цепочками, не завися от них, более того, вы можете даже создавать новые, вы теперь можете становиться законодателем. Вы можете создавать культуру, где этот цветок может называться иначе, наделять его сиддхами, свойствами, или вы можете другому человеку внушить, что он видит не цветок, а змею, то есть вы получаете силу оперировать цепочками ассоциаций в тонком теле. Вы теперь не раб их, а наоборот, становитесь их господином. Различающая способность ума не утратилась, вы не пребываете в недвойственной прострации. Если так происходит, то вам Гуру скажет: потеря действия в осознавании, потеря действия во взгляде, это ошибки. Только отношение меняется: вместо того, чтобы быть рабом восприятия, вы становитесь сиддхом восприятия, вы им легко оперируете без привязанности.

«Для йогина, достигшего единства с Шивой, все одинаковые – праведник и грешник, человек из высшего сословия, то есть брахман, и из низшего».

Они все одинаковые для него в том смысле, что он прозревает их нереальность, он прозревает Атман внутри них всех. Например, ты видишь цепочку, видишь кулон, видишь брошь, видишь слиток золота, видишь перстень, видишь кольцо, видишь монету, но ты знаешь, что все это – золото. Ты понимаешь, что они из одного материала, и цена им, примерно, одна и та же. Но ты не утрачиваешь способность различать, твоя способность различения тоже хороша, то есть относительное видение не утрачивается: ты видишь «брахмана как брахмана, собаку как собаку, собакоеда как собакоеда».

«Что толку мудрецам от практик, предписанных сословиям, варнам и возрастам, ашрамам, однако, хорошим мирским практикам надо следовать даже в отсутствии результата от них. Семена последствий действий карм мудреца полностью сожжены огнем чистого знания. Святой лишь с виду пребывает в физическом теле, но путь его тела мирской».

Мотивация пребывания святых в материальном мире – это служение и помощь другим. Чтобы помогать другим проводить божественную волю, надо полностью связать себя с тем, кому помогаешь, иначе нет никакого способа помогать, нет никакого способа проводить эту волю. Например, если царь хочет вывести на чистую воду разбойников, он посылает туда шпиона. Шпион может преданно служить царю и быть самым честным человеком, но, если он решает внедриться в банду разбойников, ему придется вести себя как разбойник, принять все законы и правила в шайке разбойников, по-другому невозможно. Подобно этому, когда божества, аватары, сиддха-пуруши приходят в какой-то тоннель реальности, чтобы установить с ним связь, то они принимают все законы и правила этого тоннеля реальности. Еще пример, если вы хотите изучить психологию отношений, сленг, жаргон какой-нибудь молодежной группы, вам надо в нее войти, по-другому никак. А как вы в нее войдете, если будете при галстуке, с портфелем, никто с вами не будет общаться, все закроются, вы не станете своим. Вам надо полностью принять их язык, их обычаи, нрав и отношения, но при этом сохранить исследовательскую часть сознания, взрослую часть сознания, сознание, которое с этим не отождествляется, только так вы войдете в их субкультуру. Мотивация святых, когда они живут, подражая обычным людям, такова, что они устанавливают связь с этим миром, принимают все его несовершенства, но они ведомы идеей служения, благословения, сострадания.

«Через познание Шивы как своего Атмана, своего Я человек обретает отрешенность, которая становится его отличительным признаком. Такого святого не пятнают последствия собственных действий, карма, как вода не задерживается на листе лотоса. Что бы ни делал просветленный человек: пьет, сидит, стоит или бодрствует, благодаря своей погруженности в знание Шивы, он всегда занят поклонением Шиве».

Вот на что это похоже. Допустим, у человека в ботинке гвоздь. Его приводят в оперу, потом на симфонический концерт, потом в цирк, потом в кино, потом в ресторан, потом на пляж, но у него гвоздь в ботинке. Когда он видит все эти вещи, он ни о чем не думает, кроме как о боли в ноге, ему не интересен цирк, он ничего не видит, ничего не помнит. Он сосредоточен на мысли, как бы избавиться от гвоздя. Он как будто сидит в зале, но не присутствует. Когда его спрашивают: что ты видел в цирке, что слушал на симфоническом концерте, что ты видел в театре, на пляже – он ничего не может сказать, потому что толком он ничего не запомнил даже. Он может сказать: «Я испытывал боль в ступне». Его внимание полностью отвлечено другим, он только делает вид, будто он там присутствует. Его тело там присутствует, а его душа присутствует в другом месте, в боли, в гвозде, в ботинке. Таким же образом йогин, поглощенный Шивой, якобы физически присутствует где-то, но его дух поглощен переживанием Абсолюта. Поэтому у него не остается никаких впечатлений, нет впечатлений. Нет карма пхалы, нет впечатлений, нет васан, нечему создаваться. Значит, агами-карма, новая карма не создается, ум не проецирует никакие варианты вселенной, никакие узоры судьбы будущего не проецирует, что бы он ни делал. Он не присутствует в действии, не присутствует в речи, не присутствует в словах. Он не присутствует как ум, как эго цепляющееся. Как Брахман, он присутствует и в речи, и в действиях, и в словах, но только как Абсолют, потому что он поглощен Абсолютом. А как делатель он не присутствует.

«Какой бы объект не радовал наставника, единого с Шивой, для великого святого это всегда счастье – лицезрение Шивы. О чем бы ни думал йогин, чьи мысли чисты, все это считается медитацией на Шиву, так как Шива – это содержание мыслей йогина. Что бы ни сказал Шива-йогин в миру по своему желанию, – все это хвалебные гимны Шиве. Что бы ни делали Шива-йогины, все эти действия – поклонение Шиве, тогда как умы йогинов заполнены Им одним».


24 марта

«Идущий, стоящий или же спящий – никто не может оставаться в бездействии. Активность в самой природе воплощенных существ».

«Активность в самой природе живых существ». Мы не можем пресечь движение, активность, раджас. Это одно из свойств материальной природы (пракрити). Если мы захотим полностью пресечь его, то мы пойдем против этой материальной природы, как против большого-большого течения. Где-то мы сможем какие-то вещи пресечь, но полностью – вряд ли. Мы не можем одновременно погружаться в это течение и плыть вместе с ним, потому что это течение сносит к новым рождениям. Тот, кто в него погружается, – это человек недалекого ума, глупец (мудха), тот, кому не повезло. Мудха – это больше «осел», чем «глупец», поэтому погружение в это течение не сулит ничего хорошего. Что же делать? Мы должны сделаться максимально независимыми от этого течения, активности, сделаться от него свободным, то есть научиться действовать так, чтобы действовать, не действуя; действовать в Абсолюте, действовать в Боге. Что бы мы ни делали, через нас воплощается Божественная Воля. Вот отсюда начинается карма-йога, нишкама-карма-йога, бхакти-йога – все они создают основу для созерцательной практики, интеграции, созерцания в недеянии.

Человек не может постичь высшее, не постигнув низшее. Невозможно постичь такие запредельные вещи, как недеяние, созерцание в интеграции, не постигнув элементарную карма-йогу, элементарную бхакти-йогу, не научившись служить Божественной Воле и не сделав служение Божественной Воле своим главным занятием в жизни. То есть если человек не служит Божественной Воле, а служит своим эгоистическим идеалам, воплощает свои васаны, свои самскары, то как он может говорить об интеграции в созерцании? Это невозможно. С чем там интегрироваться? Со своими кармами, со своими васанами? Ведь истинное созерцание и интеграция возможны после васана-кшайи, после разрушения васан, а разрушение васан – это самоотдача, это проведение Божественной Воли. Поэтому мы должны научиться подчинять свою жизнь Божественному Источнику, научиться действовать без привязанности, без чувства делателя, посвящать все свои плоды Богу, изменить концепцию жизни с эгоистичной на проведение Божественной Воли, свою карму превратить в миссию Божественной Воли. И это непросто. Но если каждый день действовать в духе памятования Божественного Источника, в духе бхакти-йоги, в духе поклонения, в духе самоотдачи и созерцания, то со временем это так и будет. У нас всегда есть выбор: выпить что-либо или съесть, посмотреть на что-либо в целях своего «я» или в целях подношения Богу.

Ключевой момент – не то, что ты делаешь, а куда направлен твой ум, какова твоя бхава, какова твоя внутренняя позиция: делаешь ты из ума или ты делаешь, глядя на Бога в своей душе. Вот когда ты глядишь на Бога в своей душе, то действие тоже автоматически идет как подношение Богу. Иначе невозможно. Если же ты в своей душе в этот момент не глядишь на Бога, а глядишь в свой ум, в свои самскары или глядишь на внешние материальные объекты, то такое подношение не происходит, потому что происходит забвение Бога. Это надо понять, здесь нет полумер, здесь действует принцип «либо-либо». То есть ты либо помнишь о Боге, и тогда идет подношение, либо ты не помнишь о Боге, и тогда идет кармическое действие, дающее карма-пхалу (кармическую реакцию). В каждом действии, в каждый миг – либо да, либо нет. Например, ты открываешь ручку двери, и это действие либо идет тебе в зачет, в копилку твоей памяти как кармическое, либо оно идет как подношение Богу, как созерцание, как самоосвобожденная игра. Если ты в Боге, это само будет происходить, даже не надо думать: «Я делаю подношение Богу, я созерцаю, я интегрируюсь». Не надо так сильно заморачиваться, просто смотрите в Атман, и оно само все будет происходить: карма будет становиться лилой, действие будет становиться подношением, все будет очищаться, все само будет происходить естественно. Поэтому и говорят: «естественно самоосвобождается». То есть самскары и васаны ваши естественно самоосвободятся во Всевышнем Источнике, но только при условии, что вы в этот момент будете смотреть в Бога.

Смотреть в Бога и находиться в присутствии – это одно и тоже. Здесь либо-либо. Но чтобы смотреть в Бога непрерывно, кроме тонкого уровня созерцательной практики, тончайших нюансов, мы должны выработать фундаментальную мотивацию, понять: «Зачем мне смотреть на Бога?» Надо все самскары, все васаны туда направить. И здесь важен дух служения, дух севы, дух проведения Божественной Воли. То есть надо менять свою идентичность, надо научиться смотреть на себя как на служителя Божественной Воле. Хватит смотреть на себя как на человека. Этот человек никогда не исчерпает своих карм, никогда не исчерпает васаны. Оставаясь на уровне человека, невозможно превзойти самого человека. Это попытка вытянуть самого себя за волосы из болота. В тот момент, когда мы смотрим на себя, как на проводника Божественной Воли, постепенно мы уходим с уровня обусловленности человеческими кармами.

«Но действия мудрецов не приносят плодов. Для того, кто чувствует совершенное великое блаженство своего чистого сознания, нет суеты действий, дающих плоды в виде различного опыта. Все внутренние состояния, идеи, образы хоть и проявляются в йогине, являются воображаемыми, как серебро в перламутре раковины. Такой йогин – тот, в ком прекратились все внутренние состояния (бхавы). Для йогина, который погрузился в чистое знание, нет связи с внутренними состояниями (бхавами), и все же он должен сохранять состояние Шивы, спасающее от перерождений».

Очень важная высказана мысль. Получается, что нет больше привычных действий. Как обычное действие появляется? В уме есть мировоззрение, в тонком теле есть васаны, они требуют проявления. Никто не может пойти против своей природы. Это обман, иллюзия, если кто-то говорит, что может пойти против своей природы. Каждый воплощает свою природу, поэтому в ведическом обществе говорят, что у каждого своя дхарма, которая еще называется свадхарма (своя дхарма). Это значит, что кот стремится к молоку и сметане, хочет поймать мышь и ищет кошку. Это его свадхарма, вы не переделаете ее, пока кот не эволюционирует. Вор стремится воровать, царь стремится властвовать, семейная женщина стремится иметь детей. Васаны – это природа каждого человека, природа каждого живого существа. Божество стремится быть утонченным, играющим и соответствовать Божественной Воле, Рите, вселенской космической дхарме, быть ее проводником, быть служителем, так как это его свадхарма.

Каждое живое существо действует из мотивации, которая создается его прошлыми самскарами, его свадхармой. Оно имеет свое мировоззрение, свою оценку этого мира и свой опыт, который позволяет ему жить в определенном тоннеле реальности, в определенном воззрении на реальность, которое называется лока-дришти (кармическое видение). Голодный дух стремится продолжать быть голодным духом, асур стремится быть асуром, человек стремится жить в человеческом мире по-человечески, чтобы, как говорят, было «все, как у людей». Не говорят же, «все, как у богов», «все, как у асуров», то есть человек себя четко идентифицирует на человеческом уровне. И тогда создаются цели, целеполагание. Человек ставит цели, а затем совершает действия, умом и индриями принимает решения, добивается их выполнения, анализирует ситуацию, у него появляются новые впечатления, его действия приводят к каким-то результатам, эти результаты откладываются в его памяти, они меняют его ум, они становятся его новой кармой. И этому нет конца. Он постоянно находится в этой цепочке действий, целеполагания, мотивации, идентичности, отождествлений. И когда садху поглощен Богом, вся эта цепочка разрывается. То есть он в другой бхаве, а это значит, что старые мотивации не работают, его свадхарма становится созвучной с Божественной Дхармой. Варна-дхарма (общественная дхарма) на него не влияет, он свободен от ашрама-дхармы (от связанности статусами). Васаны не могут сбить его, и действия не создают отпечатков, не создают кармических реакций (карма-пхал). Но говорится, что даже в таком самом свободном состоянии йогин должен иметь сострадательную мотивацию, йогин должен продолжать воплощать Божественную Волю.

«И все же он должен сохранять состояние Шивы, спасающее от перерождений».

Это очень важная фраза, на которую надо помедитировать, задуматься. Шива обладает пятью энергиями, из них только пятая (Ануграха) спасает, освобождает, а остальные действуют иначе. Когда мы служим Ануграхе, когда мы идем по духовному пути Пробуждения, когда мы реализуемся, то мы, прежде всего, должны в себе эту силу, эту Шива-бхаву оставлять, которая спасает и освобождает, и действовать как проводники Божественной Воли. Это и есть действие в духе сострадания. Буддистский принцип абсолютно идентичный, только называется по-другому – бодхичитта, а те, кто следует ей – бодхисаттвы. Буддисты считают: «Да буду я последней душой, вошедшей в Нирвану». То есть я буду спасать все живые существа. Фактически они почерпнули это, скорее всего, из индуизма, из ведической традиции, потому что ведической традиции такая бхава всегда естественно присуща.

Проведение Божественной Воли в мире людей есть ни что иное, как трансляция возвышенных недвойственных божественных бхав. Не то, что йогин зарождает в себе новую идентичность (я – спасатель и так далее), это происходит естественно.

«Даже при полном просветлении йогин не должен отказываться от внутреннего ощущения Шамбху (Шивы), так как это ощущение позволяет пересечь океан мирского существования».

Даже при полном просветлении, вне субъекта и вне объекта, при переживании недвойственности и Пустоты, должна быть определенная бхава. Мы эту бхаву называем Брахма-Ахам-бхава, дивья бхава (божественное величие). В частности, в нашей традиции она зарождается с помощью двух методов: методами Ануттара-тантры с помощью медитации «Ахам Брахмасми» и тантрийскими методами с помощью йоги иллюзорного тела, визуализации себя в облике божества, но, по сути, это то же самое. Если в Лайя-йоге в разделе Божественной Гордости эта бхава появляется как результат созерцательной практики, работы с махавакьей, санкальпой «Божественная Гордость», то в йоге иллюзорного тела еще добавляется изощренная визуализация, потому что визуальность – это энергия; мысли, представления – это все энергия. То есть мы еще работаем с тонким уровнем энергии, но, по сути, это то же самое. Эта бхава ведет нас по пути Освобождения. Однажды мы ее зародили, мы не должны ее терять, а напротив, она должна у нас постепенно нарастать и нарастать. Это как определенная грань естественной созерцательности. Линия Божественной Гордости раскрывает именно эту грань в нас, эта бхава будет в нас увеличиваться, будет расти. Мы будем идти по всем стадиям 16-ти кала вплоть до полного Освобождения, вплоть до становления великим божеством, подобным Брахме или Шиве. 16 кала завершает нашу практику, когда мы можем сотворить новую вселенную. Творить новую вселенную может ведь не только Брахма. Васиштха в «Йога Васиштхе» говорит: «В некоторых вселенных творцом является Шива, в некоторых вселенных – Вишну». То есть это определенный уровень, мы не ставим конкретную цель стать Брахмой, именно таким, как этот. Мы ставим цель – подняться на уровень божества, где твой потенциал, твоя шакти может так разворачиваться, что ты способен творить как Брахма-Творец.

«Предотвратив горести, вызванные перерождениями, это ощущение Шивы само исчезает, как пламя само стихает после того, как сгорел весь хворост».

Ощущение Шивы возникает как результат дикши (посвящения), передачи от гуру мантры и собственной созерцательной практики. Такое ощущение должно возникать, когда вы читаете гуру-мантру, и вы с ним должны работать. Оно должно возникать, когда вы медитируете на махавакью «Ахам Брахмасми», и вы с ним должны работать. Вернее, не только вы с ним работаете, но и оно тоже с вами работает. Это божественное ощущение, оно не должно твориться умом, ум здесь играет небольшую роль. Зарождение дивья-бхавы (божественного величия) начинается с ума, но заканчивается тем, что выше ума, потому что сама бхава превосходит ум.

Итак, когда вы визуализируете себя в облике Даттатрейи, медитируете на ключевую точку «божественная гордость», зарождаете величие и гордость божества, должна возникать эта бхава. Она должна возникать также тогда, когда вы повторяете гуру-мантру, когда вы медитируете на махавакью «Ахам Брахмасми», на такие мантры как «Шивохам». Когда она впервые у вас возникает, у вас проявляется переживание чего-то величественного, запредельного, возвышенного, торжественного. Это не снаружи вас, это вы сами, какая-то ваша глубинная, тонкая часть. Постепенно вы начинаете все больше утверждаться в этой глубинной, тонкой части. Здесь есть очень много тонких течений, подводных камней. Их все надо хорошо изучить, расспрашивая у коренного гуру или изучая тексты. Каков основополагающий принцип? Эта бхава не может вырождаться в эго, не может выходить из ума, она должна сопровождаться идеей самоотдачи и духом служения, она должна всегда уравновешиваться. Другими словами, поставьте преданность и самоотдачу над созерцательной практикой и никогда не ошибетесь. Поэтому во всех традициях сиддхов, наряду с тончайшими методами работы с ветрами, каналами, визуализацией, придается большое значение гуру-йоге, Прибежищу. Это не считается практикой новичков, это считается основной, главной практикой.

«Когда восходит блаженство единства с Шивой, что проку в таких ощущениях? Когда цель достигнута пусть даже по прошествии долгого времени, что толку от средств ее достижения? Когда идея «Я – Шива» вместе с сознанием сливается с Шивой, тогда йогин, пораженный растворением своего «Я», достигает состояния Шивы».

Когда реализуется Брахма-Ахам-бхава, бхава Шивохам, то методы, ведущие к ней, теряют свое значение. Это подобно тому, как лодка, на которой вы плыли, теряет свое значение, когда достигнут другой берег. Эти методы могут применяться, могут не применяться, могут передаваться другим ради поддержания Дхармы и сохранения линии учения на благо других. Это важный момент. Но сам йогин больше не обусловлен методами, он живет на уровне анупаи, на уровне йоги не-медитации, йоги не-метода. И переход к йоге не-медитации, йоге не-метода, от йоги медитации и йоги метода – это и есть переход в традицию Сахаджаяны, переход в традицию сиддхов Ануттара-тантры, естественного пути. Это очень высокий переход, невозможно новичку это сделать. Как бы ум ни хотел, это невозможно. Он хорошо должен сначала попрактиковаться в методе, попрактиковаться в медитации, иначе будет ненастоящая йога не-медитации, где вообще нет медитации. То есть на самом деле это довольно глубокая, серьезная, можно сказать, элитная практика для людей, наделенных высокими способностями. Когда мы начинаем следовать пути анупаи, ануттара-тантры, то мы обязательно параллельно выполняем базовые практики, выполняем различные методы и должны в них стать мастерами. Но однажды наступает переход, когда мы утверждаемся в естественном состоянии и обнаруживаем, что наша созерцательная практика идет свободно, движется и углубляется естественно, безусильно, без опоры на метод. Тогда нираламбха, наше безопорное внутреннее осознавание, становится главным методом. То есть главным методом становится пребывание в свободе от методов, естественное осознавание и самоотдача. До этого момента были важны мы и наши усилия, а сейчас Бог выходит на первый план, божественная Милость становится важной. Бог как бы берет садхану йогина на Себя, но задача йогина – не терять, не отвлекаться, пребывать в самоотдаче.

Переход к анупае, йоге не-медитации всегда сопровождается сдачей на божественную Милость, всегда сопровождается тем, что Бог как бы выплывает из Причинного океана на свет божий, становится виден йогину. Это не то, что он отбросил метод, отбросил медитацию, а взамен ничего нет. Тогда взамен придет лень и ничегонеделание, придет пустота и расплывание, придет потеря действия в осознавании и потеря действия в воззрении. Некоторые садху, практиковавшие долгое время и подошедшие к этой черте, совершают досадную промашку, потому что божественная Милость не открыта, а в методе разочаровались. В итоге они метод оставили, но божественной Милостью не полны, они не пребывают в экстазе божественного Благословения, поэтому их привычные васаны выходят на первый план. Такие садху, неудовлетворенные, расслабившиеся и разочаровавшиеся, не могут больше прийти в мир, но и в практике что-то они упустили. Просто их васаны заставляют их делать то, что они всегда делали по карме. Они должны снова призывать божественную Милость, снова призывать святых Древа Прибежища, снова возвращаться к методам и ждать, когда же пробудится божественная Милость, когда же произойдет нисхождение Ануграхи, когда же Бог возьмет на себя их садхану и одарит благословениями. А пока этого не произошло, они должны продолжать свои методы, они должны неустанно упражняться в методе, призывать и призывать благословения.

Путь божественной Милости и самоотдачи очень зависит от преданности, от духа самайи, соблюдения самайи, от веры в Прибежище. Тот, кто имеет глубокую веру в Прибежище, тот легко открывается нисхождению божественной Милости.

«Без внутреннего состояния, бхавы, нет знания, но знания, отличного от внутреннего ощущения бхавы».

Тоже очень важный момент. Каждая строка может дать величайшее прозрение.

Нет знания без бхавы. Знание – это и есть бхава, другого знания нет. Что бы вы не читали в книгах, какими бы философскими перлами не оперировал ваш ум, истинное знание – это бхава. Бхава – это изменение вашей идентичности, это изменение энергии тонкого тела.

Был такой смешной случай у меня. В тонком теле я встречаюсь с учеником и спрашиваю: «Как садхана?» Он говорит: «Я – Бог! Ахам Брахмасми! Все хорошо». Надо понимать, что бхава «Я – Бог» и фраза «Я – Бог» – это разные вещи. Бхава «Ахам Брахмасми» и фраза «Ахам Брахмасми» – это разные вещи. Если ты в бхаве «Ахам Брахмасми», то твое тело в сновидении преображается в тело божества и восседает на лотосном троне в небесном дворце в центре Чистой Страны, в мандале, созданной из тонких энергий твоего ума. Это бхава создает.

У Бхагавана Шри Раджниша был такой случай: один его знакомый постоянно повторял «Ахам Брахмасми, Ахам Брахмасми, Ахам Брахмасми…». Шри Раджниш спросил: «Ты чувствуешь Ахам Брахмасми или ты только повторяешь Ахам Брахмасми?» Тот ему ответил: «Знаешь, я уже не знаю, я сам запутался».

Медитация «Ахам Брахмасми» должна менять нашу бхаву. Не обязательно ее демонстрировать наружу, ее вообще не надо демонстрировать наружу, но она должна менять бхаву нашего тонкого тела, наше самоощущение, нашу идентичность, наши очень тонкие энергии. Тогда это будет верная практика. Само изменение бхавы – это и есть знание, это не интеллектуальное знание, не философское. «Бхава изменилась, и я смотрю на мир другими глазами», – вот это знание. А из этих других глаз я могу и толковать священные тексты, и писать, и читать лекции, и говорить, и давать советы, все, что угодно, потому что это другая бхава, она из другого мира, из мира просветления, из мира Бога. Перейти в иную бхаву, утвердиться в этой бхаве, сделать так, чтобы эта бхава стала доминирующей, твоей новой душой, твоим новым тонким телом, дала тебе энергии, чтобы эти энергии творчески развились в определенную крийя-шакти, айшварья-шакти и другие – это и есть путь реализации. В йоге иллюзорного тела он развивается по определенным правилам через создание и пестование тела в облике божества, полного этой бхавы. Это божество полно бхавой, оно полно Света, полно Божественного Величия, оно состоит из тончайшей вибрации пяти чистых радужных цветов (эта вибрация пустотна) и насыщено энергией. На пути праджня-янтры в йоге созерцания бхава не облекается ни в имена, ни в формы, она полностью бесформена. Здесь важна ниргуна-бхакти – преданность и самоотдача бесформенному Богу. Но, по сути, это то же самое.

«И то, и другое называют причиной освобождения. Поэтому нужно использовать их оба в знании бхавы. Для йогина мирское знание происходящего заканчивается как во сне, так как ему нечего познавать. Такой йогин зовется «тот, чье знание закончилось».

«Нечего познавать» не означает, что восприятие прекратилось. Это значит, что кармическое видение изменилось. «Нечего познавать» в том смысле, что природа иллюзии полностью известна, полностью познана. Это как если вы вдруг проснулись, вам нечего больше любопытствовать о деталях содержания сна, вам, в принципе, важно знать, что все это сон, что бы там ни было, оно все из одного материала. Когда ты понимаешь, что это все из одного материала, то детали уже не важны.

Есть представления у некоторых буддистских школ, что Будда – это тот, кто в совершенстве достиг просветления, что он так же досконально разбирается в математике, астрологии, физике, биологии, химии – во всех сансарных науках. То есть он сначала должен детально все это узнать, а потом подняться на уровень полного пробуждения. Есть те, кто критикуют такие воззрения, есть те, кто их отстаивают. Знание о материальной природе (пракрити) может быть бесконечно, но для вас важно понять, какова материальная природа, что она из себя представляет. Когда вы понимаете природу пракрити, вы становитесь от нее свободными, вам больше нет нужды узнавать все бесконечные заблуждения живых существ. Это как если я не ем мясо (я вегетарианец), то нет больше смысла изучать рецепты приготовления котлет и других мясных блюд. Эти знания могут быть бесконечными, но если вы – вегетарианец, то все это теряет смысл, это видится как форма заблуждения. Или если вы не курите, то вам нет смысла интересоваться марками сигарет. Такое относительное знание в состоянии непробужденности для вас бессмысленно. Оно имеет смысл только в определенном видении заблуждения, когда же заблуждение уходит, то и само относительное знание теряет свою важность.

«Знание, порожденное сном, исчезает вместе со своими объектами при пробуждении. Так же и знание мира исчезает вместе с познаваемым, когда сияет самопознание. Когда сознание йогина растворилось в Шиве, в совершенном великом блаженстве, высшем пространстве, тогда откуда же возьмется иной объект познания?»

Знание Шивы, знание Абсолюта заменяет все виды других знаний, все виды частных знаний: знание ушей, знание языка, знания носа, знания глаз, знания кожи, знания ума. Все виды восприятий и все виды знаний заменяются подобно тому, как свет звезд и свет Луны заменяется светом Солнца, когда Солнце восходит. Пока Солнца нет, есть много звезд, можно видеть созвездия, можно различать фазы Луны. Когда же Солнце восходит, ничего этого не видно, никто в этом не нуждается; свет Солнца затмевает их всех. Таким же образом знание Бога затмевает все другие малые, относительные знания, они видятся как условные и неважные. То есть они видятся как форма заблуждения, так как они сами возникли по причине отсутствия знания Бога. Они видятся как зависимые от первичного знания. Первичное знание – это знание Бога, а все остальные формы знания – это различные виды заблуждений, и они возникли только потому, что не было видно Бога. Это как есть разные виды темноты: например, есть сгущающиеся сумерки, а есть чуть-чуть забрезжившие сумерки, есть ночь, а есть густая, безлунная ночь, есть лунная ночь, а есть ночь без Луны, но со звездами, когда хоть немного что-то на небе видно, есть только-только начинающийся вечер. Все это – разные виды темноты. Но когда Солнце восходит, становится понятно, что все эти виды темноты могли существовать только по причине отсутствия Солнца. Присутствие Солнца лишает все эти виды темноты существования. Таким же образом пробуждение Бога лишает существования все виды мелких знаний, делает их несущественными. Поэтому святые не ищут мирского, относительного знания, и если применяют его, то только как подчиненное, вторичное, ради помощи тем, кто без него не может обойтись, или же ради игры.

«Существует лишь Высший Шива, Брахман в форме непрерывного блаженного сознания. Все прочее – заблуждение. Такое состояние ума зовется знанием. То, что присутствует во всех объектах, таких как посуда, одежда и прочее, как сам принцип существования Сат, – это и есть Высшее, а все прочее – заблуждение. Такое состояние ума зовется знанием».

Как же увидеть этот Всевышний принцип Сат среди повседневных объектов, среди повседневной жизни? Надо научиться смотреть на все объекты глазами вне ума. Когда мы способны смотреть глазами вне ума, глазами обнаженного осознавания, этот принцип Сат постепенно выходит на первый план.

Наш ум постоянно проецирует, он накладывает свое представление на объекты. Созерцать – значит убирать эти проекции, убирать это накладывание. Ум обладает большой проецирующей силой, любые колебания вызывают в нем целые каскады проекций. Мы – это проецирующие существа, но не догадываемся об этом. Только в момент смерти, в бардо, в сновидениях мы сталкиваемся с этим. Еще люди узнают момент проецирования, когда принимают наркотики, ЛСД. Нам это запрещено.

Один йог рассказывал, что в Америке они экспериментировали с ЛСД, и какой-то новый человек пришел в их круг, в их клуб. Он был новичком и принял ЛСД. Его предупреждали, как вести себя, но он начал вести себя неадекватно. Его начало трясти, он катался по полу, а потом схватил железный меч. Меч у него забрали и вытолкнули его в подъезд, но он и в подъезде продолжал рычать, вопить, выть. Его низшее существо взяло верх над ним. Его проекции полностью стерли его память о себе как о личности, стерли самоконтроль, потому что наркотики порождают неконтролируемый теджас. Этот теджас возбуждает энергию огня в каналах, и под влиянием огня в каналах ум проецирует, проецирует и проецирует. Бывает, что в ритрите проецирующая сила ума тоже усиливается. Когда йогин много медитирует, достаточно какого-то слова, какого-то события, небольшой записки, и внутри у йогина разворачивается целая буря эмоций и проекций, он становится мнительным или обидчивым. Как говорится, «его ум накручивает». Это проецирующая сила так работает.

В обычной жизни, в повседневном общении ум перегружен восприятием, мыслями, и его проецирующая сила не так сильна. А когда у него мало восприятий, когда он занимается медитацией и концентрацией, когда мало внешних раздражителей, проецирующая сила возрастает. То же самое в еще большей степени проявляется в темном ритрите. Эта проецирующая сила отражает все самые тонкие нюансы, все грани, все индивидуальные черты, особенности, все прошлые воплощения, все прошлые памяти. Она проецирует все, что есть; все, что было накоплено, разворачивается. Это подобно тому, как вы всю жизнь копили и хранили слайды, да еще с прошлой жизни остался целый чемодан слайдов, а теперь вы купили большой фильмоскоп, экран, и эти слайды начинают проецироваться на экран, все начинает показываться.

В вашей жизни все было. Некоторые слайды, если вы в них погрузитесь, будут вызывать у вас чувство привязанности и воспоминания, некоторые – чувство стыда, некоторые – чувство гнева, а какие-то – чувство радости и гордости. То есть, когда вы смотрите слайды из прошлой жизни, они вызывают у вас какие-то эмоциональные впечатления. И так же восприятие прошлых жизней в ритрите, восприятие самскар в промежуточном состоянии – это то же самое. Когда они вызывают у вас какое-то чувство, то вы заново его переживаете. Так может переживаться чувство вины, чувство раскаяния, чувство привязанности, чувство гнева, чувство страха и прочее. Эти слайды вам демонстрируются и вызывают в вас какие-то чувства, а поскольку ум не имеет опоры, он носится туда-сюда без опоры, если это не ум садху. Если ум садху, то он не впечатляется, глядя на эти слайды, он говорит: «Все – иллюзия. Я давно уже садху, а это все – детский сад». Или, по крайней мере, он способен вспомнить Прибежище, он способен вспомнить ишта-девату, и когда слайды демонстрируются, он читает мантру. Но если это не йогин, то все эти слайды вызывают у него разнообразные эмоции, его ум еще больше взбудораживается и начинает еще больше проецировать.

Если у ума нет опоры, то он принимает разные конфигурации под влиянием этих бхав. Вот так зарождается новая жизнь, то есть тяга к новому телу. Например, человек увидел гневные слайды, гнев вошел в него и 20 дней владел им. Так зарождается гневное тело, создается привычка проецировать себя, создается будущий асур или будущий воин, который в соответствии со своими самскарами будет с кем-то сражаться. А если демонстрируются слайды, которые вызывают приятные, хорошие, позитивные ощущения, ум погружается в них все больше и больше, 20 дней находится в них, то так зарождается целая тенденция, зарождается тело в облике божества и идет перерождение. Но почему говорят «перерождение божеством не освобождает»? Потому что жизнь в облике божества будет длиться только до тех пор, пока эти слайды будут действовать, пока не исчерпаются эти васаны. А там есть и другой багаж, там ничего не очищено, все осталось. Поэтому после переживания прекрасных образов в мирах богов сознание растворяется и снова возвращается к своему источнику в причинное тело, и снова слайды разворачивают новое. Если жизнь в мирах богов и гнев очистились, то остались слайды привязанностей, бхава привязанности, тогда ум снова погрузится, не умея освобождаться от этих слайдов. Ум погрузится, и придется отмывать, например, семейные кармы. И так будет продолжаться. Отмывая одни кармы, он еще будет накапливать новые. Таким образом возникает дурная бесконечность, зацикленный круг сансары. Так будет до тех пор, пока йогин не научится самоосвобождению, созерцанию, пока не растворит недвойственное видение, пока эти васаны, эта проецирующая сила не ослабеют настолько, что не будут играть никакой роли.

«То, что не имеет причины и не является результатом действий, что свободно от любых внешних признаков – это Брахман. Я и То (мир) – это Брахман. Такая твердая убежденность зовется знанием».

Брахма-вичара – это исследование Абсолюта. Мы должны исследовать Брахман интеллектуально, с помощью писаний. Ведическая традиция – это юкти (правильные рассуждения). Мы должны сначала научиться правильно, логически рассуждать, опираясь при этом на шрути (писания). Такое искусство правильного рассуждения вместе с четырьмя Махавакьями передается по цепи ученической преемственности, оно очень важно. Мы логически должны приходить к выводам Упанишад. Всегда, в любом случае. Это то, чему я учу учеников все время.

Когда процесс овладения юкти (логическим рассуждением) завершен знанием писаний, тогда наступает черед созерцательной практики.

Тогда наступает этап Брахма-вичары, этап медитации на Брахма-Ахам-бхаву, когда мы придаем уму конфигурацию Абсолюта, конфигурацию Брахмана, когда мы изучаем Брахмана, созерцаем Брахмана, исследуем Его. В процессе такого исследования наш ум сгорает, отдается Ему без остатка, мы осознаем сами себя как Брахман. Это и есть самоотдача и самоузнавание. Тогда рождается Брахма-джняна. Поэтому гуру всегда должен быть шротрия и брахма-ништха. «Шротрия» значит, что он владеет юкти, методом шастр, методом опоры на священные писания мудрецов и Упанишад. А «брахма-ништха» означает, что он владеет собственным опытом погруженности в Брахман.

«Я – познающий, а это – объект познания. Откуда такие мысли у йогина, который находится в совершенном единстве с Брахманом и не осознает объективный мир?»

Какие мысли у йогина, который находится в единстве с Брахманом? У него нет никаких мыслей. Когда он находится наедине сам с собой, у него нет мыслей, он не ведет внутренних дневников.

Одна моя ученица каждый день вела дневник, пока я не увидел это. «Сегодня было то-то, это было так замечательно». Я спросил: «Зачем ты занимаешься этой ерундой? Я читаю лекции о том, как не вести дневники, а ты ведешь дневник. Ты делаешь это потому, что ты в уме ведешь дневник. Твой ум пытается зафиксировать что-то на концептуальном уровне».

Но ум йогина не ведет дневник, это значит, что он не цепляется за переживание и концептуальное мышление. Йогин не разговаривает сам с собой, у него мысли могут быть, но только в соответствии с местом, временем и обстоятельствами в целях служения и помощи другим, в целях коммуникации. То есть он использует мысли как иностранный язык, как коммуникацию, потому что другие люди не владеют внемысленным состоянием, с ними надо общаться. Но это иностранный язык или ментальная сила, а не собственная позиция йогина. Когда йогин сам по себе, он не использует мысль. Он использует мысли для выражения своей бхавы вне мыслей, для коммуникации, для служения, так как для всего этого нужны мыслительные операции. Мыслительная энергия не отбрасывается, это хороший инструмент, но сам по себе, когда он не нуждается в решении каких-то задач, йогин сам с собой не разговаривает, он пребывает вне мыслей, мыслям просто неоткуда взяться. Поэтому, когда йогина спрашивают: «Как вы относитесь к этому? Что вы скажете по этому поводу? Что это? Что то?» – йогин смеется. Кирпич – это кирпич, елка – это елка, Солнце – это Солнце. Поэтому мастера дзен так и говорили: горы – это горы, реки – это реки, все нормально. Уже нет смысла говорить, когда ты погружен в Абсолют, когда ты не зависишь от мыслей, поэтому святые джняни смотрят на мир не через призму мыслей. Они используют мысли, но сами не смотрят на мир мыслями. Те же, кто пребывает в авидье, смотрят на мир мыслями. Те, кто обладают пашу-природой (природой животного), те даже мыслями не смотрят на мир. То есть смотреть на миры мыслями еще надо заслужить. Для этого надо получить образование, уметь хорошо излагать, писать, связно, концептуально и логически мыслить, иметь определенный склад ума. А в пашу-бхаве человек мыслит эмоциями, действиями и ощущениями; он мыслит так: «Он мне не нравится». Если интеллектуал мыслит так: «Ему не хватает таких-то качеств» или «Он принадлежит к таким-то политическим взглядам», то человек в пашу-бхаве мыслит так: «Он не нравится мне. Сейчас я его ударю». Это пашу-бхава, пашу-природа.

Йогин свободен от связанности эмоциями, от связанности мыслями. Как он видит? «Ахам Брахмасми» (Я – Брахман). Это максимум, что можно сказать. «Брахман Сат Джагад Митхья» (Брахман реален, вселенная нереальна). «Шивохам» (Я – это Шива). Или в его душе звучит семенная мантра его божества, гуру-мантра или мантра Прибежища. Звучит не как повторяющаяся цепочка мыслей, а как бхава, просто звучит как песня внутри. Или его ум подобен пространству, в котором не возникает цепочек мыслей.

«Как абсолютно пространство в теле, так же абсолютен и Атман. Различение этой истины зовется „осознание абсолютности полноты Атмана“. Как пространство, ограниченное горшком, на самом абсолютно совершенно, так же и Атман, обитающий в теле, действительно абсолютен, совершенен».


26 апреля

«Как пространство, ограниченное горшком, на самом деле абсолютно (совершенно), так же Атман, обитающий в теле, в действительности абсолютен (совершенен). Святой человек посредством чистого ума чувствует недвойственного Шиву, присутствующего внутри, как запредельное пространство. Такой мудрец зовется «осознавшим абсолютность Атмана».

Тело – это озаренный сознанием храм, построенный из 36 элементов, начиная с Шивы и заканчивая элементом земли. Чистый ум – лотосный трон в этом храме. В глубине сердца воплощенного существа Высший Господь Парамешвара (то есть Шива) присутствует как запредельное пространство сознания».

Тело – это храм, в котором блистает свет чистого божественного осознавания. А чистый ум является его лотосным троном. Что это означает? Когда мы визуализируем в йоге иллюзорного тела, мы размещаем в центре тела, в центре груди сначала семенной слог, затем джняна-девату – наше избранное божество Бхагавана Даттатрейю, сущность которого – чистый свет. Это и практика, и метод, и сам принцип того, что в этом теле живет Бог, его сущность светоносна. Затем мы представляем себя в облике божества. А если развивать визуализацию, то такое представление перерастает в лотосный трон, в дворец, в чистую страну, во множество различных чистых образов. И чистый ум, если он очищен и воспринимает Божественный Источник в теле (внутреннего Даттатрейю), преображается в чистый лотосный трон, иллюзорное тело дхьяна-деваты, дворцы, Чистые Страны и во все другие чистые проявления, потому что ум воспринимает божественный Свет и сам очищается, сам обожествляется. Он не может не обожествляться, если он внимателен к этому Свету, если он на него настроен, если он его слушает, если он имеет к нему чувствительность, если он памятует его.

Нечистые умы живых существ постоянно что-то проецируют под воздействием вуалирующей силы тамаса и раджаса, которые присущи сансаре. И эти проекции отнюдь не божественны. По причине этих проекций создаются различные кармические связи, происходит перерождение. Но когда ум начинает воспринимать божественный Свет, то его проекции или становятся чистыми, или он вообще перестает проецировать и воспринимает божественный Источник. И тогда ум становится переходным звеном на пути к телу. Через очищенный ум этот чистый божественный Атман напрямую управляет телом, то есть тело находится в ведении божественной воли. Уже действует иччха-шакти (божественная сила), а не сила неведения (авидья). Тогда тело, как кажется людям, совершает различные божественные деяния, но, с точки зрения Атмана, оно не совершает никаких деяний, а происходит лила.

Как воспринимать Свет Атмана всегда и везде? Чтобы не отвлекаться, практикуйте восемь раз в день какие-нибудь небольшие техники до наступления длительных сессий. Например, садхану Атма-вичары, садхану божественного величия, садхану Брахма-вичары, садхану преображения в иллюзорное тело, Шамбхави-мудру. Практикуйте их восемь раз в день в течение светового дня по одной минуте и увидите, какая будет польза даже от одноминутного сосредоточения. Если вы входите на одну минуту в какое-нибудь созерцание, после этого созерцания остается остаточный шлейф, остаточные впечатления, аромат созерцания, который сохраняется еще минут десять. Поэтому за восемь раз по одной минуте вы получаете восемьдесят минут дополнительного осознавания в течение дня, если вы делаете одну технику, а если вы делаете еще две-три, то вы получаете 160 или 240 минут в день. Делим 240 на 60 и получаем четыре часа в день дополнительного хорошего присутствия кроме программной медитации, кроме бхаджан-мандалы в повседневной жизни. Такие небольшие сосредоточения предназначены для поддержания осознанности в течение дня, чтобы вы не отвлекались, чтобы пресекать тамас, раджас и отвлечения, чтобы этот аромат и аура созерцательного присутствия сохранялись вами.

«Это тело называют городом Шивы, собранным из семи тканей (дхату). Его сокровенный центр – прекрасный лотос сердца с тончайшим пространством внутри. Там обитает Сам Шива: Бытие, Сознание, Блаженство».

В сердце обитает Сам Шива в форме Бытия, Сознания, Блаженства. Как следует понимать эти слова? Эти слова надо интерпретировать в мистическом опыте. Например, вы медитируете, и внезапно в центре груди подымается энергия. Вы внутренним зрением видите чистейшую вспышку Света и остаетесь с этой вспышкой чистейшего, белого, прозрачного Света. Вот так переживается маха-акаша. Или же пространство внутри открывается как чистейшее пустотное недвойственное пространство, в котором вы подобны точке. Так переживается парам-акаша. И различные уровни пространства, которые переживаются в теле, в центре груди, не относятся к телу, не относятся к точке в теле, но они могут там иногда переживаться. Или возникает видение пространства чистейшего золотого Света. Все эти различные виды пространств сокрыты внутри вас, они настолько тонкие, что уму их сложно воспринимать. Однако ум действует только потому, что этот Свет падает на васаны и заставляет энергию ума двигаться. Если бы этого Света не было, вы бы не могли ни думать, ни чувствовать. Именно этот Свет в вас чувствует, этот Свет в вас думает. Но когда первоначальный импульс Света соприкасается с пятью кошами, то он уже воспринимается через энергию образов, мыслей и чувств. Этот Свет внутри вас – главный действующий агент, именно по причине него вы имеете самоосознание, различение, понимание, то есть никто о нем не догадывается, но только он и действует. Он – главный источник всех действий, всех восприятий и всей мысленной активности, хотя сам он в этом не участвует. Он действует по принципу чидабхаса (отражение), то есть пять кош отражают Свет Атмана и начинают двигаться.

Можно привести такой пример. Солнечный свет падает на солнечную батарею, в солнечной батарее возникает реакция, возникает электрический импульс, который вращает лопасти вентилятора. Сам солнечный свет не вращает лопасти вентилятора. Батарея воспринимает его импульс, в ней разгораются разные реакции, и появляется электричество. Сам солнечный свет это не делает. Он существует вне таких понятий как лопасти, вентилятор, электричество, он отделен от всего этого. Но без Солнца ничего бы не было, Солнце – изначальный источник.

Таким же образом Свет падает на коши, как на солнечную батарею. В кошах происходит замыкание разных импульсов, и эти импульсы приводят в действие наше тело, наши чувства, прану в каналах, нашу мысленную активность, активность наших мыслей и образов. Если мы занимаемся самоисследованием, мы можем проследить все импульсы, все восприятия, мысленную активность до их Источника. Вы не видите Солнце, но догадываетесь, что оно есть. Если вентилятор (холодильник, телевизор и так далее) работает, это значит, что где-то есть источник, они получают откуда-то энергию, вы ищете розетку. Если есть розетка, значит, где-то есть аккумулятор или батарея, или электростанция. Вы идете туда и находите солнечную батарею. Если есть солнечная батарея, значит, какие-то лучи на нее падают. И тогда вы обращаетесь к источнику и находите изначальную причину.

Поэтому Атман и называют Всевышним Источником. Всевышний означает «самый высший», Тот, кто является Истоком всего, что есть. Юкти (правильное рассуждение) в ведантической традиции предполагает, что мы должны найти этот Всевышний Источник методом панча-коша-вивеки и очень ясно убедиться в этом, без всяких сомнений, чтобы это убеждение постепенно перерастало в осознавание, в созерцательность, а созерцательность раскрывала разные глубины опыта. В Атма-вичаре мы докапываемся до этого Источника, начиная с чувства «Я», пытаясь понять, что же стоит за мысленной активностью, за двигательной активностью, за эмоциональной активностью, за энергиями. В Брахма-вичаре мы на основе знания писаний сразу настраиваемся на этот Источник и пытаемся его исследовать. Это подобно направлению телескопа на Солнце.

«Его Свет всегда можно увидеть там, как небо, отраженное в воде. Свободный от внешних атрибутов, Сознание (Шива) живет во внутреннем лотосе сердца».

Бхакти-йога – это когда мы не занимаемся исследованием, а говорим: «Я верю в это. Мне нечего исследовать, я сразу в это верю. Я верю потому, что я верю в линию гуру, я верю в гуру, в ишта-девату, в святых, в священные писания. Внутреннее чутье в моем сердце подсказывает мне это, поэтому я сразу на Него настраиваюсь». Здесь важна преданность, а не исследование. И через преданность вы стремитесь сразу установить связь с этим Источником. Вы желаете отдаться этому Источнику, чтобы Он руководил вами; вы уже не ищите Его. Тот, кто не знает, где Кайлас, он его ищет, он исследует: может, он в Тибете, может, в Китае.

Вера, самоотдача, преданность убирают ум. «Он есть, и моя задача уже быть в Нем, моя задача оставаться в Нем, пребывать в Нем». Джняна-йога, Ануттара-тантра, самоузнавание идет еще дальше. Они говорят: «Это «я» – фикция. Я – уже Он. Я – уже в Нем». Вопрос о «я» даже смешон. Есть только Он, и все. Он – это все, о «я» не говорим. Он в этом теле, Он есть и Он один. Его можно назвать Я (Ахам), можно назвать То, можно сказать Шивохам, можно сказать Ахам Брахмасми. Но это не меняет ничего. Это самоузнавание.

«Следует размышлять о Его множественности как о пространстве, разделенном сосудами. Пространство можно познать, хотя оно вездесуще и простирается над всеми существами; так и Атман можно познать, хотя Он вездесущ». Для того, чтобы использовать сравнение, описывается стхала «Точечное пространство».

«Как единый вездесущий воздух принимает форму единого дыхания, праны в живых существах, так и вездесущий Атман живет во всех. Как единое неизмеримое пламя сияет повсюду, так и Шамбху (Шива, всеобщее Я) не делится на части. Во всех существах сознание сияет, как зеркало, а Шива отражается в этом зеркале как Атман. Шива, превосходящий высшее, независимый свет сознания, он единый пребывает во всех существах».

В нашей традиции аналогии с пятью элементами используются для обнаружения Атмана, для утверждения в Нем, обретения устойчивости, уверенности в созерцании и самоотдаче. И земля описывается как то, что является основой, опорой для всего. Размышляя над качествами земли, мы должны прийти к выводу: как земля является опорой для всего, так же и Высший Свет – Источник всего (Атман) – является опорой для всего. Таким же образом, размышляя над качествами воды, огня, воздуха и пространства мы должны установить связь со Всевышним Источником, обрести уверенность.

Например, пространство есть то, в чем все живые существа, все предметы расположены, в чем они как бы подвешены, в чем они парят. Это вместилище всего. Само пространство невидимо, но именно потому, что оно есть, предметы могут располагаться, между ними есть размерности, связи, отношения. Мерность пространства – это одна из базовых характеристик любой вселенной, а не только нашей. Наша вселенная имеет три измерения. Ученые говорят, что изначально при творении вселенной она имела двенадцать измерений, просто девять из них приобрели непроявленную составляющую при развитии Вселенной, осталось три измерения: длина, ширина и высота. Но еще в качестве четвертого измерения называют время, то есть то, что постоянно вносит изменения.

Пространство – базовый элемент любой вселенной. Например, когда мы хотим визуально создать пространство Чистой Страны в йоге чистой страны, мы сначала начинаем с визуализации слога ХАМ, круга пространства. Затем из пространства последовательно проявляются другие элементы, а затем облик Чистой Страны с дворцами и всем населяющим ее. Это принцип, который является общим для всех тантрийских визуализаций при построении таких мандал. Отождествляя Свет Атмана и принцип пространства для того, чтобы обрести устойчивость, мы должны прийти к выводу, что Атман является вместилищем всего, основой всего. То есть вы никуда не можете деться из него, вы не можете выпасть из него. Оно всегда, оно везде, оно неизменно, оно ни от чего не зависит. Очень важный фактор пространства – это то, что оно ни от чего не зависит, оно неизменно. Например, как бы вы не хотели, вы не можете поменять небо, повлиять на пространство, вы даже не можете его схватить, вы можете только пронаблюдать его, как-то догадаться, сделать выводы о нем. Поэтому тот, кто много медитирует на пространство, становится отрешенным. Пространство является иллюстрацией Атмана. Медитация на пространство очень важна для обретения естественной устойчивости. Если вам не хватает пространства в созерцании, ум скукожен, то, применяя Шамбхави-мудру, медитацию на открытое небесное пространство или другие особые методы, вы можете добиться постоянной распахнутости ума. Распахнутость ума – это признак продвинутого йогина. Не то, чтобы он был великий святой или просветленный, просто с ним все хорошо. То есть если ум распахнутый, то с тобой все хорошо; если ум не распахнутый, то это значит, что у тебя есть или будут какие-то проблемы. Почему? Потому что в нераспахнутом уме всегда возникают проблемы, он не знает, куда все девать, у него нет пространства самоосвобождения, ему приходится сбрасывать мысли в негатив либо на себя, либо на других. Или же он привязывается и цепляется. То есть он не знает, как действовать со своими мысленными энергиями, ему некуда все это растворить, у него нет универсального растворителя – пространства. Но если у него есть вера, он может растворять это через веру, происходит манолайя. А если нет ни веры, ни пространства, то все остается внутри тебя и требует выхода, требует проекции, требует привязанности к объекту. Если есть пространство, то манолайя происходит естественно.

Другой принцип – элемент огня. Огонь является всеочищающим. Что бы в него не бросили, он сжигает это. Таким же образом принцип Атмана, как изначального Сознания, очищает все, не взирая ни на что. Чистое видение зарождается из этого понимания. Например, если мы в огонь бросим сутру, мирскую газету, какой-нибудь текст с фашистской идеологией, которую мы вообще не приемлем, или текст со священными писаниями, то огню все равно. Он сожжет и то, и другое. В результате останется пепел. Огонь олицетворяет чистоту единого вкуса. То есть единый вкус олицетворяется огнем, этой чистотой, которая все уравнивает, все сжигает. Не просто уравнивает, а делает все изначально чистым. Если вы бросите дрова или еще что-либо, огонь сожжет их. Таким же образом, когда появляются мысли трех видов (чистые, нейтральные и нечистые; саттвичные, раджасичные, тамасичные) и касаются огня осознавания, света осознавания, они исчезают, как в огне. В итоге по факту остается один огонь. Это свойства огня, над которым мы должны размышлять, чтобы перенести эти же качества на восприятие Атмана.

Свойство воды таково, что вода может наливаться в любые упадхи и принимать их форму. «Упадхи» на санскрите буквально означают «то, что наделяет предмет определенными характеристиками, не затмевая его изначальную сущность, но при этом изначальная сущность не окрашивается этими характеристиками». Например, вода наливается в розовые, зеленые, желтые, синие, красные бутылки, и кажется, что вода приняла форму бутылок разного цвета. Бутылки – это упадхи. Изначально вода не меняла своих качеств, но у нее появились признаки, и ее собственные свойства были затемнены. Атман так же может принимать форму любого объекта, может входить в упадхи. Например, тело – это упадхи (как бутылка для воды). Атман залит в тело, тело является упадхи для Атмана, и кажется, будто тело изменяет признаки Атмана, кажется, будто Атман становится мужчиной, женщиной, стариком, девушкой, юношей, но на самом деле Он не изменяется, его фундаментальные признаки не изменяются. Атман обладает способностью, не изменяя свои признаки, проникать в любую вещь, наполнять любую вещь. Например, Атман может наполнять тело носорога, тело птицы, тело бабочки, тело человека, тело муравья, тело слона, тело брахмана, кшатрия, вайшьи, шудры, чандала (неприкасаемого, собакоеда), тело божества, тело гандхарва, ракшаса, якша, асура, видьядхара, пишачи. Сам Он во множестве тел никак не изменяется. Когда мы это понимаем, нас больше не вводят в заблуждение никакие упадхи. Отделить Атман от упадхи необходимо для того, чтобы упадхи не могли ввести нас в заблуждение. Обычных людей упадхи всегда вводят в заблуждение, потому что люди судят по телу, судят по уму, «встречают по одежке, провожают по уму». Так происходит в мире людей, но в мире садху все иначе: встречают по бхаве, провожают по Атману или наоборот. Не важно кто ты, а важно, что в тебе уже есть Атман. Упадхи сбивают с толку всех живых существ, потому что каждое живое существо реагирует не на Атман, а на упадхи, то есть реагируют на тело, на праны, на ум, а Атман не сильно принимают в расчет. В этом ошибка всех живых существ, обусловленных сансарой. Святые и божественные существа в первую очередь стремятся видеть Атман, а во вторую очередь обращают внимание на упадхи. Вот такие выводы мы должны сделать, когда анализируем элемент воды.

Итак, земля – это основа. Элемент воды – это способность заливаться в любую упадхи, не теряя своего изначального признака. Огонь – способность очищать все, видеть все чистым. Пространство – это способность вмещать в себя. Ветер (воздух) – это вездесущность, то, что распространено везде и является жизненной силой, жизненным дыханием каждого живого существа. Например, атмосфера для семи миллиардов людей одна, общая, мы все дышим одним воздухом. Расы, нации, культуры, языки – все это разное, а воздух-то один, все дышат одним воздухом; никто не может сказать: «Я дышу американским воздухом», или же «Я дышу украинским воздухом», или же «Я дышу молдавским воздухом». Это все один воздух. Более того, даже рыбы, звери и птицы тоже дышат тем же воздухом, то есть наша судьба в этом кармическом измерении – всем дышать одним элементом воздуха, все воспринимают один и тот же воздух. Воздух вездесущ, он все наполняет, он – часть этого жизненного пространства. Если пространство является основой сферы (локи), тем, что вмещает в себя все, то воздух является тем, что наполняет жизненной силой, праной. Так же и Атман не только вмещает в себя все живые существа, но Он еще и наполняет, является жизненной силой в каждом живом существе. Эта жизненная сила потом в нас становится праной.

Медитируя на аналогии пяти элементов, мы можем получить опыт прозрения на каждом из элементов. И каждому элементу благоприятно уделить хотя бы около трех дней созерцания.

Вопрос:

«Пространство бесконечно или же конечно?»

Пространство всегда бесконечно. У него нет границ.

Вопрос:

«А есть ли абсолютное Ничто, где нет пространства?»

Есть. Есть черная дыра. В черной дыре даже лучи света теряются. То есть считается, что пространство – это основа для распространения лучей света. Есть такое понятие как «горизонт событий». Черная дыра – это особая область во Вселенной, где ничто не может происходить, где даже свет теряется, не может распространяться в этой среде. Там искривляются параметры пространства, и происходит пробой – выход за пределы пространства. И это уже не пятый элемент, а скорее всего, шестой элемент – дыра в Причинный мир. Вот что такое черная дыра. Черные дыры многими современными учеными, например Стивеном Хокингом, считаются порталами в параллельные измерения. Ученые на полном серьезе строят планы, как можно совершать переходы по червоточинам времени, квантовые гиперпрыжки в пространстве, используя черные дыры в качестве таких порталов. То есть, если взять бумагу, то жуку, чтобы доползти от одного конца бумаги до другого (30 см) надо время, например, пять минут, а если жук не будет ползти, а свернет пространство, он сразу же через секунду окажется на другой стороне листа. Таким образом, ученые думают над тем, как сворачивать пространство, используя для этого адронный коллайдер или делая гиперпрыжки через черные дыры. О сворачивании пространства еще в Упанишадах говорится. Когда люди научатся сворачивать пространство легко, как кожу, тогда они станут совершенными даже без помощи богов, потому что специалисты в сворачивании пространства – это боги. Но само пространство бесконечно. То есть черные дыры уже не относятся к элементу пространства, это другой элемент.

Вопрос:

«А переживание абсолютной черноты в четырех уровнях света – что это?»

Вот это, примерно, и есть черная дыра.

«Он единый пребывает во всех существах и кажется ограниченным, но при этом зовется вездесущим. Как одно единственное Солнце проникает своим светом повсюду, так и Шива (Атман) проникает повсюду своими различными энергиями. Великое пространство, существующее в теле, и мир не отличаются друг от друга. Таким же образом высший Атман не отличается от воплощенного Атмана. Это известно как великое пространство».

Высший Атман – это есть Сам Брахман. Воплощенный Атман – это тоже Атман, только имеющий форму в теле, имеющий локализацию. Но эта локализация кажущаяся. Если мы проведем анализ пяти оболочек, то мы обнаружим, что Атман находится за пределами оболочек. А то, что Атман находится в кошах (оболочках) – это только кажимость. Поэтому и говорится, что Высший Атман и воплощенный Атман имеют одну природу, это одно и то же.

«Как не различается пространство в горшках и светильниках, так и Атман, живущий в мире и в телах, также не различается».

Фундаментальный принцип Адвайты – это неразличение Атмана в любых упадхи. Например, нельзя сказать: «Пространство в стакане лучше, чем пространство в чашке», «Пространство в чашке лучше, чем пространство в Солнечной системе». А чем они, собственно, отличаются? Это же упадхи, вместилища. Планеты, Солнечные системы, размеры – это уже более грубые элементы и характеристики внешнего пространства, а по сути пространство – на кончике иглы. Пространство Солнца, пространство галактики, пространство всей нашей Вселенной, пространство метагалактики (большого скопления галактик) – одно и то же. Многие ученые считают, что пространство огромной вселенной имеет ячеистую структуру, то есть галактики, скопления галактик выстраиваются таким образом, что они напоминают поверхность сот, имеют вид огромных ячеек. Одна ячейка – огромное скопление галактик, наша галактика – это просто точка. Эти огромные соты распределены во вселенной. Они имеют форму геометрического узора (фрактала). Но даже если мы возьмем огромное пространство метагалактик и пространство этого стакана, эти пространства по сути ничем не отличаются.

То же самое касается и Атмана. Нельзя сказать, что Атман слона лучше Атмана человека, или Атман человека хуже Атмана божества, или Атман божества лучше, чем Атман муравья. Это было бы неправильно, ошибочно с точки зрения Адвайты. Упадхи очень сильно различаются, это верно. Но нельзя сказать, что Атман Будды лучше Атмана кота. Атман – он и есть Атман. Он не может быть хуже или лучше, он всегда чист и совершенен. Но в упадхи (форме проявления) Атман Будды достиг гораздо большего, чем Атман кота. По силе мысленной энергии, по чистоте пяти кош, по карма-идриям и джняна-индриям, по кармическим накоплениям в форме проявления различных шакти, разумеется, есть различие. Атман Брахмы и Атман человека (например, послушника) одинаков. Брахма пребывает в полноте всех энергий, послушник думает, как изучить учение о 16-ти кала, как стать в будущем Брахмой в течение многих-многих десятков, сотен, миллиардов жизней. Чтобы достигать такого уровня самопроявления, как у Брахмы, нужно вести садхану, но по сути Атман человека и Атман Брахмы одинаковы. Просветление открывается с пониманием факта, что в нас есть одинаковость. Если бы одинаковости не было, то и духовный путь не был бы возможен. Духовный путь возможен именно потому, что есть факт тождества, идентичности. И раз мы одинаковы, то вопрос заключается только в раскрытии этого потенциала, не в создании его, а в раскрытии. Это как проросшее семя дуба и семя дуба в мешке – одно и то же семя, это один и тот же генетический материал, те же гены и те же хромосомы.

«Шива, Высший Брахман, которого именуют Высшим Пространством, неописуем. Его ни с чем не сравнить, Он недостижим для речи и ума. Его лики повсюду, Он – Бытие, Блаженство и Сознание. Он за пределами времени, Он за пределами всех частных случаев, Он не испытывает никаких последовательных изменений, Он может быть познан через непосредственный опыт. Он – место восхода всех светил. Мудрые называют его Великий Линга. Без Него – Великого Линги, Великого Пространства – мир не может существовать. Высшее Пространство, непроявленное, характеризующееся Сознанием и Блаженством, называют Линга Света. Именно там растворяются йогины. Именно Сознание, форма которого Высшее Блаженство, является предельным состоянием. Так говорят о великом пространстве мудрецы, освободившиеся от сомнений».


29 апреля

Призывание святых энергий, божественных существ, призывание Линии Передачи (гуру-шишья-парампары), святых Древа Прибежища – это то, чем мы начинаем каждую практику, и то, чем мы заканчиваем. То есть эта практика важна в начале, важна в середине и важна в конце, потому что божественное является основой нашей жизни, божественные энергии присущи нам с рождения. Мы не призываем что-то искусственное, выдуманное, мы восстанавливаем утраченную связь со своими божественными аспектами. А тот факт, что мы утратили связь со своими божественными аспектами, никому не надо доказывать, достаточно оглянуться вокруг, посмотреть на себя в зеркало, проанализировать, где ты находишься. Сам факт рождения в земном мире – это, однозначно, указатель на то, что мы утратили связь с божественными аспектами, если только вы не аватар, не миссионер, не бодхисаттва, то есть тот, кто пришел сюда, зная, зачем, что ему здесь делать, тот, кто родился по велению богов, пожертвовал собой, так сказать. Бывает, что врач из какой-нибудь богатой западной страны (из Америки или из Европы) просто принимает на себя волонтерское служение и едет в Африку, живет в плохих условиях, лечит африканских детей. У него миссия такая, «врачи без границ». Он решает выполнять эту миссию, у него у самого нет нужды жить в Африке, но он выбирает этот регион, видя это как свое служение.

Те души, которые живут здесь, обладая миссией служения, выполняя какую-нибудь важную функцию во вселенной, в мироздании, в поддержании Дхармы, они немного не такие, как другие люди. Они рождены не из кармы, не из родительской кармы, не из кармы своего ума, они рождены санкальпой, намерением святых, которые их благословили, санкальпой богов или своими собственными в прошлом данными обетами и клятвами, которые они и воплощают. Соответственно, и вектор их жизни другой, и смысл жизни у них другой. Они своей жизнью как бы проводят божественные истины, ради которых они и воплотились. Но, разумеется, все равно они тоже подвергаются всем ограничениям этого мира, потому что, не подвергаясь этим ограничениям, невозможно помогать. Чтобы помогать, ты должен полностью войти в этот мир, полностью принять все его законы, ограничения, правила игры, но не потерять себя. То есть даже подвергаясь всем ограничениям, они не теряют себя. Так путешественник, отправляясь в Африку, испытывает все неудобства, которые испытывают туземцы, живя в джунглях, но все же самоосознание у него другое, миссия у него другая. Он живет в джунглях не потому, что он не может жить в другом месте, а потому что он путешествует с определенной целью.

Итак, мы призываем божественные энергии в начале практики и в конце практики, чтобы восстановить утраченную связь с божественным измерением, чтобы освободиться от цепких уз сансары и привязанностей, которые нас держат, и понемногу войти в более чистое и возвышенное видение, контактировать с Божественной Реальностью. Такое призывание очищает карму, меняет судьбу и пробуждает в нас скрытые заслуги, скрытые божественные тенденции, активирует собственную внутреннюю мудрость. Наша собственная мудрость существует прямо сейчас, но она существует как потенциал, который заблокирован, как зеркало, которое покрыто пылью. Эту пыль мы стираем и стираем ежедневной садханой, упасаной (поклонением избранному божеству), чтением текстов, сатсангами, служением. Этой пыли много, поэтому ее надо постоянно стирать. И на этом пути мы должны стараться, мы не должны делать перерывов, мы не должны идти на какие-то компромиссы. Компромисс означает, что я забываю практиковать из-за лени, из-за неосознанности, из-за отвлечений, потому что у меня есть желания. Да, такое состояние всегда есть у духовного практика, но духовный практик тем и отличается, что он все время помнит о своем выбранном пути и прилагает усилия.

Когда мы прилагаем усилия, это называется тапасья (аскеза). Когда мы идем против каких-то васан, против тенденций ума, мы выполняем духовную практику, мы выполняем садхану. Для начала не надо пытаться брать сложные практики, бывает так, что люди начинают духовную практику на невероятном подъеме, они окрылены, у них такие высокие цели, они, наконец, обрели смысл жизни, они узнали такие великие, потрясающие истины, перед ними раскрываются такие возможности. Они начинают усердно практиковать, но проходит несколько лет, и снова их васаны (тенденции ума) пробуждаются, они ослабляют практику. Не получая быстрых результатов, они немного разочаровываются, расслабляются, у них начинается то, что называется «прокрастинация» на научном языке, а на русском – лень. Некоторые считают, что прокрастинация – это способ научно обосновать лень, а другие говорят, что прокрастинация – это психологическая болезнь. Но как бы это не называлось, мы должны понять природу этой лени и все время бросать ей вызов и преодолевать ее. Мы должны говорить себе: ты не должен отвлекаться, и помнить слова святых: «Отклоняй развлечения, дорожи созерцанием».

В чем заключается природа этой лени? Представьте человека в виде капитана у руля своего собственного корабля, который рулит и ведет корабль сквозь волны в открытом море к каким-то неведомым заморским странам и неоткрытым островам, к берегу освобождения. Он крепко держит штурвал, ему навстречу ветер в лицо и брызги волн. И лень (прокрастинация) возникает сначала как какая-то обезьянка, скачущая перед штурвалом, перед капитаном. Если капитан – это наш ум, то скачущая обезьянка отвлекает внимание капитана и не дает ему правильно направлять свою жизнь, не дает ему возможность правильно вести свой корабль в нужном направлении. Она постоянно скачет, делает разные трюки и фокусы. Капитан никак не может сосредоточиться, он не смотрит на курс, не смотрит на карту, он следит за обезьянкой, ему никак не хватает силы воли сосредоточиться на правильном прокладывании курса. Лень часто возникает не из-за самой лени, а из-за того, что есть небольшие отвлечения. Они небольшие, но постоянные. Казалось бы, это же так легко, брать и направлять ум туда, куда надо. Но сначала одно отвлечение, потому другое. Так происходит ежесекундно, ежеминутно, ежечасно и годами. Человек надеется на практику, но не находит время для практики прямо сейчас. Если появляются какие-то проблемы и стрессы, человек начинает вспоминать о практике Дхармы, приходит панический монстр и пугает эту обезьянку, обезьянка убегает. В результате капитан может сосредоточиться на штурвале и вести свой духовный корабль в правильном направлении.

Таким паническим монстром являются Четыре Осознанности. Йогин должен призывать такого панического монстра не для того, чтобы себя в панику ввести, а для того, чтобы он прогнал эту обезьянку скачущего ума. То есть йогин должен размышлять, он должен трезво анализировать свою жизнь. Четыре Осознанности включают в себя размышления над страданиями в сансаре, над тем, что любые желания, любые наслаждения в сансаре, любые надежды, цепляния и страхи ведут к страданиям, если они делаются из эго, если только они не игровые, если они не направлены на служение и в них есть цепляние. Если они эгоистичны, то они всегда приносят страдания. Ради служения мы тоже выражаем намерения, но за ними нет эгоистичного цепляния, эгоистичной воли; это все направлено на благо Дхармы, а личных результатов и плодов мы не желаем. Тогда это становится нишкама-карма-йогой, которая страданий не приносит. Но все, что ниже этого, все эгоистичные стремления и желания приносят страдания. Это сущность мира сансары, потому что вся сансара – это обитель неправильного воззрения, неправильного созерцания; если бы оно было правильным, то сансара бы не существовала. Все существа в сансаре с их законами, смыслами, целями, моралью, этикой, логикой, наукой, искусством, культурой, пониманием, связями, отношениями – это все большое-большое неведение (авидья). Так мы смотрим на сансару. С другой стороны, вся сансара иллюзорна.

Как мысли иллюзорны (они появляются только по нашей невнимательности), так же и сансара иллюзорна. Заблуждения в иллюзии, признание иллюзии чем-то настоящим приносит страдание, поэтому мы должны четко и твердо убедиться: да, сансара приносит страдания! Причем под сансарой мы имеем в виду не только материальный мир с его жесткими энергиями, но и наше собственное отношение, нашу собственную привязанность к этому материальному миру, наши иллюзии и цепляния за него. Когда мы убеждаемся, что такие иллюзии, цепляния и привязанности приносят страдания, наша решимость практиковать усиливается.

Все привязанности возникают из ума, и сансара – это наши привязанности к материальному, привязанность к концепциям, привязанность к эго и ко всему, что олицетворяет собой неведение. С чем это можно сравнить? Например, есть азартные игры. Сами по себе азартные игры не опутывают человека, они ничего не могут сделать, у них даже нет самоосознания. Это просто некие компьютерные или карточные игры, некие принципы. Но когда человеческий ум вступает в их область и возникает привязанность, захваченность, цепляние, вплоть до каких-то маний, то это уже называется страдание, он не может от этого отвязаться. Таким же образом сансара – это большая-большая азартная игра, все живые существа вовлеклись в нее, как говорится, «подсели на нее» и не могут от нее отвязаться. Она приносит им страдания, приносит какие-то наслаждения, но, в конечном счете, захваченность этой сансарой не дает им видеть мир правильно, таким, как он есть, приносит страдания. Поэтому мы и размышляем над страданиями. Пока мы страдания в сансаре не увидели, не увидели ее пагубность, у нас будут надежды на сансару, мы будем вечно чего-то жаждать, чего-то желать, эгоистично добиваться, а Освобождение, Бог, Дхарма у нас всегда будут на третьем, на пятом месте.

Второе, над чем мы размышляем, – над непостоянством, так как главный фактор, который приводит к страданиям в сансаре – это непостоянство. Дело в том, что мы не можем увековечить этот мир, мы не можем увековечить себя в нем, наши связи и наши отношения. Этот мир постоянно меняется, трансформируется, двигается. И как бы мы ни хотели, все наши цели и планы подвержены огню времени, огню непостоянства, тому, что называют Маха-кала (великое время). Когда силой времени все наши планы обесцениваются, мы убеждаемся: да, мир сансары какой-то пустой, иллюзорный и наполнен страданием. Например, если мы поразмыслим о великих полководцах, о великих политиках, великих деятелях прошлого, о великих народах, великих битвах, великих достижениях, то где они сейчас? Только строчка в энциклопедии. О них разговаривают историки, но остальные о них даже не помнят. Где их цели, где их великие истории любви, измен, дуэлей, сражений, споров? Где великие философии и идеологии, великие нации, великие короли? Где они все? Все это только память, это все как небытие, это игра, которая шла на сцене жизни и закончилась. Все, их нет. И это результат ветра непостоянства. Когда человек живет, он думает: ну, я-то буду вечным. У него есть чувство вечности от Атмана, но на самом деле он так же подвержен непостоянству. Мы почему-то понимаем непостоянство в отношении других, но в отношении себя не понимаем. Поэтому мы больше должны размышлять над непостоянством, чтобы отрешиться и выработать правильный взгляд на Дхарму.

Есть также закон кармы (закон причин и следствий). Наши мысли порождают наше будущее. Наш ум выдувает, словно мыльные пузыри, все новые и новые тенденции, бесчисленное множество тоннелей реальности. Ум очень пластичен, он обладает свойством трансформироваться, он может, сосредоточившись на чем-либо, создать самые немыслимые конфигурации во вселенной. И следующая жизнь – это погружение в эти тоннели реальности, если возникает привязанность к ним. Поэтому мы должны следить за своим умом, за своей речью, за своими поступками и направлять их только к Дхарме Освобождения.

Наконец, когда мы размышляем о драгоценном человеческом рождении, мы начинаем по-настоящему ценить эту жизнь, потому что эта жизнь – это великий шанс на свободу, великий шанс душе познать Бога.

Когда мы размышляем над Четырьмя Осознанностями, мы можем правильно ставить цели. Разочарование в сансаре дает нам силу к отречению. Не важно, монах вы или мирянин. Важно, даже живя в миру, иметь отреченный ум, так как без отреченного ума вы не сможете стать садху. Отреченный ум означает: я не привязываюсь к миру. Я смотрю на мир, как на иллюзию, но хорошо исполняю свою дхарму, свои обязанности: свадхарму, варнашрама-дхарму, социальную дхарму. Это и есть внутренняя аскеза – жить в состоянии отречения от мира.

Когда отречение от мира достигает какой-то точки, наступает уединение ума, вы постоянно можете быть в свидетельствующем осознавании. Когда уединение ума набирает силу, возможна мауна ума (молчание ума), а это уже признак определенной реализации, потому что вместо молчания ума приходит зеркало осознавания, то есть глаза, способные видеть Бога. Когда у нас устанавливается молчание ума, мы можем пребывать в осознанном созерцании. Мы можем изучать священные тексты, и нам становится все понятно. Мы можем свободно рассуждать о великих истинах, и у нас пробуждается видение мира как иллюзии. У нас пробуждается чувство Бога, у нас по-настоящему пробуждается вера, глубина понимания Дхармы, преданность Богу, преданность Дхарме, преданность садхане, связь с гуру, гуру-йога, Линия Передачи. Все это расцветает в нас, духовная практика становится сильной. У нас появляется жажда изучать священные тексты, жажда общаться со святыми, жить среди садху, выполнять садхану, посещать места паломничества. Мы по-настоящему становимся садху, и больше мирская сансара не манипулирует нашим сознанием. Духовная сила рождается из этого, тогда мы способны быть преданными Богу, способны выполнять тапасью, садхану, выполнять сложные практики, получать сложные передачи, идти к Освобождению и получать опыты.

247

Возврат к списку

Контакты "Всемирной Общины Санатана Дхармы":
Шринандини Shrinandini108
sadhuloka@gmail.com

Yandex.Metrica