Заявка

Для желающих принять Символ Веры
Ф.И.О*


Город*


Готов приехать в ашрам*
Дата заочного принятия символа веры*


Дата рождения*


Контактный e-mail*


Приехать на семинар монаха*
Защита от автоматического заполнения
Введите слово с картинки*:
 
 
Всемирная Община Санатана Дхармы
Национально-культурное сообщество ведических ариев
Календарь Веда Локи
2021 ГОД – ГОД ПРОПОВЕДИ ДХАРМЫ
16 Июня
Среда
2021 год

00:00:00
Время
по ведическому
летоисчислению
5121 год Кали-юги,
28-я Маха-юга
7-я манвантара
Эпоха Ману Вайвасваты
кальпа вепря
первый день 51 года
великого
Перво-Бога-Творца
Основа, путь, плод
 
2003.04.19
 

Воззрение (джняна, мудрость) – путь, плод, основа (недвойственность).

Воззрение, медитация, поведение

   

 


Текст:


«Воззрение.

Не будь воззрения, все учения были бы лишь пособиями, поверхностными наставлениями по поведению. Абсолютное воззрение заключается в том, чтобы расслабиться в недвойственном (ригпа)».


Воззрение – это недвойственность. В лайя-йоге воззрение – это основа, путь и плод. Терминами христианства можно сказать, что это наш Бог. Недвойственность, нираламбха, состояние без опоры – это объект приверженности, конечная цель достижения и способ практики, это высшая основа Бытия, вселенский Дух, пронизывающий все сущее, на который мы медитируем.


Все учения ведут к реализации недвойственности, однако почему мы говорим, что лайя-йога относится к разряду наивысших практик? Потому что в лайя-йоге используются не грубые состояния ума, основанные на двойственности и концепциях понятийного ума, а используется созерцание и осознавание. Это очень тонкое состояние ума, это тот слой ума, который находится за пределами обычных понятий, логики и концепций.


Можно сказать, что в лайя-йоге существует одно золотое правило: пребывать в том состоянии, где нет никаких правил. Существует один метод: находиться в том состоянии, которое выше всех методов. Существует один принцип: пребывать в том запредельном осознавании, которое превосходит любые умственные принципы. Поэтому это учение об абсолютной свободе без каких-либо ограничений.


Разумеется, это совсем не значит, что мы можем делать все, что вздумается, практиковать как угодно или не практиковать вообще, думая, что раз нет ни учений, ни принципов, то мы уже находимся за пределами всего. Иметь такие взгляды означает, по крайней мере, ребячество. Учение предполагает передачу от Учителя с детальными разъяснениями и довольно строгий процесс обучения.


Учение за пределами методов, но иногда мы практикуем методы и не чувствуем себя ограниченными ими. Мы знаем, что методы относительного измерения действительно нам помогают. Мы соблюдаем различные правила дисциплины и принципы, заимствованные из более низких взглядов крийя-тантры, чарья-тантры и йога-тантры, поскольку абсолютная свобода означает, что мы не ограничены ни в методах, ни в принципах, тренируясь в относительном измерении. Абсолютная свобода в осознавании включает также свободу принимать методы, принципы и правила самоограничения с целью дисциплины ума, тела и безупречности энергии.


Однако, когда вопрос касается именно нашего осознавания, мы говорим, что оно является абсолютной свободой. Такой подход очень отличается от подхода, когда мы применяем методы или некие принципы и теории сами по себе. Когда мы их применяем, наша исконная, саморожденная Ясность смутно маячит где-то впереди и всегда скрыта за многообразием теорий и всего прочего. Здесь же мы сразу пытаемся обнажить ее, чтобы она засияла подобно солнцу. Благодаря передаче или методу она начинает сиять.


Как свежий ветер может в одно мгновение поменять душную атмосферу, таким же образом в одно мгновение может поменяться душная атмосфера нашей обусловленности, если мы обнажим ясность. Кармическое видение пространства меняется прямо в тот же момент, когда мы обнажаем это сияние.


Текст:


«Истинное воззрение свободно от зрителя и обозреваемого. Воззрение предназначено для того, чтобы узнать свою внутреннюю простоту. Если мы это поняли, то медитация – это пребывание в естественности, ни за что не держась. Когда мы обрели уверенность в воззрении, пусть сто пандит скажет, что вы должны в нем усомниться, вы будете уверены, что выше него ничего нет».


«Воззрение» я бы лучше перевел как «видение», так как это более классический термин. Если не переводить с санскрита, то это «джняна», некоторые переводят как «мудрость».


Когда вы овладели такой мудростью, вы уловили этот «вкус» недвойственности, который вне субъекта и объекта. Вы по-настоящему обретаете состояние истинной веры в то, к чему стремитесь, и тогда такое состояние невозможно поколебать. Даже если сто ученых (пандитов) скажут вам, что вы заблуждаетесь, вы им ответите: «Да уж, конечно. А ты кто такой? Ты – субъект, а я – объект или наоборот. Это двойственность. Как я могу такое признать?»


Это означает, что ваш объект веры вышел за пределы любых умопостроений и писаний, а стал вашим личным живым опытом. Перед этим личным живым опытом не то, что кто-либо посторонний, даже боги задрожат, поскольку если вы в недвойственности, то нет ни субъекта, ни объекта. Живой опыт вечности изначального «Я» освобождает нас от связанности старыми представлениями, если они основаны на логике или теоретических построениях. Теперь мы воспринимаем реальность прямо, ясно.


Текст:

«Свободно пребывающее, проникающее и широко открытое – вот три главные особенности естественного состояния».


«Свободно пребывающее» означает, что мы не фиксируем свой ум даже на такой малости как атом. Это состояние без какой-либо фиксации. При этом мы можем делать концентрацию на точке, анапанасати или выполнять другие практики, которые ведут к раскрытию ума.


Если же мы говорим об абсолютном состоянии, мы говорим, что оно не фиксировано даже на самой мельчайшей или на самой глобальной вещи.


Текст:

«Свободно пребывать» означает, что вы не сосредотачиваетесь ни на чем как на внешнем объекте. «Проникать» означает не держаться ни за что как за внутреннее. Открытость подразумевает не держаться ни за что между внешним и внутренним».


Обычно реальность для нас делится на внутреннее и внешнее. Это подобно тому, как вода внутри кувшина считает себя отдельной водой из-за ограничений стенками сосуда. Когда же кувшин разбит, вода сливается с океаном и обнаруживает, что никогда не отделялась от него.


Учение лайя-йоги похоже на дзен, однако учение дзен – это сутра, где главным методом является отречение, и все сосредотачивается на освобождении сознания. Учение лайя-йоги – это тантра. Тантра идет дальше, она не ограничивается освобождением сознания, а также работает с энергией, каналами, ветрами, поведением и даже проявлением внешней вселенной в виде тонких света и звука.


Когда мы обнажаем нашу саморожденную Ясность благодаря прямому введению, она начинает сиять. Вслед за этим мы практикуем самоотдачу. В вайшнавской тантре есть термин «атма-ниведана», который означает «предание себя Атману». В кашмирской тантре есть термин «прапатти», который означает «отбрасывание себя». Однако нам ближе термин «самотрансценденция».


«Предание себя» ближе к философии двойственности (двайты или вишишта-двайты), присущей бхакти, когда есть объект и надо отдавать себя чему-либо. То же самое касается и «прапатти», когда надо отбрасывать себя перед чем-либо. Но в лайя-йоге мы говорим, что нет какого-то внешнего объекта, перед которым надо отбрасывать себя, тем не менее ломка кокона индивидуального восприятия происходит именно благодаря такому отбрасыванию. Здесь, скорее, наше «я» самотрансцендирует себя, оно словно выворачивается изнутри наружу и в момент такого разворачивания обнаруживает, что оно не малое «я», а великое «Я».


Когда мы, получив импульс прямого введения и добившись некоторой устойчивости в естественном состоянии, практикуем однонаправленность, то есть непрерывную погруженность в Источник, то через некоторое время, если мы делаем это правильно, мы наполняемся великим чувством абсолютности и совершенства. Те, кто делает это неверно, погружаются в некую безрадостную ясность, как в сатипаттхане тхеравады, когда осознавание есть, но сознание еще не знает, куда ему направиться. Они чувствуют различные переживания, например замешательство, ясность, блаженство или пустоту, а осознавание блуждает в лабиринтах большой Вселенной, внутри и вовне. Иногда они переживают самокопание и саморефлексию, не знают, на чем же им остановиться.


Если практика созерцания правильная, то всегда будет чувство абсолютности, поэтому говорится, что очень важна Гуру-йога и приверженность. Чувство абсолютности означает, что как бы вы ни созерцали, вы приходите к одному и тому же конечному Источнику, подобно тому, как множество маленьких рек вливаются в одну большую реку. Даже если у вас были отклонения в созерцании, то через некоторое время они аннулируются такой практикой абсолютности. Когда вы добиваетесь непрерывного созерцания абсолютности, эта абсолютность начинает откликаться.


Сначала вы искали абсолютный Источник, затем вы его нашли. Когда вы непрерывно удерживаете свой ум на нем, то это подобно закону сообщающихся сосудов, когда из более высокого сосуда вода перетекает в более низкий. Вы словно установили мистическую связь, контакт, и тогда этот великий Источник начинает посылать вам свою энергию. Когда вы ее получаете, вы смешиваетесь с этой абсолютной энергией.


Если вы постоянно думаете о солнце, концентрируетесь на нем, то через некоторое время вы установите с ним телепатический контакт. В раджа-йоге в «Йога Сутре Патанджали» это называется «самьяма». Вы начнете получать знания о солнце, о божествах, населяющих его, о его структуре, вы начнете видеть его во сне. А если у вас сильная самьяма, то у вас будут появляться много других необычных эффектов. Иногда вы даже можете думать и чувствовать, что солнце стало частью вас, или же вы стали частью солнца. Таким же образом, когда вы направляете свой ум на Абсолют, вы иногда чувствуете, что Абсолют становится частью вас, а вы становитесь частью Абсолюта.


Апостол Павел, христианский святой, говорил: «Каждый день я воскресаю и умираю в Боге. Уже не знаю, то ли я в Боге, то ли Бог во мне».


Ответный импульс, который полностью разворачивает нашу практику, – это импульс от природы нашего Ума, от самого фундамента Бытия. Тогда йогин узнает этот Источник как самого себя. Его кокон индивидуального восприятия разбивается подобно тому, как разбивается кувшин, и тогда вода вытекает, происходит самотрансценденция. Но когда йогин узнает этот Источник как самого себя, он обнаруживает, что всегда был этим Источником, он никогда его не терял. Речь даже не о том, терял он его или нет, потому что в действительности он им всегда и являлся. Тогда с высоты этого видения он охватывает десятки и даже сотни своих прошлых жизней до пробуждения и видит, что все они были игрой этого Источника.


Это подобно тому, как вода в кувшине, который лежал на дне озера, думала о себе, что она отдельна от воды в озере. Кувшин был не запечатан, поэтому вода была разграничена лишь стенками сосуда. Когда кто-то бросил камень в озеро, сосуд разбился, стенок больше не стало, и внезапно вода обнаружила, что она – часть огромного озера, границы которого даже трудно найти. Сначала вода в кувшине подумала, что она слилась с озером и стала безграничным озером. Потом же, освоившись, эта вода подумала: «Что за глупость? Я не сливалась с озером, я всегда была этим озером! Просто какая-то небольшая часть меня думала, что я была в кувшине. Но это просто какая-то шутка».


Поэтому мы говорим, что происходит самотрансценденция. Наше малое «я» растворяется в великом «Я», а потом мы обнаруживаем, что даже само малое «я» – это то же самое великое «Я», только ложно принимаемое за малое «я».


Допустим, с точки зрения малого «я», вы монахи и послушники, стремящиеся к освобождению. Вы можете стремиться к освобождению по разным причинам, но в основном они одинаковые. Лучшие из вас, кто захвачен высшей идеей совершенства, великой тайны и непостижимости Вселенной, желают познать абсолютную Истину, конечную цель. Тот, кто имеет более скромные способности, боится смерти, страданий в сансаре и просто не хочет быть связанным иллюзией. Он хочет очистить себя, чтобы избавиться от этого, и это тоже неплохо. С точки зрения индивидуального «я», люди, послушники и монахи подобны малой воде внутри кувшина. Однако, с точки зрения великого «Я» (воды озера или океана), вы все – безграничный Дух, который ни на миг не отделялся от него самого, который играет, проявляясь таким образом. У него есть условное неведение, которое причиняет реальные страдания индивидуальному уму. То есть мы можем сказать, что неведение условное, но страдания все равно настоящие, реальные. Если у вас заболит нога, вы страдаете по-настоящему. Если вам не дадут три дня прасад, никто не может сказать, что это условный голод, это будет самый настоящий голод.


Кто-то может сказать, что и прасад, и голод – это тоже условные вещи. С точки зрения философии так можно сказать, однако с точки зрения вашего желудка это не помогает. Поэтому условное неведение несет вполне реальное страдание. Но, с точки зрения абсолютной идеи, и условное неведение, и страдание – все есть Абсолют.


Вы – это тот же самый вселенский Дух или океан, который играет в этих телах в соответствии с прарабдхой (накопленной кармой) и заслугами в роли монахов или послушников.


Текст:

«Другими словами можно сказать: не воображайте ничего вовне, не сосредотачивайтесь внутри, не направляйте свое внимание на какое-то состояние между этими двумя. Если вы ничего подобного не делаете, это – воззрение, этого достаточно. Не воображайте вовне, не сосредотачивайтесь внутри, не помещайте свой ум в промежутке, тогда ничего делать не нужно, вы достигли недеяния».  


Когда мы так расслабляемся и пытаемся не быть ни вовне, ни внутри, ни в промежутке, тогда есть нагое, обнаженное осознавание, некая ясность. Разумеется, это не есть просветление или какая-то конечная точка. Скорее, это момент, где мир останавливается, где все замирает. Это способ выйти из вращающегося колеса.


Колесо вращается, а мы на его ободе. Если мы сидим на ободе, то мы постоянно вращаемся вместе с ним. По пути встречаются ветки или камни, и когда колесо вращается, ветки и камни нас задевают, поэтому нам больно. Так выглядит сансара. Когда же мы начинаем выходить с окружности обода этого колеса и двигаемся к центру, то мы выходим из состояния отражений, двигаясь к состоянию самого зеркала. Поэтому можно сказать, что в это время обыденный мир останавливается.


В состоянии созерцания нам не нужно что-либо делать, поскольку такое состояние не предполагает делание. Любое делание означает движение к ободу, а нам надо двигаться к ступице, к центру. И двигаться туда мы можем, только если полностью расслабимся, отбросим всякую деятельность и позволим нашему осознаванию тонко проникать вовнутрь.


Постепенно это сознание замечается нами. Оно еще очень неустойчиво, но мы начинаем замечать его и признавать. Со временем нам нужно укорениться и поверить в него, признать, что это дверь или ключ ко входу в измерение недвойственности. Это еще не сама недвойственность и предстоит пройти много ловушек, чтобы без потерь дойти к самому центру колеса, но это безошибочный вход в тоннель к этой недвойственности.


На пути практики этого недеяния у нас будет много сомнений или отклонений. К примеру, иногда мы будем путать недеяние с практикой метода и думать о том, как их совместить. Недеяние предполагает не делать ничего, но мы чувствуем, что недеяние особо нас не продвигает, по крайней мере, нам нужно выполнять много методов. Либо мы будем путать разные тонкие переживания блаженства, видения, повышенного осознавания. Либо мы будем не уверены в этом состоянии. Когда же мы признаем его как абсолютное и постепенно обретаем к нему доверие, оно открывается все глубже, постепенно распространяясь на внешнее пространство и на все, что мы воспринимаем. Постепенно оно обнаруживается как Гуру, Учитель, который нас учит, и мы на самом деле понимаем его так.


Это естественное состояние очень тонкое, его нельзя взять силой. Если мы пытаемся брать его нахрапом, жесткими силовыми методами, то оно быстро ускользает. Если мы страстно его добиваемся, желаем, то оно не идет. Скорее, его нужно научиться приманивать. Парадокс в том, что оно появляется тогда, когда мы не желаем его. Нам нужно добиться его, значит, мы его желаем, но если мы его желаем, мы его не получим, поэтому нам нужно научиться желать, не желая, то есть желать очень тонко, не страстно, а полностью не заботясь о достижении желаемого. Разумеется, мы заботимся об этом, но правильно. 


Мы заботимся не умом, который забегает вперед, а тонким сознанием. Это означает, что наша забота заключается в его бдительном поддержании. Мы не пытаемся делать его силком – любое наше делание только отпугивает его. При этом мы понимаем, что если мы ничего не будем делать, то наши энергии не очистятся, и относительное измерение не усовершенствуется. Многое должно быть сделано в относительном измерении: йога, концентрация, сидячая медитация и прочее. Мы усердно стараемся делать эти вещи, тем не менее знаем, что делаем это не для достижения естественного состояния. Естественное состояние пробуждается только тогда, когда нет делателя и нет делания. Скорее, мы делаем это как служение, как подношение, как практику относительного измерения.


Само же естественное состояние приходит в тот момент, когда нет никакого делателя. Это значит, что руки делают, а голова стоит на месте, ум никуда не стремится и ничего не желает делать. Он желает только пребывать в состоянии созерцательного недеяния, поскольку, как только мы открыли его, мы уже прибыли в конечную точку. Поэтому говорят, что нужно научиться делать, не делая. Когда мы делаем, не делая, дух в нас возвращается к Первоистоку.


Текст:

«Узнать истинное воззрение крайне важно, в момент подлинного узнавания воззрение есть только единственная бинду, единая сущность трех тел. В миг, когда мы его узнаем, нирвана уже не представляется тем, чего мы должны достигнуть, а сансара уже не представляется тем, что мы должны покинуть».


С точки зрения сутры, нирвана всегда представляется плодом, конечной целью, яблочком на тарелочке, заветной кульминацией в практике. Она всегда недостижима, по крайней мере, если мы не в нирвикальпа-самадхи. Однако, когда мы находимся в обнаженном осознавании, когда прибыли в эту естественную точку, нирвана не является тем, чего мы добиваемся, потому что это состояние само по себе уже есть нирвана, а сансара не является тем, что мы отвергаем или чего страшимся, потому что в этой точке и сансара, и нирвана объединяются. Объединив видение нирваны и сансары, истинный йогин обладает огромным бесстрашием. Говорят, что он живет с уверенностью аватара, которому неведом страх рождения и смерти.


Это возможно лишь тогда, когда мы подлинно, глубоко вошли в это великое пребывание, когда у нас есть огромное доверие к нему, когда мы полностью на него положились. Можно сказать, что если и есть какой-то Бог, то это он, и нам нужно обрести полную преданность и полное доверие ему. Нам нужно понять, что Гуру и есть это состояние, то есть внешний Гуру – это его проявление. Или можно сказать, что внешний Гуру – это Ануграха Абсолюта, которая вышла, сформировала тело и научилась говорить. То есть это ваше же состояние, только имеющее тело и говорящее.


Когда мы обретаем это доверие, мы открываем понимание непостижимости и запредельности всего, словно мы ходим по краю бездны. Когда мы обретаем великую преданность этой непостижимости и запредельности, наше маленькое сансарное «я» смешивается с великим «Я». Иногда трудно сказать, пребываем ли мы в маленьком «я» или пребываем в великом «Я», потому что все это начинает уравниваться. Когда мы более внимательны, то мы в великом «Я», а когда менее, то мы снова соскальзываем на путь индивидуального «я», у нас снова появляется сомнение и замешательство.


Устранение сомнений – это не практика методов, не изучение концепций и не очистительные ритуалы. Устранение сомнений и замешательства в лайя-йоге делается очень тонким способом: мы просто снова возвращаемся к великому «Я», мы отпускаем себя и позволяем великому «Я» взять над нами власть, мы передаем ему бразды правления. Тогда снова восстанавливается наша духовная сила, уверенность и осознавание.


Это умение вовремя передавать власть великому «Я» подобно тому, как во дворец приглашают царя, который мгновенно наводит порядок. Царь отсутствовал, слуги и министры начали править негармонично, и тогда наступил хаос. Они поняли, что без царя им не договориться, и как они ни пытались наводить порядок, призывать солдат, издавать драконовские законы, но все это выходило неправильно. Тогда кто-то сказал: «Зачем вы все это делаете? Одно появление царя сразу восстановит мир и покой». Как только приглашают этого царя, мгновенно все ходят по струнке, все законы выполняются, подданные платят налоги, солдаты служат своему делу без напоминаний.


Почему так происходит? Потому что это изначальное состояние обладает абсолютной властью. Оно властно не только над нашими клешами, оно властно даже над творцами Вселенных, потому что обладает тотальной властью.


Момент передачи полномочий от индивидуального «я» абсолютному «Я» называется «самоотдача» или «самотрансценденция». Говоря простым языком, его можно назвать верой. Вера означает, что вы учитесь постоянно отдавать полномочия царю, а не слугам и солдатам.


Текст:

«Так сансара и нирвана текут в одном русле и вмещаются в единое бинду. Несомненно, нужно отвергать сансару и стремиться к нирване, но как нам на деле избавиться от сансары и достигнуть нирваны?»   

          

Разумеется, в относительном смысле мы должны отвергать сансару и стремиться к нирване. Иначе, если подлинное осознавание не реализовано, мы остаемся у разбитого корыта. Либо, спрятавшись за красивыми словами, мы можем думать, что стали истинными практиками осознавания, поэтому нам нет нужды стремиться к нирване, нет нужды отвергать сансару. Но тогда мы просто будем накапливать обычную карму.


Одна матаджи получила опыт ясности. Усердно медитируя, пережила четвертую дхьяну и вышла на уровень понимания вне концепций. Это неплохо, но у нее были изъяны с пониманием наставлений и изучением учения. Затем, когда она вошла глубоко в подсознание, начала проявляться карма ее прошлых жизней. До этого в практике она шла очень ровно.


Считается, что в практике мы все идем ровно, пока не восстановим уровень своих прошлых жизней. Каждый из нас, начиная практику, обладает определенным потенциалом. Это как призовые очки из прошлых жизней. К примеру, если мы сейчас практикуем, то это значит, что в прошлых жизнях мы тоже были монахами и практиковали, поэтому у нас есть определенный потенциал заслуги, призовые очки, за счет которых мы можем идти дальше.


Кто-то пришел из мира богов страсти, поэтому у него проявляется гордость, способности и интеллект, кто-то пришел из мира асуров, поэтому у него проявляется воля, энергичность, свободное сознание и опора на внутренние данные, за счет которых он сумел разорвать привязанности. Кто-то, может быть, пришел даже из миров бога Брахмы, поэтому у него качества дева, он постоянно находится в дхьяне, его дыхание редкое, каждое его слово – сутра, все, что нарисует, шедевр, из его ушей, глаз выходят мандалы, янтры и другие божественные вещи. Даже если захочет, он не сумеет сделать что-то некрасиво, потому что обладает качествами дева, божества. Это потенциал, призовые очки из прошлых жизней.


Однако мы практикуем хорошо, с большой силой, без сомнений только до того уровня, пока мы снова не выйдем на этот потенциал. Когда же мы выходим на уровень этого потенциала и он реализован, у нас есть тенденция остановиться и поздравить себя, потому что в этой жизни с прошлым потенциалом мы чувствовали неудовлетворенность, чувствовали себя выше всей этой толпы и суеты. Когда практикой самадхи или концентрацией мы доходим до этого старого накопленного потенциала, мы чувствуем, что прибыли домой, но на самом деле, это еще не дом. У нас есть тенденция остановиться и расслабиться. Мы восстановили свой прошлый статус и старое чувство свободы, которое двигало нас к практике, уже реализовано, поэтому потенции двигаться дальше нет, а есть желание почивать на лаврах.


Своей практикой эта матаджи восстановила свой прошлый потенциал, поскольку в прошлых жизнях она была богиней и обладала большой внутренней гордостью. Она сказала:


– Я теперь уже не знаю, что мне делать. Это такое состояние, когда нет ни сансары, ни нирваны, ни во что не веришь, ни в концепции, ни в это, ни в то.


Такое самодовольно-блаженное, улыбчивое состояние, гордо-величавое, но пребывающее в неведении, в той же скорлупе индивидуального восприятия. Затем она сказала:


– Я, пожалуй, хочу порешать вот такие-то проблемы.


Я сказал:

– Вы вышли за пределы концепций, не верите ни во что внешнее, воспринимая мир недуальным способом, так почему же вы верите во все эти проблемы?


Она задумалась и ответила:


– Да, действительно, я этого не понимала.

Когда я указал ей на несколько моментов, которые она не замечала, она сказала:


– Оказывается, все гораздо хуже, чем я думала.

Она считала себя, если не достигшей, то, по крайней мере, очень близкой к этому благодаря тому, что восстановила свой уровень из прошлой жизни.


Когда наш двойственный ум вытесняется дхьяной, медитативным переживанием, у нас больше нет проблем. Однако единство сансары и нирваны намного глубже. Здесь нужны безграничная самоотдача, самоотказ, чтобы не зависнуть в лабиринтах кокона индивидуального «я», не погрузиться во внутренние вселенные, иначе можно продолжать блуждать там из жизни в жизнь.


Текст:

«Здесь уместно вспомнить важное изречение: знание Одного освобождает все».


«Знание Одного» – это знание непостижимого Духа естественного состояния. Часто говорят, что это такое место, в котором никакая привязанность невозможна. Самая сильная привязанность – это привязанность к нашему индивидуальному «я» или к нашей воле. В момент самотрансценденции мы избавляемся от нее, мы позволяем опустошить себя (не в смысле энергии, а в смысле цепляний), и отдаемся волне того, что превосходит нас. Тогда наше индивидуальное «я» полностью растворяется, мы перестаем различать: толи мы в Абсолюте, толи Абсолют в нас.

 




Возврат к списку


Контакты "Всемирной Общины Санатана Дхармы":
Трайлокьядеви +38 097-415-1900, sadhuloka@gmail.com

Yandex.Metrica