Заявка

Для желающих принять Символ Веры
Ф.И.О*


Город*


Готов приехать в ашрам*
Дата заочного принятия символа веры*


Дата рождения*


Контактный e-mail*


Приехать на семинар монаха*
Защита от автоматического заполнения
Введите слово с картинки*:
 
 
Всемирная Община Санатана Дхармы
Национально-культурное сообщество ведических ариев
Календарь Веда Локи
2021 ГОД – ГОД ПРОПОВЕДИ ДХАРМЫ
17 Сентября
Пятница
2021 год

00:00:00
Время
по ведическому
летоисчислению
5121 год Кали-юги,
28-я Маха-юга
7-я манвантара
Эпоха Ману Вайвасваты
кальпа вепря
первый день 51 года
великого
Перво-Бога-Творца
Всемирная Община Санатана Дхармы / Аудиогалерея / Аудиолекции / Текст «Капли сердца Дхармакайи». О качествах практикующих Недеяние
Текст «Капли сердца Дхармакайи». О качествах практикующих Недеяние
 
2004.07.22
 

Текст «Капли сердца Дхармакайи». Наставления по практике созерцательного Недеяния. О качествах практикующих Недеяние. Три уровня понимания. Качества практикующего. Чистое видение


 

Практика созерцания является тайной, доступной только очень понимающим людям. Из тысячи практикующих разные религии вы обнаружите только одного, сведущего в созерцании. Практика недеяния является вершиной созерцательной практики, его сердцевиной. То есть мало созерцать, надо войти в пространства недеяния, и это уровень уже не обычных практикующих или монахов. Это уровень мастеров, святых, достигших, сиддхов. Не ниже. Начинающий практикующий вообще не поймет, в чем там суть. Даже если услышит подобное учение.

Йогин достигает различных способностей, когда выходит на этот уровень. Это называется

 

Три способности понимания»:

 

1. Ясновидение. Это означает, что его уровень энергии поднялся до аджна-чакры и выше. В медитации он может видеть образы, связанные с миром форм, с другими людьми, с будущим. Эти образы возникают у него в межбровье. Либо он может видеть богов, нефизических существ, то есть он видит состояние Бардо. Разумеется, он равнодушен к этим знакам, потому что его цель – не ясновидение. Такой йогин полностью постиг, что все является частью его собственной природы, поэтому видя такие знаки, он не испытывает ни радости, ни печали, и не особенно беспокоится о том, что ему привиделось. Просто он это видит. В зависимости от кармы или тонкого тела это видение может быть более сильным – он проникает вглубь умов других и даже божественных существ, видит на сотни жизней вперед или назад, либо оно может быть более слабым. Он к этому не имеет никакой привязанности.
К примеру, раньше, когда я концентрировался на различные образы, мне удавалось видеть разного рода события. Когда такая санкальпа выражается, вы можете видеть многое. Когда санкальпа не выражается, такой возможности нет. Все зависит от вашего намерения и состояния праны.

2. Никто не может заставить практикующего испугаться. Несомненно, если случиться какая-то беда или болезнь, для практикующих это не имеет значения. Если даже явиться сам царь ада и вольет расплавленный метал в их рты, если явятся демоны, чтобы унести их, они будут знать, все эти явления не отдельны от их собственной природы. Поэтому никто не может заставить практикующего испугаться. Это признак того, что он уже не упустит достигнутого. Часто практикующий созерцание имеет такой тонкий, подвижный, неустойчивый ум, потому что у него нет больше мирских корней, за которые бы он держался, мирского эго. А созерцание еще не набрало силу и не дает такую бхаву. Поэтому его ум в созерцании становится таким уязвимым. Если он не имеет правильных наставлений, он в подсознании очень быстро меняет настроение. Он о чем-то может подумать, и это развернется в такую глубокую печаль или беспричинную радость. Какая-то самая мелкая вещь может дать ему глубокое переживание. И в течение дня он скачет из одного состояния в другое. У него такое неустойчивое сознание. Тем не менее, когда созерцание набрало силу и йогин укоренился в нем, оно обретает бхаву. То есть его состояние всегда одно, и оно очень глубокое, как сильная, устойчивая волна. Его ничто не может поколебать. Это значит, он уже не упустит достигнутого. Можно сказать, у него есть абсолютная вера, не опирающаяся ни на что, кроме как на само естественное состояние. А его поколебать не может ничто, даже великие боги, сотрясающие вселенную, поскольку они сами – часть него.

К примеру, известно было, что во время войны с Англией один садху забрел случайно на положение английской армии в Индии. Его приняли за индийского шпиона. И часовой, не зная, что это садху, выстрелил в него и смертельно ранил. Потом этого солдата поймали и хотели убить. Но садху сказал, чтобы его не трогали. Садху был святым, который двадцать лет соблюдал мауну. Его спросили, почему он не хочет, чтобы солдата казнили. Садху сказал: «Он – это я. Как я могу этого желать?»


3. Несомненно, практикующие могут излагать многочисленные учения без их предварительного изучения. Поскольку учения будут познаны ими спонтанно, посредством силы их постижения. Такие йогины, исходя из собственной ясности, могут излагать учения, даже их не изучая. То есть на этой стадии их учителем становится ясность. Это трудно понять. Если вы не достигли такой стадии, разумеется, вы не можете излагать учение. Есть много людей, которые утверждают, что они получают послания духов, инопланетян, приведений, сврехъестественных существ. Но если посмотреть глубже, то это выглядит настолько несерьезным, что вы и сказать не можете, что это что-то, заслуживающее внимания. Это выше мира форм не поднимается. Здесь же говорится совсем о другом уровне. Святые сиддхи всегда получают откровения. Они видят божеств, беседуют с ними, получают он них даршаны, так же, как вы беседуете друг с другом, они также могут беседовать с богами или сиддхами. Они могут получать или находить тексты, тантры, скрытые в тонких телах, скрытые в пространстве, в воздухе, в сновидениях, спрятанные сиддхами древности, скрытые под землей или под водой. Могут их открывать и передавать людям.

К примеру, в Тибете до сих пор существует традиция (терма) сокровищ, спрятанных Падмасан Бабой. Падмасан Баба говорил, что чтобы Дхарма не пропала в Тибете, он сокроет священные тексты и различные предметы, которые будут открывать специально родившиеся для этого люди - тертоны. Тертоны – это не обычные люди, можно сказать, это определенные воплощенцы, и они могут открывать эти тексты. Их боги навещают в сновидениях, открывают тайны текстов, указывают им на них в сновидениях. И когда они открывают их, они оповещают людей. Люди собираются, и он вытаскивают какой-нибудь светящийся шар радужный, статуэтку, текст новой тантры для нового времени, священные реликвии. Таким образом учение непрерывно обновляется. Такие тертоны могут вытаскивать тексты из земли, а могут из сновидений, из ясности своего ума. Все они – мастера самадхи, мастера созерцания.

Даже если они увидят Самбхога-кайю, или божество, излагающее учение под своим зонтом, они не покинут своей природы. Они знают, что ничего не является отличным от их природы. Они не следуют хорошему или плохому. Такие йогины все соединяют со своей природой. Что бы они ни увидели, даже самое захватывающее, они не покинут созерцание, не перестанут соединять видимое с недвойственностью, с осознаванием. Это главный принцип. Допустим, когда вы видите статую Даттатрейи, вы должны в это время созерцать. То есть у вас должна удерживаться созерцательная осознанность, Атма-вичара. То есть это не поклонение, а интеграция. Это разные вещи. В поклонении бхакта забывает себя. В интеграции йогин имеет присутствие и объединяет его с различными объектами, ситуациями и прочим, при этом не забывая себя. Это не двойственность. Поэтому разница между интеграцией и бхакти в обычном двойственном поклонении огромная. Они не следуют хорошему или плохому, потому что хорошее и плохое есть разновидности двойственности. Это интерпретация человеческого ума. Можно сказать, что они действуют из созерцания, а действия, исходящее из созерцания, всегда будут хорошими. Они даже не задумываются. Человеческая мораль дана авторитетами, предводителями наций. Все эти авторитеты были воплощениями божеств, святыми, и они давали мораль, исходя из условий конкретных ситуаций исторического времени. Со временем, когда они уходили, время менялось. Но нормы передавались уже людьми более низкого уровня, а закреплялись как нечто самодостаточное.

Тем не менее, хорошее, которое основано на практике созерцательного присутствия, это единственное, можно считать истинно хорошим. Человек, непонимающий истоков добра и зла, всегда будет в замешательстве. Его понятие хорошего и плохого будет всегда обусловленным. Тот же, кто отрыл корни, откуда исходит плохое и хорошее, не ошибется ни в какой ситуации.

Хорошее может быть плохим, плохое может быть хорошим. Все зависит от того, кто делает это и из какого состояния осознанности он это выполняет. С благими целями крестоносцы насаждали в крестовых походах свою веру. Но их сознание было совсем не зрелым. Это означает, что их благие цели создали им карму ада. Махасиддха может убить животное, и оно переродится в радужном теле. Это значит, даже совершив внешне что-то дурное, он совершит абсолютное благо. Потому что он действует из совершенно хорошего, благого сознания. Если йогин обрел истинное созерцание, у него не может быть даже тени плохого чего-либо, потому что Абсолют - это абсолютное благо. Даже зло в Абсолюте становится благом. И такой йогин находится в состоянии такого блага.

Я читал описание гневных божеств – Кала Бхайравы, Маха Бхайравы, которые имеют свои гневные эманации в нижних мирах. Говорится, что их всегда сопровождают разные духи, демонические существа, некоторые из них пробужденные, некоторые – мирские, обладающие сильнейшими клешами. У них яростные формы, ожерелья из черепов, топоры, ножи, чаши с черепами, наполненные кровью в руках. То есть у них устрашающий вид, и их сопровождает постоянно свита из таких существ. Некоторые их сопровождают из преданности, некоторые из выгоды просто. И у них слабый контроль сознания слабый, как только они совершают что-либо, гневные существа их разрывают на части и идут дальше. Но они сами полностью пробужденные. В гневных мирах эти эманации проявляются таким образом. Там совершенно другие представления о морали, поскольку очень жесткие энергии. Их можно контролировать только таким образом.


Тем не менее их сознание полностью чисто, абсолютно и свято. В этих мирах, к примеру, имеет значение только сила, шакти, которая может усмирять или подчинять. Если ее нет, то сознание просветленное не признается. То есть, если можешь продемонстрировать шакти – ты считаешься просветленным. Не можешь – никто даже тебя слушать не станет. В нижних мирах в зачет идет только сила. Ей поклоняются, ее уважают, то есть это миры, где шакти попирает Шиву, где энергия, сила попирает сознание. Поэтому святые и пробужденные, нисходя в ады и нижние миры, принимают форму силы, гневного божества, гневные манифестации. Они знают, что только так они могут усмирить существ ада и как-то их направить, создать яростную мандалу. Обычно эти миры описываются как очень яростные. В высших же мирах наоборот уважается осознавание, творчество, гармония. Нет там речи о доминировании силы, о подчинении кого-либо. Уважается свобода воли каждого. Если мы сравним законы этого мира и другого, то они окажутся очень разными. И мерки одного мира не применимы к меркам другого. Это то же самое, что и сравнивать взаимоотношения в оперном театре и на полигоне боевых действий, где рвутся снаряды, падают бомбы и снайперы каждую секунду вычисляют. В оперном театре, допустим, слушают мнение друг друга, думают, не обидели ли кого-то неосторожными словами. На поле битвы смотрят, свой или чужой и на все смотрят сквозь прицел. Только это в зачет идет. Однажды, когда мы были на Луговой, одна монахиня не стала делать служение. Управляющим тогда был Сиддкардха. На собрании по служению, когда старшие монахи встретились, я спросил ее, почему. Она сказала: «Я обиделась, потому что он мне на вишуддхе сказал». То есть она имела в виду, что он сказал ей гневным тоном, и она обиделась и решила не делать служение. Но вообще, какая разница, как тебе сказали?

Представьте, что на поле битвы летит боевой вертолет и его обстреливают. Командир говорит: «Срочно вправо выпускай ракету», а пилот не выполняет, потому что ему командир на вишуддхе сказал. Как бы вы среагировали в этом случае? Покрутили у виска. Потому что твои эмоции в зачет не идут, какая разница, что ты думаешь? В боевых условиях не только на эмоциях могут сказать, но и посильнее как-нибудь, и никто не подумает, что может тебя как-то обидеть… Могут даже огреть чем-нибудь, чтобы побыстрее двигался. То есть это другой мир, другие взаимоотношения. Там – добро и зло другое. Добро – выжить, победить, зло – потерпеть поражение, быть неконцентрированным, несобранным. И я ей сказал: «Вы пришли в монастырь и должны вести себя также, как воин на поле битвы. Какая разница – здесь для вас жизнь и смерть решается. Вы что, думаете, здесь вам оперный театр? С вами здесь не будут нянчиться. Вы пришли спасать свою жизнь. Вот так и ко всему относитесь». Разумеется, у нас нет таких взаимоотношений внутри, но тем не менее этот дух должен пониматься.

То есть мы не должны следовать вот этим представлениям, а следовать самому этому духу тотальности в практике и самоотдачи. Тогда мы нащупаем это безупречное созерцание. И это является принципом способности к этой практике. Такого ученика невозможно остановить и сам он никогда не повернет назад от своей природы. Такой ученик уже ориентируется ни на внутренние данные, не на внешние, а на свою внутреннюю природу, чтобы ни происходило.


Практикующие не лелеют никаких надежд на достижение нирваны. Не боятся они ни падения в сансару. То есть такой йогин отсек надежду, погоню за достижениями, за целями. Представьте, есть йогин, который думает: «Я все могу контролировать, я умный, я обладаю очень высокими способностями. Я точно достигну, и быстрее других. Что там другие? У одного нет падмасаны, у другого – ясности, третий с желаниями никак не разберется. У четвертого – привязанности, пятый – пустословит, а я – самый лучший. Я впереди всех, у меня такие опыты…» И он на собственных данных идет вперед, как рог носорога. Делает пранаямы, техники, обгоняя других как в спорте – одного, другого, и думает: «Ну, у меня нет равных. Скоро я достигну». Потом – щелк! И он видит, что ничего он не может, ничего у него не получается, все у него отбирают. Его кумбхаки, такое способное тело, опыты в медитациях и концентрациях – все, что было, у него отбирается. И если он не понимает принципа отпускания себя, самоотдачи, он просто чувствует полный крах в своей садхане. У него может быть сильнейшее состояние замешательства и разочарования может быть в себе как практикующем. И самоуничижение, и недовольство, и разочарование. Я консультировал нескольких таких монахов.

Но настоящий практик, открывший это созерцание, он уже не испытает ничего. Можно сказать, это сама милость, сама шактипатха, сама ануграха его коснулась, сам Абсолют решил продемонстрировать ничтожность эго и торжество Абсолюта, забрав у него этот меч самурая и хлеб у голодного. Сказал ему: «Видишь, ты думал, что твое эго такое сильное, и ты всего можешь сам. Но вот, видишь, я тебе показываю, ничего ты не можешь. Ты сам – ничто вообще. Твое эго – ноль без меня. Все твои надежды и планы будут жестоко разбиты в крах». Это ему как бы Абсолют говорит: - «Сам по себе ты ничего не сможешь, опираясь сам на себя. Только если ты предашься, полностью отпустишь себя, полностью отдашь себя и будешь полностью опираться только на меня, тогда ты можешь обрести истинную практику. Только когда ты опустишь и скажешь, что «на все воля твоя». Это глубочайший перелом в жизни практика, когда он терпит такое фиаско, полное поражение. Но внезапно у него появляется такая новая мудрость, где он понимает, что же такое самоотдача. И он переходит тогда со стадии самоосвобождения на уровень самотрансценденции. Внезапно он переоценивает свою практику и видит ее полностью двойственную и эгоистичную. Он наконец-то начинает понимать, что такое самоотдача, как практиковать без усилия, что такое нисхождение Абсолюта и отпускает надежду, страх и цепляние. И внезапно он получает огромный импульс, и все его способности восстанавливаются. Но теперь он черпает силу не из эго, а из Абсолюта. Он уже совсем на другом уровне, он уже отошел от себя, от цепляния за «я». Он уже принял свою судьбу. Это не значит, что он сложил руки и перестал практиковать, он доверил свою практику абсолютному «Я», отказался от амбиций эго. Поэтому настоящий практик любую ситуацию делает путем. То есть любые невзгоды и неудачу он рассматривает как милость, как шактипатху, как благословение, как метод, ведущий его кратчайшим путем. Как его это продвигает. Даже неудачи его продвигают. Даже из проблем он может черпать силу, счастье и продвижение. Его ум не скукоживается. Поэтому говорится, что они не лелеют никаких надежд на достижение нирваны. Почему они не лелеют? Потому что они уже в нирване находятся. Потому что пребывание в исконном созерцании – это непрерывное постижение нирваны в настоящем моменте, и никакой нирваны, выдуманной умом, не нужно. Нужно концентрироваться на той нирване, в которой ты сейчас. Разумеется, это возможно при полном погружении в это состояние. Не бояться падения в сансару, потому что сансара исчезла, ничего нет уже, потому что они полностью поглощены безграничным состоянием. У них нет желания совершать добрые поступки.

Пребывание в исконной двойственности уже является самым добрым поступком, и специально совершать добрые поступки смысла нет, карму. Но монахи у нас тоже накапливают, само собой. Нужно совершить много разных действий, чтобы изменить кармический поток, войти в другие энергии. Тем не менее на этой стадии уровень таков, что нет нужды это делать. Все, что ни сделаешь, будет добрым поступком. Те, кто обладает этими способностями, больше не подвержены никаким сомнениям. Но если практикующий все еще испытывает сомнения по поводу того, правильно он действует или нет, получил он нужный знак или нет, то этот человек не достиг еще этого уровня. Он будет продолжать вращаться в колесе сансары.

Итак, это способности йогина, вошедшего в созерцательное недеяние вне двойственности.




Возврат к списку


Контакты "Всемирной Общины Санатана Дхармы":
Трайлокьядеви +38 097-415-1900, sadhuloka@gmail.com

Yandex.Metrica